Пьер Сувестр и Марсель Аллен
Фантомас
Глава 1
ГЕНИЙ ПРЕСТУПЛЕНИЯ
– Фантомас!
– Как вы сказали, простите?
– Я говорю – Фантомас!
– И что же это значит?
– Ничего… А может – все!
– Однако! А кто это такой?
– Никто не знает… Но, тем не менее, он существует!
– Хорошо, но чем-то же он, в конце концов, занимается, этот кто-то!
– Он наводит ужас!..
Ужин подошел к концу, и все перешли в гостиную.
С давних времен маркиза де Лангрюн, желая скрасить свое одиночество и поддержать старинные знакомства, каждый год надолго переезжала в свой замок Болье на севере департамента Ло, в живописнейший район на берегу Дордонны. И по традиции каждую среду она приглашала на ужин в замок самых близких друзей, живущих по соседству.
В этот день за столом сидели господин Боннэ, бывший судья, ныне оставивший службу и переехавший из пригорода Брива в свое маленькое поместье возле городка Сен-Жори; аббат Сико, местный кюре, слывший одним из завсегдатаев замка, а также не столь близкая приятельница маркизы баронесса де Вибрей, молоденькая вдовушка, богатая, независимая, обожающая путешествия. Целыми днями она гоняла по окрестным дорогам в своем роскошном автомобиле. И, наконец, молодежь была представлена юным Шарлем Ромбером, милым восемнадцатилетним мальчиком, приехавшим в замок два дня назад и с тех пор не спускавшим с величественной маркизы восхищенных глаз, а также Терезой Овернуа, внучкой госпожи Лангрюн. Маркиза была единственной родственницей девушки – после смерти родителей она заменила Терезе отца и мать.
Разговор о Фантомасе затеял судья после ужина. Странное и загадочное имя заинтриговало всех присутствующих. И пока юная Тереза Овернуа грациозно разливала гостям кофе, со всех сторон посыпались вопросы.
Господин Боннэ принялся объяснять:
– Если мы обратимся к статистике, дорогие дамы, то убедимся, что из всего количества ежедневно регистрируемых смертей как минимум половина является результатом преступления.
Вам, как и мне, прекрасно известно, что из всех этих преступлений наша доблестная полиция раскрывает дай Бог, чтобы половину, а наш справедливый закон карает и того меньше.
– К чему вы клоните, мсье Боннэ? – с любопытством поинтересовалась маркиза де Лангрюн.
– А вот к чему, – невозмутимо продолжал судья. – Множество преступлений остаются нераскрытыми, но, тем не менее, они были совершены. Авторы их избегают наказания. Некоторые из них – самые обыкновенные уголовники, просто до поры до времени несколько более удачливые, чем другие. Но бывают преступления… Бывают преступления, господа, загадочные, необъяснимые, дело рук существа поистине неуловимого, слишком умного и ловкого, чтобы попасться. В анналах истории можно найти упоминания о таких загадочных персонажах – Железная маска, Калиостро…
Почему бы тогда не предположить, что и в наше скучное время у великих злодеев прошлого могут найтись последователи?
Аббат Сико мягко заметил:
– Однако, дорогой господин Боннэ, нельзя отрицать, что в наши дни полиция работает куда эффективнее, чем прежде, не так ли?
– Без сомнения, – улыбнулся судья. – Однако ведь нельзя отрицать, что и преступники давно уже не бряцают кинжалами в темных подворотнях. У полиции сейчас совсем другие заботы. Теперь для совершения своих преступлений бандиты высокого полета употребляют самые разнообразные средства; наука, призванная облагодетельствовать человечество, может при случае, увы, быть использована для самых черных дел. Иная современная банда так хорошо оснащена технически, что шансы обеих сторон практически уравниваются!
Юный Шарль Ромбер, прислушивавшийся к разговору, произнес бесцветным, слегка дрожащим голосом:
– Однако, господин судья, вы собирались рассказать нам о Фантомасе…
– Да-да, конечно, я помню… Итак, вы хорошо меня поняли, дорогие дамы? Так вот, похоже, что наше время запишет в свой актив появление грозного и неуловимого убийцы, которому наплевать на мораль и общественное мнение и которого полиция, отчаявшись поймать, называет Фантомасом.
Фантомас… Невозможно узнать, где он скрывается, да и вообще никто точно не знает, кто это такой. О нем ходят самые невероятные слухи. То он появляется в облике другого человека, часто весьма известного, то предстает отвратительным чудовищем, а иногда будто раздваивается и непонятно, как отличить его от фантома. Он нигде и везде, его тень нависает над самыми загадочными тайнами, его имя связывают с самыми запутанными преступлениями и тем не менее… Никто даже не может похвастаться, что знает, как он выглядит!
– Дорогие мои, – обратилась маркиза к молодежи. – Должно быть, наше общество вам наскучило. Мы вас отнюдь не держим.
Она с улыбкой повернулась к внучке, которая послушно поднялась.
– Тереза, в библиотеке есть отличная головоломка. Попробуй разгадать ее вместе с твоим другом Шарлем.
Баронессе де Вибрей не терпелось снова вернуть разговор к Фантомасу.
– Но скажите, мсье Боннэ, почему вы считаете, что этот зловещий субъект как-то связан с исчезновением лорда Белтхема? Увы, кому как не нам, женщинам, знать, на какие проделки способны вы, мужчины. Может, у лорда были причины просто сбежать!
– Прошу прощения, баронесса, прошу прощения! Я бы, без сомнения, согласился с вашим мнением, если бы исчезновение лорда Белтхема не произошло при столь таинственных обстоятельствах. Однако есть факт, который не может пройти мимо нашего внимания. О нем упоминается в газете «Столица», выдержки из которой я вам недавно зачитывал.
Вспомните! Когда леди Белтхем обнаружила отсутствие своего супруга, то есть на следующий день после его исчезновения, она вдруг припомнила, что ее муж, уходя из дома, читал какое-то письмо. Оно было необычной квадратной формы. Это весьма удивило леди – лорд Белтхем, как правило, получал письма только на гербовой бумаге. Женщина сказала, что буквы были очень крупными и написаны синими чернилами.
Уходя, лорд Белтхем оставил послание на письменном столе – его жена сразу узнала по формату. Но на нем не оказалось ни единой буквы! Весь текст бесследно исчез. Письмо было подвергнуто тщательному анализу в лаборатории полиции, но обнаружить удалось лишь несколько микроскопических прозрачных пятен, тем не менее подтверждавших, что это и есть тот самый документ, который лорд держал в руках.
Конечно, леди Белтхем не могла сколько-нибудь вразумительно объяснить эту загадку. По счастью, газете «Столица» пришла счастливая мысль взять интервью у полицейского Жюва, знаменитого инспектора Службы безопасности, который уже не раз способствовал аресту самых ловких и хитрых преступников.
Господина Жюва чрезвычайно заинтересовала таинственная находка. Он не стал скрывать от собеседника, что считает Фантомаса причастным к исчезновению лорда Белтхема.
Слова судьи Боннэ звучали столь убедительно, что произвели немалое впечатление на присутствующих. По гостиной пробежал холодок страха.
Маркиза де Лангрюн поспешила перевести разговор на другую тему:
– Скажите, а что собой представляют лорд и леди Белтхем?
Баронесса де Вибрей, бывшая в курсе всех светских новостей, немедленно откликнулась:
– Ах, моя дорогая, как видно, парижские слухи до вас просто не доходят. Это очень, очень известная пара. Лорд Белтхем в свое время был атташе в английском посольстве, затем оставил службу и отправился воевать в Трансвааль. Его жена последовала за ним и во время воины проявила самые достойные качества – смелость, стойкость, милосердие. Она организовывала медицинское обслуживание и в госпиталях, и нередко на передовой. Благодаря ей было спасено немало раненых.
После войны лорд и леди Белтхем вернулись ненадолго в Лондон, но в конце концов окончательно переселились Париж.
Они до сих пор живут в Нейи-сюр-Сен, на бульваре Инкерманн, в очаровательном особняке. Какие у них изысканны приемы! Я сама нередко бывала гостьей леди Белтхем. Это необычайно привлекательная, утонченная женщина. Высокая блондинка, с тем особенным шармом, который свойственен женщинам севера…
Часы пробили десять.
– Тереза воскликнула мадам де Лангрюн, которую роль хозяйки дома не заставила забыть об обязанностях бабушки, – Тереза, дитя мое, тебе пора идти спать! Слышишь, малышка? Уже поздно!
Девочка покорно отложила игру, пожелала доброй ночи баронессе де Вибрей, судье Боннэ и затем старику кюре, который отечески спросил ее:
– Тереза, ты придешь завтра к семичасовой обедне?
Девочка повернулась к маркизе.
– Бабушка, – сказала она, – вы позволите мне проводить мсье Шарля на вокзал завтра утром? А оттуда я пойду к обедне. Я успею к восьми часам.
Госпожа де Лангрюн обратилась к Шарлю Ромберу:
– Мой дорогой Шарль, значит, ваш отец приезжает завтра в Верьер поездом 6.50?
