Альфред БЕСТЕР
ОБМАНЩИКИ
ОТКРЫТИЕ
Не знаю, каким воспринимает меня мир, но для самого себя я – просто мальчик, играющий на берегу океана и получающий удовольствие, находя иногда камешек более гладкий или раковину, более красивую, чем обычно, в то время, как передо мной расстилается огромный океан неоткрытых еще истин.
Исаак Ньютон
Слыхали, конечно, историю насчет «И тут на арену выхожу я, в белом фраке с блестками»? Вот-вот, именно так все и выглядело. По залитой слепящим светом прожекторов бетонной равнине шел – величественно шествовал! – человек, затянутый в белый (знак высокого административного ранга) радиационный скафандр, в белом же шлеме с опущенным визором.
Впереди, на усыпанном звездами фоне ночного неба, прорисовывались контуры огромного куполообразного строения. Власть человека в белом не вызывала сомнений.
Рядом со входным люком ангара вповалку спали одетые в черную броню люди – взвод охраны. Администратор ударил сержанта ногой – жестоко, но совершенно равнодушно. Командир взвода завопил от боли и вскочил на ноги, за ним и его солдаты. Они открыли люк, и человек в белом прошел внутрь, в непроглядную тьму. Затем, словно вспомнив о какой-то мелочи, он повернулся назад, к свету, задумчиво посмотрел на дрожащий от страха, вытянувшийся по стойке смирно взвод и с прежним безразличием застрелил сержанта.
Внутри ангара не было ни проблеска света.
– Как ваше имя? – негромко кинул администратор в окружавшую его тьму.
Ответом была последовательность высоких и низких звуков:
– – ''' – '' – ' -
– Перейдите из бинарной формы в фонетическую. RW Как ваше имя? RR Отвечайте.
– Наше имя Р-ОГ-ОР-1001, – откликнулся целый хор говоривших в унисон голосов. Звучали они так же негромко, как и голос спрашивающего.
– В чем состоит ваше задание, Рогор?
– Выполнять.
– Что выполнять?
– Программу.
– Вы были запрограммированы?
– Да.
– В чем состоит ваша программа?
– Доставить пассажиров и груз на Марс, в купол Окс-Кембриджского Университета.
– Будете вы выполнять приказания?
– Только приказания уполномоченных операторов.
– Я имею полномочия?
– Отпечаток вашего голоса занесен в командный файл. Да.
– Идентифицируйте меня.
– Мы идентифицируем вас как Администратора Первого Ранга.
– Мое имя?
Снова последовала серия высоких и низких звуков.
– Это – мой статистический номер. Назовите мое социальное имя.
– Ваше имя не было введено.
– Сейчас введу, свяжите его с отпечатком голоса.
– Цепи готовы к приему.
– Я – доктор Дамон Крупп.
– Принято. Связано.
– Вы запрограммированы на обследование?
– Да, доктор Крупп.
– Откройтесь для обследования.
В куполе ангара появилась щель, его половины медленно ушли вниз.
Мягкий звездный свет вырисовывал очертания двухместного корабля, с которым беседовал Крупп. Над глубокой шахтой пламегасителя высился объект, до удивления напоминавший старинный русский самовар – маленькая головка, широкое цилиндрическое тело, из которого кое-где торчало нечто вроде ручек; внизу это тело сужалось и переходило в квадратное основание с четырьмя ножками – дюзами двигателей.
Открывшийся люк внезапно – этот корабль не нуждался в иллюминаторах – залил ангар светом; Крупп поднялся по двум металлическим ступенькам, приваренным к корпусу, и начал свое обследование.
Внутри Р-ОГ-ОРа тысяча первого было на удивление жарко; скинув всю одежду, Крупп начал карабкаться вверх, к рубке управления, расположенной в той самой головке самовара (невесомость неизмеримо облегчит эту операцию).
В салоне, посреди брюха корабля, выяснилась причина тропической духоты – прозрачный инкубатор, окруженный уймой вспомогательного оборудования. Всем этим хозяйством занималась, чертыхаясь и обливаясь потом, совершенно голая женщина. Ползая на манер осьминога поди над вызывающей сомнение аппаратурой, она что-то подкручивала, довинчивала, исправляла.
Доктор Крупп никогда прежде не видел свою помощницу, доктора Клуни Декко, в подобном виде; ему потребовалось некоторое усилие, чтобы не выказать веселого удивления.
– Клуни?
– Привет, Дамон. Слышала, как ты с кораблем обменивались любезностями... Тьфу! Чтоб его все черти!
– Барахлит?
– Эта сучья подача кислорода – она, видите ли, с характером! То она есть, то ее нету. Вот так однажды и угробит ребенка.
– Не позволим.
– Рисковать нельзя, ни на вот столько. После семи месяцев возни, выхаживания и выкармливания нашего эмбриона я не собираюсь допустить, чтобы какая-то железяка ржавая взяла и все испоганила.
– Дело не в оборудовании. Клуни, просто внешнее давление сбивает отсчеты датчиков и перекрывает подачу. Конструкция разрабатывалась для свободного пространства, так что в полете все само наладится.
– А если нет?
– Расколем эту люльку и устроим парнишке искусственное дыхание рот в рот.
– Расколем? Господь с тобой, Дамон, эту штуку не вскрыть без зубила и кувалды.
– Не надо так уж буквально. Клуни. Расколем ее – в смысле вскроем.
– Ну если. – Обозленная – и обнаженная – Клуни выпуталась из хитросплетений своей аппаратуры, Круппу хотелось ее как никогда прежде. – Извини. У меня никогда не было чувства. В смысле юмора. – В ее глазах мелькнуло странное выражение. – А что, насчет рот в рот – это тоже шутка?
– Теперь уже не шутка. – Руки Крупна крепко схватили Клуни. – Я обещал себе это – как только наш мальчик будет извлечен из колбы. Он уже родился, поэтому...
Вот так и вышло, что Р-ОГ-ОР-1001 врезался в Ганимед.
Редчайшее событие – в систему управления попала космическая частица с энергией в миллионы БЭВ – сбило корабль с курса. В таких случаях – они все-таки бывают – вводится ручная коррекция, но Крупп и Декко слепо верили в компьютеры и слишком были заняты проверкой своей страсти. Поэтому все трое – мужчина, женщина и ребенок в инкубаторе – упали на Ганимед.
***
Началась эта история на острове Джекилл (в родстве с мистером Хайдом не состоит). Каковой факт преисполняет меня гордости – не так-то часто удается обнаружить первое звено цепи событий. А вот безукоризненное понимание всех прошлых событий никакой гордости у меня не вызывает, скорее наоборот – мне, при моем роде занятий, больше подошло бы понимание событий будущих. Почему? Потом узнаете.
Звать меня Одесса Партридж <partridge (англ.) – куропатка>, и я занимала уникальное положение, позволявшее мне получать максимум информации и воссоздавать обстоятельства, как последовавшие за точно известными событиями, так и им предшествовавшие. А затем излагать их в том самом повествовании, которое вы читаете. Exempli gratia <например (лат)>: в начале моего рассказа описана встреча на Р-ОГ-ОРе тысяча первом, о каковой встрече я узнала лишь много времени спустя, по большей части из слухов, и по ею еще пору циркулирующих в Космотрон-Гезельшафт. Этот факт разрешил уйму вопросов, однако, увы, слишком поздно. Ну да ладно, искала я все равно нечто совершенно иное.
А вам не кажется, кстати, что я слишком легкомысленно отношусь к обещанному рассказу? Кажется? Дело в том, что работа у меня буквально собачья, всю душу выматывает. В такой ситуации юмор – лучшее лекарство. И всегда под рукой. Господь свидетель, моего богатого запаса юмора едва хватило на жуткие сплетения событий, которые начались с острова Джекилл, а потом превратили в пытку жизни Синэргиста с Ганимеда, феи с Титании, да и мою, собственно, заодно.
Теперь взглянем на события, окружавшие вышеупомянутое первое звено вышеупоминавшейся цепи.
Когда было принято решение о строительстве метастазисной энергостанции, Космотрону потребовалась целая серия угроз, шантажа и взяток, чтобы получить разрешение на покупку острова Джекилл, расположенного, как вы, скорее всего, и сами знаете, неподалеку от побережья Джорджии. Затем потребовался год, чтобы выкурить – при необходимости даже перебить – самовольных поселенцев, а также упорных экологов, насмерть окопавшихся в этом бывшем заповеднике. За тот же самый год удалось очистить остров от хлама, мусора и трупов временных его обитателей. После чего оставалось только возвести по периметру охранную систему – с напряжением в полторы тысячи мегавольт – и начать строительство станции.
Для производства энергии потребовалась техника данным давно заброшенная и позабытая. Еще год ушел на поиски этих древностей по музеям – с последующим изъятием, чаще насильственным, чем законным.
Тут внезапно обнаружилось, что блестящие молодые ученые не имеют ни малейшего представления, с какой стороны подойти к с таким трудом приобретенным раритетам. Тогда компания наняла высококлассного эксперта по подбору кадров, который повытаскивал откуда-то давно ушедших на пенсию профессоров и, в свою очередь, нанял их на работу со всей этой одним им и понятной техникой. Эксперт получил весьма высокий ранг супервизора. Звали этого эксперта доктор Дамон Крупп, а доктором он стал за работы в области личностного анализа.
