Уинтерз Ребекка
Единственный выход
Ребекка УИНТЕРЗ
ЕДИНСТВЕННЫЙ ВЫХОД
Подмена младенцев - такой случай выпадает один на миллион, но сестра Кесси Арнольд, Сьюзен, была убеждена, что ее сына подменили. После смерти сестры Кесси решила выяснить, так ли это на самом деле. И оказалось, что материнская интуиция не обманула ее сестру! Племянник Кесси попал в семью разведенного могущественного банкира Трейса Рамсея. И Кесси, и Трейс настолько привязались к детям, что ни один из них не пожелал расстаться с малышами. Единственно разумное решение, которое предложил Трейс, - это пожениться ради блага детей. Но будут ли при этом счастливы родители?
Глава 1
Несомненно, отец ребенка он! Такая же смуглая кожа, знакомый упрямый подбородок, такие же волосы, черные как смоль. Сходство бросилось Кесси в глаза даже на расстоянии, разделявшем их.
Она прислонилась к притолоке. Все-таки материнская интуиция не обманула ее сестру.
"Кесси, в первую же минуту, как я взяла Джейсона на руки, я почувствовала, что что-то не так, какой-то он другой. Если бы Тэд был жив, он сказал бы то же самое. Джейсон не наш сын! Я убеждена в этом! Помнишь, я рассказывала: только он родился, его поместили в отделение интенсивной терапии? И помнишь, я говорила о катастрофе, происшедшей как раз в это время, и о жертвах взрыва? В то утро в больнице было такое столпотворение... Я убеждена, что они перепутали детей и принесли мне из отделения интенсивной терапии чужого ребенка. Джейсон должен вернуться к своим родителям. Кесси, обещай мне, что ты найдешь моего ребенка и позаботишься о нем. Тогда я смогу спокойно умереть".
Кесси бросало то в жар, то в холод: она своими глазами видела, кто настоящий отец Джейсона. В девятимесячном Джейсоне все до малейшей черточки и лицо, и даже поведение - точно повторяло Трейса Эллингсуорта Рамсея III, мужчину сурового вида, сидевшего за письменным столом. Она через дверь наблюдала, как резким тоном он диктовал распоряжения какому-то, несомненно, ничтожному служащему Большой банковской корпорации Финикса.
Кесси закрыла глаза. Есть над чем подумать. Значит, сын Сьюзен оказался в семье известного, могущественного банковского воротилы. Сын Сьюзен сейчас носит имя Рамсея и уверенно займет место в жизни как один из его наследников.
А вдруг семья Рамсеев, как и Сьюзен, девять месяцев назад почувствовала что-то неладное? Вдруг они тоже заметили в своем малыше что-то необычное? К примеру, какие-то черты внешности, которых нет ни в семье матери, ни в семье отца?
- Входите, мисс Арнольд! - Трейс Рамсей, положив трубку, даже и не пытался скрыть нетерпение.
Прежде чем войти, Кесси бросила взволнованный взгляд на Джейсона, который спал в коляске рядом со столом секретаря. Несмотря на высокие каблуки, добавлявшие несколько дюймов к ее росту в пять футов и три дюйма, Кесси почувствовала себя гномом в просторном, с мебелью из орехового дерева кабинете. К своему разочарованию, она нигде не увидела фотоснимков или портретов жены и сына Рамсея. За исключением двух-трех картин на стенах и карликового дерева на письменном столе, обстановка была, можно сказать, безликая и холодная.
Она села на один из стульев напротив стола.
- Спасибо, что нашли время, чтобы принять меня сегодня утром. Я понимаю, мистер Рамсей, что должна кратко изложить суть дела.
Его черные брови сдвинулись.
- По словам моего секретаря, миссис Блейксли, у вас чрезвычайно секретное дело, которое вы хотели обсудить со мной лично и отказались изложить ей.
- Я не могла ей ничего сказать, - быстро затараторила Кесси. Ее глаза, зеленые, как весенняя листва, умоляюще просили поверить ей. - Это дело касается только нас, и никого другого. Когда я говорю "нас", я, конечно же, имею в виду и вашу жену, - мягко добавила она.
Он сидел подавшись вперед, сжатые руки на столе, и смотрел на Кесси. Она глядела ему прямо в глаза, темно-голубые глаза с невероятно черными ресницами. Как у Джейсона. Глаза Рамсея напоминали Кесси голубой отблеск молнии.
- Мой секретарь никогда не назначает встречу, мисс Арнольд, не получив сначала предварительной информации. В вашем случае она сделала исключение. Я надеюсь, вы сказали правду, когда утверждали, что речь идет о жизненно важном деле. Если вы солгали для того, чтобы проникнуть в мой кабинет, то это самый надежный способ оказаться перед судом. Поскольку я урезал время важного заседания правления и предоставил его вам.
От его наглости у нее перехватило дыхание. Если бы речь не шла о счастливом разрешении дела для всех заинтересованных, она бы выбежала из этого кабинета, хлопнув дверью.
- Это касается вашего сына, - спокойно сказала Кесси.
Сердце у нее упало от плохого предчувствия, когда она увидела, как злоба исказила его лицо. Он вскочил и наклонился вперед.
- Если вы замешаны в похищении моего сына, то позвольте предупредить вас, я уже включил сигнал тревоги для дежурных. Когда вы выйдете отсюда, вас встретят вооруженные охранники.
- Что за бред вы несете! - с негодованием воскликнула Кесси, но секунду спустя ей пришло в голову, что богатство сделало Рамсея постоянной мишенью вымогателей и шантажистов. И от этой мысли дрожь пробежала у нее по спине.
- У вас тридцать секунд, чтобы объяснить, чего вы хотите.
От явной угрозы в его голосе Кесси начала нервничать.
- По.., по-моему, вам лучше сесть.
- Ваше время уходит.
Чтобы почувствовать себя немного уверенней, Кесси тоже встала, сжимая в руках маленькую сумочку.
- Мне нелегко объяснить, когда вы стоите там, будто.., будто сейчас наброситесь на меня.
- У вас десять секунд. - Он посмотрел на часы. - Потом вы будете объясняться с судьей.
Грозное выражение лица и холодность тона не оставляли сомнений в том, что он сделает именно так, как говорит.
Конечно, Кесси нервничала и хотела заставить его выслушать правду. Но главное, сказала она себе, - помнить, что этот человек и его жена - ее единственный пропуск к сыну Сьюзен. И эта мысль придала ей смелости. Набрав в легкие побольше воздуха, она начала:
- Мне довелось узнать, что у вас и вашей жены есть девятимесячный сын, родившийся двадцать четвертого февраля в больнице Палмс Оазис. Моя сестра, Сьюзен Арнольд-Фишер, в тот же день тоже родила мальчика. До самой своей смерти она верила, что из-за катастрофы была допущена ошибка. Произошел взрыв на химическом заводе, и в больницу потоком хлынули пострадавшие. И каким-то образом в отделении интенсивной терапии новорожденным привязали к запястью бирки с чужими именами. В результате моя сестра получила вашего ребенка, а вы и ваша жена привезли домой ее сына.
Молчание, наступившее после ее последней фразы, казалось бесконечным. Его лицо оставалось бесстрастным, жестким и холодным, как камень.
- Ладно, - наконец проговорил он. - Я выслушал вашу сказку. Надеюсь, у вас есть хороший адвокат. Скоро он вам понадобится.
- Подождите! - воскликнула она, увидев, что он надавил кнопку внутренней связи. Кесси предполагала, что эта встреча встревожит его, но у нее и мысли не было, что он обратится к властям, прежде чем она убедит его в правдивости своих слов!
- Слишком поздно отступать, мисс Арнольд.
Кесси повернула голову на дверь и увидела, что в комнату входят вооруженный охранник и офицер полиции, их руки покоились на расстегнутой кобуре пистолетов. Позади стояла взволнованная миссис Блейксли с извивающимся и кричащим вовсю Джейсоном на руках.
- В чем?.. - Трейс Рамсей умолк на полуслове и провел рукой по черным волосам, бросив на Кесси ядовитый взгляд. Но она была слишком взволнована плачем малыша, чтобы заметить это. Уронив сумку, она бросилась к Джейсону.
Сьюзен умерла два месяца назад, и с тех пор Кесси и Джейсон стали неразделимы.
Хоть она и не была биологической матерью мальчика, но любила его с не меньшей силой. Она ругала себя за то, что оставила ребенка на попечение миссис Блейксли даже на такое короткое время. Он, должно быть, проснулся и испугался, увидев склонившееся над ним незнакомое лицо.
- Что случилось, мистер Рамсей? - спросил охранник, но Кесси не услышала ответа. Джейсон узнал ее, и тотчас его крик стал еще громче.
- Ма-ма! Ма-ма! - повторял малыш, протягивая к ней ручки.
Несмотря на всю серьезность ситуации, Кесси невольно улыбнулась. Ведь весь этот хаос создал собственный, шумный сын Рамсея.
- Мама здесь, солнышко мое. - И, пробормотав "благодарю вас", она взяла из рук пожилой женщины мальчика и прижала его к груди. Она целовала его темные влажные локоны и свободной рукой гладила сильную упругую спинку.
Джейсон всем дал ясно понять, что ему нужна Кесси, и больше никто. Он крепко вцепился в нее и тут же утих. Кесси почувствовала такой сильный прилив материнской нежности, что ее одолели сомнения: в этот момент она поняла, что никогда не сможет отдать ребенка. Возможно, она сделала ошибку, что пришла сюда.
