Владимир Борисович Авдеев
РАСОЛОГИЯ
Наука о наследственных качествах людей
Великим расовым теоретикам от благодарного ученика
Расология и антропология: к вопросу о различиях
Каждое живое существо само собою знает, к какой породе оно принадлежит, ибо об этом ежемгновенно вещает его врожденный инстинкт. Именно этот простейший и неоспоримый естественнонаучный факт лежит в основе такой науки, как расология. Желание изучать породы живых существ чувствами и умственными способами той породы, к которой принадлежит сам исследователь, и является главной мотивацией к созданию данной науки. Можно сказать, что ее предпосылки коренятся в инстинктивной сути каждого организма. Оценивая по аналогии со своей плотью, духом, желаниями и страстями всех, окружающих, каждое живое существо творит свою иерархию ценностей, принимая себя за эталон. Внутреннее биологическое начало, передаваемое поколениями предков, которые непрестанной борьбой за существование увековечили свой тип, и является вектором, созидающим вечный образ расы. Раса, или порода — это тот плацдарм с которого начинает свое вторжение в этот мир каждое живое существо, оглашающее его при появлении на свет криком новорожденного, будто кличем к атаке. «Я есть, и Вы, все прочие, теперь обязаны считаться с этим фактом», — возвещает оно миру, едва обретя свободу воли и судьбы.
Представление о своем месте в природе для каждого организма является приоритетной жизненной задачей. И именно на определение этого места в естественной иерархии бытия нацелены познавательные методы расологии. При рассмотрении рас она стремится прежде всего определить качество человеческого материала, ибо оно и определяет биологическую ценность и жизнеспособность каждого человека. Если в сферу компетенции физической антропологии входит изучение тех или иных количественных характеристик человеческого тела в его расовых вариациях, то в расологии на первый план выходит их качественная оценка. Различия в цефалическом указателе у представителей различных рас или концентрация тех или иных гормонов и белков не интересуют расологию сами по себе, но только в контексте социальной, культурной и политической интерпретации этих данных. Таким образом, установление закономерной связи между качеством человеческого материала и его историческими проявлениями является главной задачей расологии.
Именно этот узловой натурфилософский акцент и выдвигает ее в число самых почетных и привилегированных естественнонаучных дисциплин, ибо расология учит каждого индивида эффективной борьбе за обладание жизненно необходимыми ресурсами, исходя из знания его собственных унаследованных задатков и наследственных задатков биологических конкурентов. Стратегию борьбы за существование она обосновывает через максимальное использование расовых признаков своей группы в противостоянии с расовыми признаками биологических конкурентов за «место под солнцем». Есть «они» и есть «мы», так было и так будет всегда.
Расология в структуре естественных наук выполняет функцию иммунной системы по аналогии с функциями организма. Максимально успешное противостояние инородным напастям и инфекциям — вот прямая и единственная задача. Цель применения ее научных методов сводится к распознаванию и нейтрализации всех чужеродных влияний, проникающих в ареал своей расы, на каком бы уровне они ни проявлялись.
Человек, не обладающий расовым инстинктом, подобен собаке, не умеющей кусаться и лаять, коту, что не ловит мышей, или помидору не имеющему ни вкуса, ни запаха помидора. Человек, не обладающий выраженным расовым инстинктом находится как минимум на первой ступени дегенерации, так как расовый инстинкт составляет стержень эволюции. Человеческое общество в полной мере подчинено законам термодинамики, и любые формы расового всесмешения неизбежно ведут к энтропии. Природное неравенство — это причина любого культурного, социального и политического движения вообще. Иерархически выстроенные биологические формы бытия, вбирая в себя любой жизненный импульс неминуемо, сортируются по их качественной значимости. Смерть неизбежно уравнивает, в то время как жизнь всегда делит на высших и низших. По другому не бывает.
Слово «Rasa» происходит из санскрита — древнейшего языка ариев времен начала формирования общности, когда еще не было народов в их современном социальном понимании и когда еще не было множества национальных языков, ныне эту общность представляющих. Именно биологическое единство крови и ареала обитания являлось тогда связующей основой между людьми. Социальные, политические, культурные, религиозные различия возникли много позже и нарушили эту общность ариев.
Таким образом, возникновение слова «Rasa» относится к эпохе протоистории. В наиболее авторитетном на сегодняшний день оксфордском санскрито-английском словаре под редакцией сэра Моньера-Вильямса слово «Rasa» трактуется как «лучшая часть чего-либо, эссенция, сок из фруктов, сироп, микстура, эликсир» — словом, концентрированное вкусовое выражение. От корня образуется еще несколько десятков производных слов, несущих в себе тот же главный принципиальный смысл: «Rasa» — это основополагающая ценностная категория, причем не только в физической среде, но также и в области трансцендентальных идей и понятий. Rasa — это атом, неизменная единица вкусового и, шире оценочного мировосприятия вообще. Образно говоря, Rasa — это эталон, соизмеряющий бытие во всем множестве его проявлений: от цвета, запаха, вкуса и прикосновения вплоть до тончайших флюидов религиозного состояния и свободного от эмоций чистого разума.
«Rasa» — универсальный критерий, на основе которого затем складываются более сложные и конкретные оценочные категории. Таким образом, термин «Rasa» обозначает одно из основополагающих понятий древнейшего на земле языка, ибо восходит к самым началам языка как такового. Когда индоевропеец принялся сравнивать различные вещи, ему понадобилась некая базовая оценочная категория, желаемый эталон совершенства. По-видимому, так в глубинах его архетипа и запечатлелось впервые слово «Rasa».
Совершенно очевидно, что, рассуждая о качестве окружающего мира, человек начал использовать это слово применительно в первую очередь к своим собственным собратьям и оценивать с его помощью людей из соседних и дальних племен. Именно так этот термин и наполнился антропологическим смыслом.
Прочно укоренившееся в классической индийской культуре слово «раса» в Европе впервые появлется лишь с началом эпохи великих географических открытий, в XIV веке — в Италии и Испании, затем в конце XVI века — во Франции. В XVII веке оно появляется в Англии, а в XVIII в Германии. Но значение его с самого начала было еще не устойчивым и весьма расплывчатым.
В современном, сугубо биологическом смысле слово «Razza» впервые встречается на итальянском языке, у Федерико Гризоне в 1552 году, как термин коневодства, а на французском у Оливье де Серра в 1600 году появляется термин «La race» для этих же целей. Немец Георг Симон Винтер в 1672 году использует в немецком языке для нужд скотоводства французскую кальку. Первоначально модный заморский термин применялся только в целях классификации пород благородных животных, однако крупный французский этнограф и путешественник Франсуа Бернье в 1684 году впервые применил его для определения различий среди человеческих племен. Гениальный шведский естествоиспытатель Карл Линней (1707–1778) в 1746 году создал первую классификацию человеческих рас. В свою очередь крупнейший немецкий ученый Иоганн Блюменбах (1752–1840) в 1776 году впервые в целях классификации рас использовал краниометрические исследования черепов различных этнических групп, а французский естествоиспытатель Жорж Кювье (1789–1832) в 1817 году в качестве основы определения различий предложил использовать цвет кожи. Кроме того, Иммануил Кант (1724–1804) в 1775 и Иоганн Готтфрид Гердер (1744–1803) в 1784 обосновали термин «раса», уже как философскую категорию. Позднее многие антропологи создавали свои варианты расовых классификаций: Августин Тьерри (1817), Этьен Жоффруа де Сент-Илер (1818), Бори де Сент-Винсан (1827), Амедей Тьерри (1828), Джеймс Причард (1836), Андерс Ретциус (1842), Роберт Нокс (1850), Чарльз Дарвин (1859), Поль Брока (1860), Исидор Жоффруа де Сент-Илер (1870), Томас Генри Гексли (1870), Поль Топинар (1878).
Последний в своем знаменитом сочинении «Антропология» (1878) писал: «В антропологии термин «раса» имеет совершенно реальное значение и служит для обозначения естественных подразделений человеческого рода, независимо от времени, когда они образовались».
Однако на протяжении всего этого длительного периода времени не существовало четкого и однозначного определения термина, ибо ученые смешивали сугубо биологические параметры с лингвистическими и этнографическими факторами, из-за чего постоянно возникала путаница, а народы, имеющие одинаковый внешний облик и психические характеристики, записывались в различные расы на основе данных этимологии или выводов сравнительной лингвистики. Нередко народы, не имеющие между собой ничего общего в плане физического строения, бывали отнесены к одной расе только на основе языковой общности. Эти противоречия и неточности в систематизации дорого обошлись адептам расовой теории, ибо скомпрометировали всю науку в целом. В результате отождествления «народа» и «расы» возникли совершенно абсурдные словосочетания, такие как «тевтонская раса», «германская раса», «славянская раса», а само число рас в различных классификациях колебалось от нескольких единиц до нескольких сотен.
