Гельмут Моммерс
Сыр для мыши
Так не бывает! - была моя первая недоверчивая мысль при виде парка, где за кустами и листвой столетних гигантов притаилась роскошная четырехэтажная вилла. Не переставая изумляться, я шел по скрипящему гравию дорожки меж живыми изгородями, клумбами и газонами, не отрывая глаз от внушительного портала с медным козырьком, покрытым зеленой патиной времени и поддерживаемым двумя парами колонн. Мне казалось, что я перенесся на два века назад. На дворе у нас 2086 год, и нужно радоваться уже тому, что живешь не в ячейке контейнера.
Как там гордо обещал продавец?
«Небольшой оазис прошлого, но с современным комфортом и новейшей бытовой техникой».
Дом производил впечатление жилого, хотя кругом ни души, впрочем, ничего другого в этом бездушном городе я и не ожидал. А воздух полнился стрекотанием кузнечиков, щебетом птиц, шелестом листвы, шорохом ветра и был напоен ароматами ранней осени - иллюзия неиспорченного современностью мира.
И вот я уже стоял перед дверью с пустой табличкой - второй этаж слева, как и было сказано в объявлении. Моя будущая квартира? Но я медлил прикладывать палец к сенсору и едва не повернул назад. Какое ребячество думать, что это предложение реально! Скорее всего, меня кто-то разыграл… или меня ждет какой-то подвох?
Но дороги назад уже нет. И зачем только я рассказал все Глории! Полночи мы лежали без сна, тесно прижавшись друг к другу в нашей каморке, рисуя себе, каково будет жить в настоящей квартире, где по собственной комнате достанется всем троим, даже если пока нас только двое.
Я коснулся сенсора. Открылась линза, и наблюдательное устройство в двери блеснуло на меня механическим глазом. Я знал, что в это мгновение меня всячески просвечивают и расфасовывают на пакеты данных.
- Ваше имя, ваш код, ваше дело? - загудело из решетки динамика. Не успел я ответить, как электронное устройство продолжило: - С вами говорит автоматическая система безопасности «Сторожевой пес» «Сейфгард Микро Системс Ltd.». Пожалуйста, обратите внимание, что ваши отпечаток пальца, снимок зрачка и образец голоса занесены в компьютерную память и сейчас сравниваются с базой данных. Говорите.
Я смешался, ведь маклер уже допросил меня с пристрастием - ему осталось лишь узнать размер моих ботинок и сексуальные предпочтения.
Но есть ли у меня выбор? В зловещей тишине мой ответ прозвучал карканьем голодного ворона.
- Большое спасибо, господин Ханс-Юрген Браун-Эдер. Сочтем за честь познакомить вас с нашими достижениями.
Последовала многоминутная лекция о невскрываемых дверях, бронированных окнах, сейсмосенсорах, фотоэлементах, инфракрасных датчиках движения и компьютеризированных камерах распознавания лиц и языка жестов. Все, разумеется, поставлено «СМС Ltd.». Лучшая система безопасности, к тому же за умеренную ежемесячную оплату обслуживания. Я снес эту тираду со стоическим спокойствием, ведь я стоял на пороге нового будущего. Я думал о Глории и нашем заветном желании.
Когда дверь наконец распахнулась, меня приветствовали сияющей улыбкой.
- А вот и вы, господин Браун-Эдер. Рад, очень рад!
Маклер растянул губы в сердечнейшей улыбке, будто совсем извелся в ожидании меня. Пряча левую руку за спиной, он отвесил низкий поклон, потом правой схватил мою руку и усиленно ее затряс. И отпустил, лишь когда я перешагнул порог и внешний мир остался позади. Дверь закрылась, словно ее толкнул призрак.
- У меня для вас маленький сюрприз, - объявил маклер и сунул мне под нос бутылку «Дом Периньон», которую до того прятал за спиной. - Выпьем за ваш приход!
- Но… - огорошено забормотал я, - но я еще не смотрел квартиру…
От этого он отмахнулся:
- Ерунда!
И поспешил открыть бутылку.
Пробка выстрелила, как настоящая, шампанское брызнуло, но на паркете не осталось и следа. В мгновение ока мой маклер-филантроп раздобыл бокалы, а еще секунду спустя в них запенился золотистый напиток.
- Как оно вам?
Действительно, шампанское восхитительно пузырилось на языке и, пощекотав нёбо, скатывалось по горлу.
- Две тысячи семьдесят восьмого года. Поистине благородный напиток… - с энтузиазмом похвалил маклер предложенный продукт. - У меня осталась еще партия, восемь бутылок. Специальное предложение! - Он просиял как Дед Мороз. - Всего четыре тысячи евро. В рассрочку!
Он что, считает меня Крёзом?
Ответ он прочел на моем лице. «Мне всего двадцать три, и по профессии я не сын богатых родителей».
- Или по частям? - не отставал он. - Бокал за пятьдесят два. Или сто двадцать в месяц, и пейте сколько душе угодно. С извещением за пять дней до того, как иссякнут запасы.
Пятьдесят два евро за небольшой виртуальный праздник звучит неплохо, тут можно даже устроить вечеринку на новоселье. Дважды сухо сглотнув, я сказал:
- Поговорим об этом после, когда у нас будет, что обмыть.
- Курите? - ни с того ни с сего поинтересовался он.
- А что, воспрещается?
- Ну что вы! - лучась радостью, покачал головой он. - Вот, возьмите. - Он протянул мне пачку «Живите экстрадолго». - Обязательно попробуйте. Новинка на рынке: максимальный вкус и никакого побочного действия. - Он умело выпустил несколько дымовых колечек, пыхтя при этом, как паровоз. - Только посмотрите: улетают, точно ветер уносит. Вот это я называю система вентиляции! Марки «Хониуэлл».
Его прямо-таки распирало от гордости. Я же закашлялся.
- Честно говоря, я не курю.
- Чего нет, то может состояться. Возьмем, к примеру, меня… Он принялся распространяться о своей прежней горестной жизни
некурящего, о том, как лишь полная самопожертвования проповедь некоего дегустатора из «Табака и лекарственных средств Inc.» помогла ему открыть его истинное «я», квинтэссенцию смысла жизни и познать просветление - и так далее, и тому подобное. Обычная рекламная белиберда, вершиной которой было признание, что жить стоит лишь ради курения, к тому же благодаря витаминам и микроэлементам такая жизнь оказывается еще и здоровой!
Я почти почувствовал себя неблагодарной скотиной, когда вежливо, но решительно отклонил предложение месячного рациона.
Наконец он взял себя в руки настолько, чтобы перейти к показу квартиры.
В кухне-столовой слева от входа мой многоречивый маклер разглагольствовал о разнообразии и техническом совершенстве кухонной техники, не упустив случая продемонстрировать работу и производительность каждого отдельного агрегата, назвать его изготовителя, марку и стоимость при покупке или аренде и подчеркнуть, что вся техника увязана в сеть, так сказать, до некоторой степени живет собственной жизнью, словно муравьи в муравейнике, управляемые царицей - в нашем случае центральным процессором квартиры, созданным служить высшему благу своих господ и повелителей (тут маклер галантно повел передо мной воображаемой шляпой), на что я лишь едва заметно качнул головой и неуверенно пробормотал:
- В этом я не разбираюсь. Всем занимается Глория… Я ей скажу, пусть заглянет в инструкцию. - И взглянул на него испытующе. - У вас ведь есть инструкция?
Вот недоумения я никак от него не ожидал. Впрочем, люди его профессии славятся своими сверхспособностями - в том числе актерскими, возможно, приобретенными на «Тайм Уорнер», подразделении «Уорнер Бразерс Студиос».
- Инструкция? - Он сделал растерянное лицо. - Ну конечно! Не думаете же вы…
И, словно по подсказке, стал перечислять преимущества системы, ее программное обеспечение, совместимость, возможности апгрейда. Я почувствовал себя совершенно разбитым.
Я протиснулся мимо него в коридор, а вслед мне сыпались протесты с перечислением прочих технических ужасов о всевозможных очистительных и уборочных механизмах, сложенных в прилегающем служебном помещении.
- Приберегите это для моей жены, техникой у нас занимается она.
- Вашей жены? - Железной хваткой он оттащил меня от двери, которую я уже собирался открыть. - Вы женаты?
- Нет, - поправился я, - но живем вместе.
- Это хорошо. Это очень хорошо! - Он потянул меня по коридору к будуару (так, подмигнув, он назвал это помещение). - Там у меня для вас кое-что особенное.
Внезапно зазвучала вкрадчивая музыка, которая стала громче, когда дверь распахнулась. «I love you babe, I love you tender…» - взвыло мне навстречу. Завершилось все сдавленным: «Won't you stay with me tonight?»
Я снова сухо сглотнул, увидев, кто нежится на расстеленной кровати, которая к тому же покачивалась, словно надувной матрас на неспокойных волнах. Пышные формы рыжей девахи выпирали из черной комбинации. Облизнув розовым язычком губы, она потерла одна о другую длинные ноги, точно самка богомола перед угощением, и поманила меня пальчиком.
Кровь ударила мне в лицо, я по самые уши залился краской и развернулся после первого же шага в комнату.
Дверь была заперта, а маклер исчез. Очевидно, тактично удалился.
