Стаут Рекс
Правосудие кончается дома
Рекс Стаут
ПРАВОСУДИЕ КОНЧАЕТСЯ ДОМА
Глава 1
СЛОВО ДЛЯ ЗАЩИТЫ
В зале предварительных слушаний Нью-Йоркского окружного суда в тот апрельский день царила на редкость оживленная атмосфера. Оглашение дел, назначенных к слушанию, заняло целый час, так как прерывалось бесконечными спорами и предложениями об отсрочках или переносах. Адвокаты, повысив голоса чуть ли не до крика, доходили до перепалок, в которых логика уступала место эмоциям.
Судья Фрэзер Мэнтон сдержанно прерывал эти отчаянные дебаты в самом их разгаре. Казалось, этот человек был буквально создан для того, чтобы вершить правосудие. Его лицо, довольно молодое для такой солидной должности, со сверкающими темными глазами и чистой кожей, выражало природную властность и умудренность, которые отдельным счастливчикам удается с изяществом пронести через всю жизнь.
Заметно возвышаясь над остальными, он сидел в своем огромном кожаном кресле, облаченный в черную судейскую мантию, и его лицо без преувеличения можно было назвать самым красивым в зале. Адвокаты любили его за спокойные быстрые решения, а также за непоколебимую беспристрастность, однако популярность его выходила и за рамки зала суда, ибо этот состоятельный холостяк, аристократ по рождению, считался душой общества в светских кругах Нью-Йорка.
Сразу после оглашения дел, назначенных к слушанию, суд приступил к рассмотрению нескольких обвинительных актов, полученных из Большого жюри.
Трое молодых людей, обвиняемых в вооруженном налете на ювелирный магазин на Шестой авеню, заявили о своей невиновности через адвоката рослого жизнерадостного малого, известного своими связями в верхах демократической партии. Потом адвокат маленького черноволосого итальянца, заложившего бомбу под дверь соседу, попросил отложить слово для защиты на двадцать четыре часа. Просьба была удовлетворена. За ним следовали еще двое - аптекарь, обвиняемый в незаконной торговле героином, и щуплый, худосочный юнец, чей босс недосчитался в своем сейфе тысячи долларов. Затем секретарь объявил следующее дело, и в зал в сопровождении конвоиров ввели мужчину с изможденным, осунувшимся лицом. Сразу же при его появлении заместитель окружного прокурора Артур Торнтон поднялся со своего места.
Обвиняемый, тот самый осунувшийся мужчина лет сорока, был одет в поношенный и неопрятный костюм, которому, казалось, лет было не меньше, чем его владельцу. Лицо его, побритое сегодня утром в тюремной камере, носило на себе отпечаток крайней изможденности - следствие продолжительных страданий и лишений, а в серых глазах застыло выражение стоического безразличия, какое бывает у человека, знающего, что он обречен, и не слишком беспокоящего о дальнейшей судьбе.
Ровным, тихим голосом он сообщил секретарю о себе: Уильям Маунт, без определенного места жительства, возраст - тридцать восемь лет, американец, профессия - бухгалтер.
Судья Фрэзер Мэнтон, с пристальным интересом наблюдавший за обвиняемым во время опроса, прочистил горло.
- Уильям Маунт, - сказал он, - Большое жюри предъявляет вам обвинение в убийстве вашей жены, миссис Элейн Маунт, известной также как Элис Ривз.
Вы хотите, чтобы вам зачитали вслух обвинительный акт?
Обвиняемый поднял голову, глаза его встретились с глазами судьи.
- Нет, сэр. Я не хочу слушать обвинительный акт, - ответил он.
- Ну что ж, хорошо. Напомню только: вас привели сюда, чтобы предоставить слово для защиты. Насколько вы понимаете, у нас сейчас не судебное заседание, а предварительное слушание, и вам предоставляется возможность высказаться только относительно обвинительного акта. Вы считаете себя виновным в преступлении, в котором обвиняетесь?
Взгляд обвиняемого немного просветлел, но тут же снова померк, и он просто сказал:
- Я не делал этого, сэр.
- Стало быть, вы не признаете себя виновным?
- Не признаю, сэр.
Судья повернулся к секретарю, знаком предложив ему зафиксировать заявление, затем снова перевел взгляд на обвиняемого:
- Ваши интересы кто-нибудь представляет? У вас есть адвокат?
Едва уловимая горькая усмешка пробежала по губам Маунта.
- Нет, сэр, - ответил он.
- А вы хотели бы иметь его?
- Что с того, если бы и хотел? Я не могу оплатить адвоката - у меня нет денег.
- Это мне известно. - Судья пристально, с любопытством изучал обвиняемого. - Моя обязанность, Маунт, в случае, если обвиняемый по уголовному делу не способен нанять адвоката, назначить ему такового для защиты. Труды адвоката, равно как и все правомерные и необходимые для проводимого им расследования расходы, в данном случае оплачиваются государством.
Как видите, государство заботится об обеспечении прав своих подданных. Я назначу адвоката по вашему делу сегодня днем, и, возможно, уже завтра утром вы с ним встретитесь.
- Да, сэр, - ответил обвиняемый без малейшего интереса в голосе - судя по всему, от адвоката он особой помощи не ждал.
Судья Мэнтон повернулся к секретарю, и тот передал ему папку с прикрепленными к ней несколькими листками бумаги. Судья задумчиво просмотрел их, потом повернулся к заместителю окружного прокурора:
- Мистер Торнтон, я назначаю рассмотрение этого дела на восемнадцатое мая. Вас эта дата устраивает?
- Да, ваша честь, - ответил прокурор.
- Хорошо. Итак, Маунт, в четверг восемнадцатого мая вы предстанете перед судом. Ваш адвокат будет об этом уведомлен. Все.
Когда конвоиры выводили обвиняемого из зала, лицо его выражало все ту же покорную безнадежность, с какой он вошел сюда двадцать минут назад.
В тот же день несколько позже в комнату отдыха по соседству с залом заседаний, где судья Фрэзер Мэнтон наслаждался сигарой и дружеской беседой со своими старинными приятелями - Гамильтоном Роджерсом, владельцем и издателем "Судебного бюллетеня", и Ричардом Хэммелом, комиссаром полиции, вошел его секретарь, принесший на подпись документы.
- Кстати, сэр, надо будет еще одну бумагу подписать, - заметил он, промакнув подписи. - Кого вы намерены определить на дело Маунта? Ведь надо же отправить ему уведомление.
- Ах да, Маунта... - вспомнил судья. - Подожди-ка, дай подумать... Я сегодня уже просмотрел список и остановился на кандидатуре Саймона Лега. Он мгновение колебался. - Да, пожалуй. Отдай это дело Легу. Пишется: "л", "е", "г" - "Лег". Адрес найдешь в адресной книге.
- Как?! Неужто старина Сайми Лег?! - воскликнул комиссар полиции Хэммел.
Секретарь остановился на мгновение, в глазах его промелькнуло изумление.
- Да, сэр, - наконец ответил он и направился к двери, а уже через минуту из соседней комнаты донесся стук его печатной машинки.
Глава 2
ЗАЩИТНИК
В мило обставленном офисе, состоящем из двух комнат, расположенных на восемнадцатом этаже одного из нью-йоркских небоскребов, что на Бродвее чуть южнее Сити-Холла, секретарша в девять часов утра болтала с конторским посыльным. (Господи! До чего же все эти секретарши похожи одна на другую!
И кто только из них не болтает по утрам с посыльными?) Впрочем, эта, возможно, была чуть посимпатичнее, однако в остальном точно соответствовала привычному образу. Зато юноша явно был незаурядной личностью - ясный взгляд, форма лба свидетельствовали о присутствии интеллекта, а во всем облике чувствовалась подлинная, не напоказ, аккуратность.
Было молодому человеку около двадцати лет, и звали его Дэн Калп. Закончив разговор с сослуживицей, он взял с полки тяжелый том свода законов и погрузился в чтение.
Дверь отворилась, в контору вошел человек.
- Доброе утро, сэр, - хором поздоровались секретарша и юноша. - Доброе утро, мистер Лег.
Вошедший тоже поздоровался и повесил в шкаф шляпу и плащ. Средних лет, крепкого телосложения, он обладал несколько удлиненными и угрюмыми чертами лица, странным образом контрастирующими с веселыми живыми глазами.
- Есть какая-нибудь почта, мисс Веннер? - спросил он у секретарши.
- Да, сэр.
Взяв у девушки два письма, он прошел в соседнюю комнату. Молодой человек вернулся к чтению свода законов, а мисс Веннер достала из ящика стола вышиванье. Из соседней комнаты было слышно, как шеф поднял крышку стола, отодвинул стул и вскрыл конверт. Затем последовала тишина.
Наконец послышался его голос:
- Дэн!
Юноша заложил печатью раскрытую книгу и зашел в соседнюю комнату:
- Да, сэр?
- Поди-ка сюда.
Мистер Лег, повернувшись на стуле, с выражением крайнего изумления смотрел на листок с машинописным текстом, который держал в руке:
- Нет, ты только посмотри на это, Дэн! Только посмотри!
Лицо юноши все более оживлялось, пока он читал письмо.
- Это дело об убийстве, сэр, - проговорил он наконец с воодушевлением.
- Вижу. Но почему?! Почему на него назначили именно меня? И зачем вообще меня назначать?
Юноша улыбнулся:
