Уходя, прикрой дверь
Редакционная статья
section class="box-today"
Сюжеты
Кризис на Украине:
Почему Европе нужен успех минских переговоров
Робкие шаги в сторону мира
Украина теряет производства и копит внешний долг
/section section class="tags"
Теги
Кризис на Украине
Политика
Украина
/section
Успех контрнаступления ополченцев Новороссии позволяет извлечь много полезных уроков (военных, внешнеполитических и т. д.), но, пожалуй, один из главных — о вреде беспочвенных спекуляций и поспешных выводов. С теми, кого принято называть оппозицией, вроде бы давно все понятно. Но когда выясняется, что некоторые ее представители даже накануне минской встречи были готовы всерьез обсуждать «возврат Крыма» как элемент некоей большой внешнеполитической сделки по урегулированию украинского кризиса, то тут даже уже не знаешь, как реагировать. Впрочем, не меньше огорчений доставили и сторонники жесткой линии — недаром появился даже термин «всепропальщики».
figure class="banner-right"
var rnd = Math.floor((Math.random() * 2) + 1); if (rnd == 1) { (adsbygoogle = window.adsbygoogle []).push({}); document.getElementById("google_ads").style.display="block"; } else { }
figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure
Стремление максимально быстро достичь максимально значительной победы по-человечески понятно, однако кажущийся кратчайшим путь на деле может оказаться не просто более трудным, но и попросту ошибочным. Применительно к украинскому кризису, казалось бы, очевидный выбор должен был состоять в том, чтобы быстро ввести войска, взяв под контроль юго-восточные области Украины, пока в Киеве не опомнились. Все просто. Почему, однако, гораздо более длинный путь, которым идет Россия, на деле является более разумным?
Да, может показаться, что таким образом удалось бы избежать значительных жертв среди мирного населения, однако если бы боевые действия все-таки продолжались, то нетрудно понять, что при ожесточенных боевых столкновениях двух регулярных армий вместо нынешних десятков, иногда сотен погибших в неделю мы имели бы тысячи погибших. И это было бы следствием не борьбы Донбасса за независимость, но именно ввода войск. И никто не может гарантировать, что было бы иначе. То есть какие-то аргументы в пользу того, что при вводе войск смертей было бы меньше, можно приводить, но кто может это утверждать наверняка?
Другой важный довод в пользу аккуратного вмешательства России в ситуацию на Украине: длительный конфликт дает всем основным игрокам время подумать, дает возможность определиться и не наломать дров. Во-первых, это необходимо самому российскому обществу. Как вообще можно было, например, заранее утверждать, что в массе своей российские граждане поддержат восстание в Новороссии? Опять-таки, можно было бы найти соображения в пользу того, что наше общество с сочувствием отнесется к бедам говорящих и думающих по-русски жителей Украины. Но ведь в истории России был и такой, скажем так, неприятный опыт, когда беды русскоязычных в странах Прибалтики в массе своей никого особо не беспокоили. И мог ли кто-то вместо граждан России принять решение сопереживать борющимся за Новороссию ополченцам и гибнущим под ударами украинской артиллерии мирным жителям? Такое сопереживание — результат сложного общественного процесса, на который та же самая государственная пропаганда (на активность которой непременно укажут нам скептики) может оказывать не беспредельное влияние. (Будто мы не знаем примеров, когда госпропаганда была далеко не столь убедительна!)
Несомненно и то, что это время пошло на пользу нашим западным партнерам. Они получили возможность оценить, насколько им нужна Украина. Не теоретически — в рамках межгалактического Европейского союза, а на практике — с учетом реальных выгод и издержек, а также особенностей тамошней политической культуры. Они получили возможность подумать о том, насколько важны для них отношения с Россией, какие ошибки были сделаны, какие мифы выстроены за последнюю четверть века, чем они готовы пожертвовать ради сохранения этих мифов, а чем нет, и каковы, наконец, перспективы самого Запада при нормальных партнерских отношениях с Россией и без них. Все это весьма полезные размышления; по крайней мере, они гораздо продуктивнее, чем если бы стороны просто хлопнули дверями — каждая своей.
Расплата за блицкриг Ольга Власова, Геворг Мирзаян
Успешное контрнаступление ополчения Новороссии заставляет киевские власти сделать трудный выбор: признать тяжелое политическое поражение сейчас либо потерпеть катастрофическое поражение чуть позже. Киев, судя по всему намерен, избрать второй вариант
section class="box-today"
Сюжеты
Кризис на Украине:
Почему Европе нужен успех минских переговоров
Робкие шаги в сторону мира
Украина теряет производства и копит внешний долг
/section section class="tags"
Теги
Кризис на Украине
Украина
Политика
/section
Начавшееся контрнаступление ополченцев стало логичным следствием амбиций Петра Порошенко . Проводя военную операцию, президент поставил политические моменты важнее военных, за что сейчас и расплачивается. Не секрет, что основной задачей официального Киева было взять хотя бы одну из столиц самопровозглашенных республик к 24 августа — Дню независимости Украины.
Так Киев доказал бы дееспособность новой украинской власти, а также снял вопросы относительно легитимности досрочных парламентских выборов, о проведении которых Порошенко должен был объявить именно в День независимости (в итоге о роспуске Рады и новых выборах было сообщено на следующий день). Порошенко пояснял, что одной из причин, побудивших его разогнать Раду, было желание получить новых, «легитимных» депутатов от юго-востока, с которыми можно вести политический диалог. Однако для их избрания Киев должен иметь возможность провести выборы в избирательных округах Донецка или хотя бы Луганска, в ином случае он не только не получал нужных ему партнеров для диалога, но и ставил под сомнение общеукраинский характер новой Рады восьмого созыва.
figure class="banner-right"
var rnd = Math.floor((Math.random() * 2) + 1); if (rnd == 1) { (adsbygoogle = window.adsbygoogle []).push({}); document.getElementById("google_ads").style.display="block"; } else { }
figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure
Именно поэтому украинские военные день за днем проводили масштабные штурмы позиций ополченцев. В какой-то момент казалось, что блицкриг удался: армии удалось на короткое время отрезать Донецк от территории остальной Новороссии, а также войти в пригороды Луганска. Однако раз за разом ударами с флангов ополченцы разбивали украинские войска, держали позиции и обескровливали наступающие ударные части армии и добровольческих батальонов, вынуждая противника бросать на штурм укрепрайонов (в частности, Иловайска) последние резервы. А в День независимости Украины, когда наступление окончательно захлебнулось, ополченцы пошли в контрнаступление на юг к морю, а также на север, к Северодонецку. И если во втором случае им приходится преодолевать упорное сопротивление, то на юге, как и ожидалось, никаких резервов у украинской армии не было (все были собраны под Иловайском). Войска Новороссии не только без боя заняли Новоазовск и создали реальную угрозу взятия Мариуполя, но и окружили в районе Еленовки и Амвросиевки несколько крупных группировок противника общей численностью в несколько тысяч бойцов. А поскольку именно необходимость держать эти котлы является основным препятствием для наступления по другим фронтам, ополченцы предложили солдатам сдаться: оставить технику и боеприпасы и отправиться по домам.
У большей части армейских иного выхода нет — украинские власти не думают устраивать контрнаступление для разблокирования того же Амвросиевского котла, для этого у президента нет ни войск, ни желания — судя по всему, Порошенко хочет руками ополченцев ликвидировать все добровольческие батальоны, представляющие угрозу его власти. Вместо этого Киев грозится нанести ополченцам поражение под Мариуполем и стягивает туда все имеющиеся силы. Впрочем, ополченцы атаковать в лоб Мариуполь пока не собираются. Вместо этого они по традиции взяли город и находящиеся там украинские войска в котел, обойдя их с запада и перерезав дорогу между Мариуполем и Запорожской областью.
Серия поражений украинской армии, как и следовало ожидать, вызвала серьезный кризис как на фронте, так и в тылу. Администрацию президента пикетируют родственники и друзья попавших в котел солдат, а с передовой теперь бегут уже не отдельные бойцы, а целые подразделения. Так, из Донбасса в полном составе ушел батальон территориальной обороны «Прикарпатье» — 400 бойцов с оружием пытались вернуться домой через Запорожскую область. После настойчивых просьб сдать оружие, высказанных лично прибывшим к ним командующим сухопутными войсками Анатолием Пушняковым , бойцы согласились сдать тяжелое вооружение, но стрелковое оставили при себе и с ним поехали «к месту постоянной дислокации для отдыха, перегруппировки и сдачи оружия по месту его получения». Не исключено, что за прикарпатскими бойцами последуют подразделения и других добровольческих батальонов. Правда, некоторые из них могут отправиться не домой, а в Киев, менять «предательскую власть».
