Макнилл Грэм - Жатва черепов (Skull Harvest)
Из сборника "Heroes of the Space Marines"
Прокатившись по полу, голова, наконец, остановилась, и остекленевшие глаза воззрились на завсегдатаев таверны. Молниеносный удар ребром ладони, столь же смертоносным, как и лезвие меча, - и голова задиристого воина отделилась от шеи еще до того, как с губ сорвалось последнее дерзкое слово.
Но тело продолжало стоять: убийца удерживал его в вертикальном положении, ухватив за край заляпанного алым нагрудника рукой, обтянутой грубой серой кожей. Под головой скопилась лужа крови; еще одна лужа натекла из обрубка шеи. Ноги трупа вдруг задергались, словно покойник и после смерти не терял надежды избежать ужасной участи. Убийца, разжав кулак, отвернулся, и тело с грохотом рухнуло на покрытый слоем золы и пыли пол.
Как только шоу закончилось, постоянные посетители таверны вернулись к своим кружкам и интригам, потому что в подобных местах собирались только те, кто вынашивал планы мести, убийства, разбоя и насилия.
Хонсю из Железных Воинов не был исключением, и демонстрация смертоносного мастерства, только что проведенная его чемпионом, должна была стать первым шагом к исполнению его собственных грандиозных замыслов.
В таверне пахло заговорами, прогорклым жиром и дымом, клубы которого поднимались к массивным стропилам, судя по их виду, когда-то бывшим частью космического корабля. Стены из неровных глиняных кирпичей венчали листы гофрированного железа, и сквозь прорехи и пулевые отверстия в крыше внутрь таверны падали тонкие лучи резкого света, обжигающе-белого, как свет мендренгардского солнца.
Убийца слизнул кровь с ладони, и Хонсю усмехнулся, заметив, что так хорошо знакомые серые глаза чемпиона, равно как и все его напряженное тело, по-прежнему охвачены желанием убивать. Существо называло себя Свежерожденным и носило тусклый доспех цвета вороненого железа. Края наплечников были отмечены желтым и черным, а с широких плеч существа спадал плащ из грубой материи цвета охры. Оно всем походило на одного из Железных Воинов - за исключением лица: неплотно прилегающая к мышцам маска из украденной кожи в точности повторяла черты человека, которого Хонсю надеялся когда-нибудь убить. Сшитое из кожи умерщвленных пленников, лицо Свежерожденного было личиной убийцы, сокрытого тьмой, ночного кошмара, призрака, что ходит под покровом тени и преследует трусов во сне.
Существо обернулось к Хонсю, и тот почувствовал отзвук восхитительно приятного возбуждения, что вызывал в нем вид мертвого тела на полу.
- Отличная работа, - похвалил Хонсю. - Жалкий ублюдок даже не успел договорить оскорбление.
Пожав плечами, Свежерожденный сел за стол напротив него.
- Он никто. Просто солдат-невольник.
- Да, но кровь из него текла не хуже, чем из любого первого встречного.
- И теперь его хозяин может захотеть встретиться с тобой, - заметил Свежерожденный.
- Хорошо, что он сдох сейчас - мы могли бы его завербовать, и он подвел бы нас в бою, - подал голос Кадарас Грендель, сидевший напротив, и осушил жестяную кружку с выпивкой. - Если в ближайшие несколько дней нам предстоит встреча с серьезным соперником, не хочу, чтобы под ногам путались неудачники.
Грендель был настоящим зверем, закованным в доспех убийцей, которого радовали только смерть и страдания других. Когда-то он сражался в армии одного из Кузнецов Войны, противостоявших Хонсю на Медренгарде, а когда тот был разбит, переметнулся на сторону победителя. Несмотря на это, Хонсю знал, что верность Гренделя можно купить только обещанием резни и что он не более предан хозяину, чем голодный волк на цепи. Шрамы не оставили на его лице живого места, а коротко подстриженный ирокез довершал образ безжалостного воина.
- Уж поверь, - заговорил воин, сидевший рядом с Гренделем, - Жатва Черепов быстро избавляется от сорной травы. До конца доживают только самые сильные и жестокие.
Хонсю кивнул.
- Тебе лучше знать, Ваанес, - ты же бывал здесь раньше.
Ардарик Ваанес, носивший черный, как ночь, доспех Гвардии Ворона, был полной противоположностью Гренделю: гибкий, элегантный, красивый. Его длинные темные волосы были стянуты в хвост, на правильно очерченном лице выделялись прикрытые тяжелыми веками глаза, а на щеках красовались ритуальные шрамы.
С тех пор, как Хонсю предложил бывшему десантнику из Гвардии Ворона присоединиться к его войску, чтобы обучать Свежерожденного, Ваанес сильно изменился. Хонсю никогда до конца не верил, что бывший солдат Лже-Императора может полностью отказаться от клятв верности прежнему хозяину, но рассказ Гренделя о действиях Ваанеса на орудийной платформе на орбите Тарсис Ультра не оставлял повода для сомнений.
- Бывал, - признал Ваанес, - и не могу сказать, что счастлив сюда вернуться. Если оказался здесь, то готовься к худшему - особенно когда идет Жатва Черепов.
- Как раз к худшему мы и готовы, - ответил Хонсю, поднял оторванную голову и поставил ее на стол перед ними. На мертвом лице застыло удивленное выражение; интересно, когда голова покатилась с плеч трупа, оставалось ли в ней еще жизнь, чтобы увидеть, как вращается вокруг нее таверна? Влажная кожа мертвеца приобрела восковой оттенок, а на лбу виднелось клеймо в форме красного черепа, выжженное поверх татуировки в виде восьмиконечной звезды. - Ведь именно поэтому мы здесь и поэтому я приказал Свежерожденному убить этого типа.
Как и его воины, Хонсю сильно изменился с тех пор, как на Гидре Кордатус началось его восхождение к власти. Он обзавелся удивительной серебряной рукой и в результате взрыва лишился всей левой половины лица, включая глаз. Теперь глаз заменил аугметический имплантант, но как бы сильно ни изменилась его внешность, Хонсю понимал, что главные перемены произошли внутри.
Ваанес потянулся к голове и поднял ее так, что капли крови упали на его латные перчатки. Хонсю заметил, как расширились глаза воина при прикосновении к мертвой плоти, как раздулись ноздри, уловив запах смерти, как внимательно пальцы ощупывали холодную кожу.
- Это один из бойцов Паштока Улувента, - констатировал Ваанес.
- Кого-кого?
- Он поклоняется Богу Крови, - ответил Ваанес, развернул голову и указал на клеймо на лбу. - Это его метка.
- Влиятельная фигура? - спросил Грендель.
- Более чем. Он много раз приезжал на Жатву Черепов, чтобы набрать воинов в свою банду.
- И ему удавалось победить?
- Претенденты, не сумевшие победить в Жатве Черепов, не выживают, - сказал Ваанес.
- Убив одного из его людей, мы наверняка привлечем его внимание, - заметил Хонсю.
- Кажется, уже привлекли. - Грендель кивнул в сторону входа и широко улыбнулся в кровожадном предвкушении.
К их столу уверенным шагом направлялся воин в доспехе, когда-то выкрашенном в черное с желтым, но теперь так сильно испачканном кровью, что броня приобрела темно-бордовый цвет с оттенком ржавчины.
Грендель потянулся за оружием, но Хонсю остановил его, отрицательно качнув головой.
Шлем воина венчали рога, а из-под визора торчали два длинных клыка. Хонсю не мог определить, были ли это просто украшения доспеха или же часть тела воина. Тот же символ, что был на голове убитого, украшал и нагрудник новоприбывшего, а его хриплое дыхание походило на рык хищного зверя. Он был вооружен топором, с бронзового лезвия которого капала кровь, а металл светился тусклым огнем кузнечного тигля.
Перевернув топор лезвием вниз и опершись на него одной рукой, кулаком другой воин ударил себя в грудь:
- Я Восок Далл, слуга Трона Черепов, и я пришел, чтобы забрать твою жизнь.
Хонсю понадобилось всего мгновение, чтобы оценить противника. Восок Далл когда-то был Астартес - из ордена Косы Императора, судя по эмблеме из двух перекрещенных кос на его наплечнике, - но теперь убивал во имя кровожадного бога, больше всего ценящего войну и смерть. Он наверняка силен и умел, и в жажде воинских славы и почестей переплюнет даже тех, кто еще сражается за Империум.
- Я думал, твоему Ордену пришел конец, - сказал Хонсю, поднимаясь. - Разве тираниды не превратили твою планету в безжизненную скалу?
- Ты говоришь о событиях, которые тебя не касаются, червяк, - огрызнулся Далл. - Я пришел убить тебя, а потому готовься к бою.
- Вот так всегда, - Хонсю покачал головой. - Всегда вы, последователи Бога Крови, повторяете одну и ту же ошибку. Вы слишком много болтаете.
- Тогда хватит разговоров, - сказал Далл. - Дерись.
Хонсю не стал тратить время на ответ и просто схватил со стола свой топор. Черное гладкое лезвие блестело и, казалось, впитывало в себя весь свет, по неосторожности коснувшийся его поверхности.
Он двигался быстро, но Далл оказался еще быстрее и успел поднять свое оружие, чтобы блокировать атаку, а затем занес топор для удара, способного раскроить врага надвое. Хонсю пригнулся, ударил древком топора Далла в живот и быстро отступил в сторону, укорачиваясь от обратного удара. Лезвие противника прошло в каких-то миллиметрах от его головы, и он почувствовал яростный жар, исходивший от созданного варпом оружия.
