Владислав Былинский
Стриптизёрша
Дв о е и телевизор
– - Лежит тушка на подушках, растит тушка третье брюшко, -- сказал Димон с порога. -- Спасибо, я не переобуваюсь, у тебя тут действительно грязно.
– - А я и не предлагаю, -- заметил Боб. -- Потом пол помоешь.
– - Экое мощное у тебя воображение. Его когда-нибудь мыли?
– - Ну и что? -- ответил Боб. -- Зато подметали!
Боб Скотинец покоился в глубинах зелёного, местами поблескивающего дивана пяти метров в диагонали и привычно радовался жизни. Случайные гости, как экранные заставки, вносили разнообразие в дизайн его внутреннего десктопа. Они блистали модными словами, подгружали в память свежеподцепленные идеи, охотно делились сезонными вирусами, передаваемыми через дыхание и зрачки. Иногда им удавалось заставить хозяина заняться чем-нибудь позитивным, например, рассчитать конфигурацию виброгасителей для спальной мебели или смоделировать обратное рассеяние сейфертовских ядер на схлопнувшемся квазаре. В такие минуты Скотинец отдыхал душой, всё остальное время он посвящал постижению Реальности.
Вот и сейчас он проницал бытие. Губы его кривились, затем складывались сердечком, взгляд бродил по плоскому, словно тундра после снегопада, телевизионному экрану.
– - Чашечку кофе?
– - Не откажусь.
– - Тогда сделай и мне. Там есть смолотый, найдёшь.
– - Сам ты "смолотый". Сам делай.
– - Я занят. Посмотри на эту диву. Какие пёрышки в волосах! Какой носок на ножку натянут!
– - Какая уздечка на заднице! -- отметил злоязычный Димон.
На экране мельтешило гибкое создание, облачённое в слишком тесный, несолидный, детский какой-то лифчик, чёрные чулки и смешные трусики из трёх полосок. Создание вело себя как кенгуру под ливнем. Прыжки пред шестом сменялись темпераментными наскоками на сей ствол. Стояк вибрировал, но не сгибался.
– - Если бы она обаяла не шест, а меня, я бы быстро спустил с неё эту сбрую, -- заявил Скотинец. В его голосе отсутствовала уверенность.
– - Да, ты бы быстро, -- согласился Дикий Димон. И недоговорил, поперхнувшись. С ним случалось.
Физик-шизик Боб по прозвищу Скотин (ударение на первом слоге!) долго смотрел на своего приятеля, сетевого рыцаря Димона по прозвищу Диди (ударение на втором слоге). Получилась трагическая пауза.
– - К моему прискорбию, это всего лишь мысленный эксперимент.
– - Экспериментатор! -- Димон напряг голос и сделался опасным. Ну прямо Кинчев, подумалось Бобу. -- Смотри, какой умелый! В мыслях! Да кто захочет обаять такого Обломова? Который только на диване и только в воображении! В гнусном похабном воображении теоретика! Пялься и дальше на доступные пупки, абстракционист секса!
– - Ну, хоть так. Тоже клюква-земляника, -- туманно молвил Скотинец. -- Знаешь, я покой храню. В нём сердце вызревает. А ты кипишь. Не выкипи.
На Диди его примирительный тон не подействовал.
– - Почему тебе так мало хочется? Как ты живёшь? За формулами звёзд не видишь! Ты мужик или абажур? Щас те бабу приведу! С сердцем в горячей груди! -- он перепрыгнул с края дивана на край компьютерной тумбы. Застучал по клавишам словно пулемётчик. Боб погрузился в задумчивость.
Дробный стук стих. Димон изумлённо глядел на экранишко, тощее и плоское: разделочная доска после диеты. Отдёрнув руку от кейборды как от сковороды, он опереточным голосом выругался -- красиво, гневно и нараспев.
– - Коротнуть твою мать в писиайные разъемы! Где у тебя зе-бат? Миранда где?
– - Чииго-о? -- протянул Боб. -- Ах, тебата нетушки! -- закручинился он. -- Нету гада. Мухи съели. Да и ну его к чертям.
– - А работать чем?
– - Головой, -- немедленно отозвался Скотинец.
– - Ну дуремар! Чем ты пользуешься в работе? Где система? Где оболочки? Почему у тебя нормальные софты не стоят?
– - Не встают.
– - Ох-медь, клеммы раком! Меловой период! Хоть бы Оперу халявную на свой голый биос натянул, мамонт! -- натужным баском кричал Димон, и гневно звенели бокалы в серванте. -- Ты в каком веке живёшь? Будь как людь, двадцатый трап тебе в стартап!
– - Распутный слог, чудные представленья, -- бормотал в параллель ему Скотинец. -- Распятый йог на светопреставленьи…
– - И как теперь прикажешь коннект поднимать?
– - Программисты выглядят как люди, но людьми уже не являются, -- ни к селу ни к городу выдал Боб. -- Они эволюционируют в носителей алгоритмов и губителей культуры. Торжествуй, гунн! Жги храмы!
– - У, истукан! Обойдёшься без девочек, без адресочков. Просить будешь, не получишь, -- Диди взлетел над сморщенным половиком и плюхнулся в диван. Диван ойкнул. -- Где тут моя мобила?
– - Она, наверное, сломалась. Гунн, зачем ты сел на неё?
– - Ё моё, бобёр, слышь, ты меня достал! Не зли, я и так зол.
Диди выхватил из-под себя трубку с красным фонариком на боку. Стиснул "хрустик" в могучей длани, точно пойманного скорпиона, и принялся тыкать пальцем в его пупырчатый живот. На экранчике возникли монстры. Димон расстреливал их с невероятной скоростью. Он увлёкся, забылся и утратил интерес к греховодническим планам.
– - Нелепо так переживать из-за бездушной вещи, -- с явным опозданием заметил Боб. -- А впрочем… У вещи должен быть хозяин, у Марьи -- Иван…
– - У ротора коллектор, у ротозея лектор…
– - Замечательно. Как ты толков! У этой фетишистки с дрыном -- он кивнул телевизору -- должен быть я. Но изначально пары разделены. Отсюда и беспокойство. Не создал требуемую связь -- значит, не нашёл свою орбиту. На нужный уровень не вышел. Это закон, въезжаешь? Статистика Бозе. И Эйнштейна.
– - Бозон или не бозон, вот в чём вопрос! -- продекламировал Димон рыдающим от смеха голосом. Он продолжал давить монстров -- пары стравливал.
– - Ты мне не веришь! -- встревожено пробормотал Скотинец.
– - Домыслы-вымыслы. Бренчи, балалайщик.
– - Димок, мы игроки на рынке поступков. Актёры передвижного театра. Мир заточен под спектакль. И мы должны угадать сценарий.
– - Мы, может, и актёры, а ты, по жизни, зритель. Обитатель дивана.
– - Я, наверное, суфлёр. А впрочем… Кто-то ведь должен смотреть со стороны. Вдохновению требуется взгляд из зала. Рукоплескания или свист. Розы и шипы. А напортачит артист -- несвежим томатом по ряхе отловит!
– - Страшный ты тип, Скотин.
– - Я-то? Никак нет! Лучше посмотри на эту девочку в трусиках на босу ногу. Она убийственна! И прелестна, -- добавил он осуждающим тоном.
– - Плейбойственна и топлесна, -- уточнил Димон, на миг оторвавшись от ристалища. -- Бесится кошка. Зад выставила, точно ветры пускает.
– - Это неспроста. Всё, на чём задерживается взгляд, создано не зря!
Диди кратко прокомментировал и это утверждение. Скотинец, однако, не обращал на его шняги ни малейшего внимания.
– - Всё, что нас магнитит и заводит, суть пробные камни существования. Я вижу девушку с шестом -- следовательно, существую. Она меня не видит -- следовательно, не вполне жива. Известно ли тебе, что не всё в реальности воистину реально? Мир как компьютер: много-много скрытого и плоский экран на виду.
– - Тогда трахни её, -- посоветовал Диди. И чертыхнулся: вышло время игры. -- Узнай, вполне ли ты существуешь.
– - Мерзостно мне матерьяльное!
– - Только не полощи мозги. Реальность материальна, пока она есть. А ты -- кто тебя поймёт? За тебя не поручусь.
– - Тогда трахну тебя, -- ответил Скотинец. -- Утюгом. За гнусный твой язык и образ мыслей грязных.
– - А что я такого сказал? Всё по теме. Хочешь, прям сейчас твою стриптизёршу вызвоню?
– - Это за пределами человеческих возможностей!
Видать, крепко хотелось Скотинцу полапать кралю из телевизора, иначе не стал бы он так откровенно сталкивать Диди в распахнутый люк. Димон взглянул на Боба, поднялся, прищёлкнул к поясу "скорпиончик" и бросил всего лишь одно слово: "жди". После чего окопался на кухне и в течение часа блокировал всякие попытки хозяина хаты прорваться к кофе и томящимся в хлебнице пирожкам.
Скотинец страдал, но терпел. Он доверился сверхъестественной цыганской способности Димона уводить информацию из любого, самого охраняемого стойла. За это качество Диди удостоился звания хрякера -- или хрюкера, смотря как язык повернётся. К тому же Дикий Димон как никто другой умел завораживать дам и дев, доводя их до зомбизма. Подробности этого процесса Боба не интересовали. Современный человек поручает свои проблемы специалисту и не тратит время на изучение чуждых ему технологий.
Тем более в случае разовой потребности в них.
Стри п тиз заказывали?
Диди выглянул из кухни. Спросил:
– - Сам с ней поговоришь или меня попросишь?
Боб засуетился:
– - С ней? Ты не шутишь? Она так хороша! Ах, дай мне трубку! Нет, постой… что нужно ей сказать?
– - Всю правду! -- мрачно ответил Димон. -- Где у тебя пиво?
– - Там под окном, под картошкой… Какую такую правду?
– - Жестокую! -- заявил Диди. -- Ну что вылупился? Дышите, покойник! -- он вручил Бобу телефон. -- Видишь надпись "Марьяна, стрипуха"? Жми на неё, потом на кнопку -- вот сюда, где трубка намалёвана, -- и будет тебе счастье.
