Холидей Бретт
Кровь в бухте Бискайн
Бретт ХОЛИДЕЙ
Кровь в бухте Бискайн
ГЛАВА 1
10 000 ДОЛЛАРОВ К ПОЛУНОЧИ
Был поздний полдень одного из последних дней ноября, когда Майкл Шейн ленивой походкой вошел в вестибюль отеля в центре Майами, штат Флорида. Едва уловимое смешанное чувство беспокойства и ожидания чего-то охватило его. Ему было знакомо это чувство, и он был рад ему.
Не задумываясь особенно над всем этим, он совершенно определенно знал, что пора было приступать к делам. Его отдых был длительным и довольно беззаботным, и он наслаждался каждой минутой отпущенного ему времени. Но теперь отпуск подошел к концу.
С завершением летнего сезона ускорился ритм жизни Волшебного города. То был первый "сезон" с тех пор, как пришел мир на уставшую от войны землю. И вот уже туристы потоком хлынули в этот город, стремясь потратить накопленные и обесцененные инфляцией деньги в поисках неистового и бурного веселья, которое Майами умел предложить отдыхающим.
Шейн неожиданно устал от наводненного людскими толпами города. Ему наскучило безделье. Ему хотелось вернуться к повседневной работе. Подумав о Люси Хамильтон, своей привлекательной секретарше в Новом Орлеане - она старалась поддерживать офис в целости и сохранности в его отсутствие,- он испытал чувство ностальгии, неведомое прежде. Его часто навещали мысли о Люси. Он понимал,, что в известном смысле его затянувшийся отдых в Майами был ничем иным как внутренним протестом против растущего влечения к ней. После того как закончилось дело Тимоти Рурке, он не сомневался, что на некоторое время ему необходимо было покинуть офис в Новом Орлеане, чтобы беспристрастно поразмыслить о своих чувствах к темноволосой, кареглазой девушке, которая так напоминала ему Филис.
В вестибюле отеля было немноголюдно, когда Шейн пересек его и подошел к столику клерка. Невысокого роста, аккуратного вида мужчина с тревожным взглядом голубых глаз повернулся, увидев его, и достал телеграмму из ящика для писем. Он улыбнулся, положил желтый конверт перед высоким, рыжеволосым детективом и сказал: "Ее принесли, когда вас не было, мистер Шейн".
Шейн поблагодарил и вскрыл конверт. Он не удивился. Послание, казалось, почти телепатически отвечало тому ощущению ожидания, которое не покидало его последние несколько дней, так как внизу стояла знакомая фамилия Люси Хамильтон. Телеграмма гласила:
"Приняла для вас договор на тысячу долларов за расследование убийства Белтона. В зависимости обстоятельств ваш приезд желателен завтра полудню. Заказала место самолет "Нэшанл Эалайнз" отправление Майами полночь. Пожалуйста, подтвердите возвращение".
Он наклонился над стойкой и потянул за мочку уха большим и указательным пальцами правой руки. Его серые глаза, уставившиеся на телеграмму, ничего не выражали.
Шейн стоял, задумавшись, когда ощутил позади себя какое-то движение и почувствовал, как чья-то рука легонько коснулась его руки. Он повернул голову и увидел перед собой лицо девушки. Большие серо-голубые глаза смотрели открыто. Длинные темные ресницы загибались, высоко поднимаясь к бровям. Она была изящной, эта девушка, которой на вид было лет двадцать пять. На ней был легкий голубой льняной костюм, покрой которого говорил о том, что он куплен в дорогом магазине. Голубой цветок выглядывал из-под высокой пышной прически. Ее щеки были мягко округлыми, полные губы явно носили следы помады и были слегка приоткрытыми.
Она сказала, затаив дыхание:
- Мистер Шейн. Вы, конечно, не помните меня.
Он увидел разочарование в ее глазах, и ее острый подбородок, казалось, еще более заострился.
Шейн медленно покачал головой, его серые глаза изучающе наблюдали за ней. Он перестал теребить мочку уха, распрямил плечи и приподнял свою шляпу, сложил телеграмму Люси и сунул ее в карман.
- Боюсь, что нет.
- Меня зовут Кристина Тейлхет.- Она подождала минутку, все еще надеясь быть узнанной. Но Шейн продолжал все так же смотреть на нее пристальным взглядом и медленно качать рыжей головой. Тогда она поспешно произнесла:
- То есть, я когда-то была Кристиной Тейлхет. Теперь я вышла замуж, и меня зовут миссис Лесли Хадсон.- В ее голосе прозвучали достоинство и гордость, когда она произнесла это имя.
Шейн сказал:
- Извините, миссис Хадсон. Видите ли, я очень давно не посещал Майами.
- Я знаю. Вы работаете в Новом Орлеане и Эль Пасо. Я следила за вами по газетам.- Она прикусила нижнюю губу ровными белыми зубами и нахмурила брови, отчего между выгнутыми дугой бровями появилась сердитая складка. Ее рука все еще покоилась на его, и теперь она сжала пальцы. Она улыбнулась, и ее лицо и голос перестали быть строгими.- Конечно, вы должны помнить. Я училась в колледже вместе с Филис, и была здесь однажды осенью - как раз перед тем, как умерла Филис. Пару раз я навещала ее дома, и вы видели меня. Вспомнили?
Шейн усмехнулся неожиданно и застенчиво.
- Вас зовут Кристина,- сказал он.- Не думаю, что мог бы обратить внимание на ваше теперешнее имя. Вы были совсем молоденькой тогда.
Его вытянутое лицо заметно напряглось, когда память вернулась. Теперь он смутно припомнил, что она работала секретаршей в Нью-Йорке и на два месяца приезжала в отпуск в Майами.
Наблюдая за ним, она заметила, как помрачнел взгляд его серых глаз и дернулась мышца на щеке. Улыбка исчезла с ее губ, и она сказала:
- Простите, Майкл. Фил так хотелось иметь ребенка. Шейн дернулся всем телом и хрипло сказал:
- Что вы хотите от меня?
Она убрала руку и отступила назад.
- Простите,- еще раз сказала она. Отвернувшись от его посуровевшего лица, она продолжила серьезным тоном: - Я попала в ужасную беду, мистер Шейн. Я подумала, не поможете ли вы мне.
- Разумеется.- Он огляделся вокруг и поднял свои косматые рыжие брови.Может быть, поднимемся наверх, где у нас будет возможность поговорить?
Она направилась с ним к лифту. Когда они поднялись двумя этажами выше и повернули направо по коридору, Шейн легко сказал:
- Мне повезло. Когда я прибыл сюда несколько месяцев назад, мне удалось устроиться в том же номере.
Он вынул ключ и отпер замок. Дверь распахнулась, и она увидела большую квадратную гостиную; из окон, которые выходили на восток, открывался вид на Бискайн. У стены разместилась тахта-кровать, посредине комнаты стоял узкий стол и три удобных стула. В приоткрытую дверь виднелась маленькая кухонька. Дверь в спальню оказалась закрытой. Шейн посторонился, пропуская миссис Хадсон вперед.
Она ступила пару шагов и огляделась вокруг. Между бровями опять появилась крошечная складка.
- Я не помню этой комнаты. Мне казалось, та была больше и угловая.
- Вы имеете в виду ту, которая была этажом выше. Мы жили в ней, когда вы были здесь.- Шейн закрыл дверь, прошел через комнату, поставил поудобнее один из стульев и пригласил сесть.
- О,- тихо произнесла она и опустилась на сиденье.
- Эта комната была местом всяких встреч, прежде чем я женился на Фил,объяснил он.- А когда мы поженились, она стала моим офисом.- Он протянул ей сигарету.
Она покачала головой. На коленях у нее лежала небольшая голубая дамская сумочка с застежкой из бирюзы. Пальцы ее дрожали, когда она сжала руками застежку.
- Не сейчас. Видите ли, мистер Шейн...
- Вы называли меня Майклом,- напомнил он ей,- три года назад.- Его крупный рот расплылся в улыбке, а голос был мягким.- Расслабьтесь немного. Вы знаете, я сделаю для вас все, что в моих силах.
- Спасибо, Майкл,- пробормотала она.
Шейн повернулся к шкафу, встроенному в стену, и вынул бутылку трехзвездочного Хеннесси. Он поставил ее на стол, пошел на кухню, где положил лед и налил холодной воды в два высоких стакана, и принес их в гостиную. Он достал из шкафа два бокала. Один из них он наполнил до краев, а второй - на три четверти.
Кристина сидела, напряженно вытянувшись и плотно сдвинув колени. Она наблюдала за ним с нетерпеливой сдержанностью. Он поставил неполный бокал и стакан с ледяной водой на тот конец стола, где находился ее стул, другой стул подвинул так, чтобы он стоял напротив, и опустился на него. Она даже не шевельнулась, чтобы прикоснуться к напитку.
Шейн спокойно сказал:
- Расслабьтесь, Кристина. Выпейте немного. Это настоящий коньяк.
Улыбка, не сходящая при этом с его губ, подбадривала ее. Он поднял свой бокал и начал пить коньяк мелкими глотками.
- Ну, а теперь я слушаю вас.
- Сначала я хотела сообщить вам нечто важное, Майкл. Касающееся Фил.Она посмотрела прямо в его глаза и заговорила с решимостью.
Убедившись в том, что его лицо сохраняло все то же приятное выражение, она быстро продолжила:
- Я хочу, чтобы вы знали, как счастлива она была, выйдя замуж. Той осенью, когда она ждала ребенка, она заставила меня изменить мое мнение о супружеской жизни. Я поняла, что это нечто прекрасное. Глядя на то, как счастлива она была, я на многое стала смотреть иными глазами. Я довольно цинично относилась к мужчинам и к супружеской жизни. Честно говоря, я не стала бы миссис Лесли Хадсон, если бы не Фил... и вы.- Ее рука импульсивно потянулась к бокалу с коньяком.
