Читаем без скачивания Случай после дождя - Диана Мирзоян

Мирзоян Диана

Случай после дождя

Диана Мирзоян

СЛУЧАЙ ПОСЛЕ ДОЖДЯ

Я посмотрела вперед. Дорога была сносной, хотя, возможно, дальше, вне поля моей видимости, она готовила мне неприятные сюрпризы. "Идти, или нет?" задумалась я. С одной стороны, погода отличная, только что прошел дождь, и прибил всю пыль, неделями держащуюся в воздухе. Свежесть окружающей природы так и манила пройти эту остановку пешком. С другой стороны, этот дождь, очистивший воздух от грязи, развел неимоверную грязь на тротуаре, и поход после дождя в незнакомом районе мог превратиться из приятной прогулки в божью кару, и окончиться промокшими и грязными туфлями, сетованиями на окружающий мир, и грустными мыслями о своей собственной глупости, и сравнениями себя с некоей бабой, которая, не имея хлопотов от домашних, купила себе порося, для ощущения полноты жизни.

Наконец я решилась идти, понадеявшись на доброе ко мне отношение сил высших и счастливый случай. Но, как обычно бывает, на бога надейся, а сам не плошай. Ровно через полпути дорогу перегородила огромная лужа, края которой утопали в жирной и мягкой грязи, плавно переходящей в размокшие газоны с обоих сторон. "Ничего, прорвемся! - с энтузиазмом подумала я, сейчас я пройду сначала через газон к обочине, обойду по бордюру эту замечательную грязнючую лужу, а потом, таким же макаром, вернусь назад, и продолжу свой путь к остановке трамвая уже по суху!". Сказано-сделано. Я бодро свернула в сторону и направилась к дороге. Однако, прогулка по бордюру оказалась не столь приятной, как я рассчитывала. Бордюр весь выкрошился от старости, и был крайне неровный. Поэтому мои многострадальные ноги все время подворачивались, чему способствовали мои попсовые туфли, на выгнутой высокой платформе. Мучаясь и чертыхаясь, я прошла по бордюру метров десять, и решила, что пора возвращаться. Лужа справа уже почти закончилась, зато газон, через который мне предстояло перейти, чтобы добраться до тротуара, был мокрый и грязный. Настроение мое падало с каждой минутой. "Ну, что ж, -мрачно решила я, - назвался груздем - полезай в кузов! Я решила, что пойду пешком дышать свежим воздухом, и буду идти и дышать!" С этими словами я решительно залезла в самую грязь, и вдруг услышала за своей спиной мелодичное гудение. Обернувшись, я увидела очень красивую зеленоватую машину, одну из тех, в которых разъезжают новые русские. В машине сидел и призывно махал мне рукой представитель этого нового класса. Он мило улыбался и гостеприимно распахнул дверцу машины, указывая на мягкое сиденье рядом с собой. Первым делом я внимательно всмотрелась в лицо хозяина машины. Нет, я его не знаю. А раз не знаю, то и садиться в машину не буду. Не даром меня мама учила в детстве к чужим дядям в машину не садиться. Я повернулась и сделала еще несколько шагов по грязи. За спиной снова запел сигнал. Я подумала "Ну чего прицепился? Не видит, что ли, с кем дело имеет? Нашел себе девочку, тоже мне..." Потом я вспомнила, что на мне надеты мои знаменитые джинсы в дырочку. Эти джинсы были предметом зависти подруг, которые облазили все рынки в поисках подобного. Не буду же я им говорить, что эти дырчатые штаны я купила в Second Hand'е, за тридцатку. Эти штаны могли бы помочь некоторым молодым особам составить состояние, являясь одновременно и сетью и приманкой. Ах, сколько на счету этих штанов было улова, в виде разнообразных владельцев автотранспорта и просто богатеньких буратино... Но так уж устроена жизнь, драгоценность обычно достается тому, кому совершенно не нужна. Я пользоваться уловом, регулярно доставляемым мне этими штанами, желания не имела.

Гудок запел снова. Новый русский махал рукой, и медленно ехал рядом, не теряя надежду заполучить меня в виде пассажирки. Тут мне на ум пришел мой старый спор с братом, который с тоской в глазах утверждал, что в наше время, ни одна девушка, не устоит против приглашения "подвезти" на шикарной машине, и приводил в пример знакомого полковника, который хоть черта мог уговорить сесть к нему в жигули. "А дальше - дело техники..." - говорил мой брат. Я ему возражала, приводя в пример себя, однако брат недоверчиво качал головой, может, не веря моим подвигам, в этом плане, а может, не считая меня девушкой, которую стоит упорно уговаривать? Кто знает...

Гудок пропел свою мелодию еще раз. "В конце концов,- думала я,- вот этот же гражданин думает, что меня стоит уговаривать, пусть даже причиной этому мои волшебные штаны... И вообще, сейчас он убедится, что я совсем не собираюсь поддаваться его уговорам... И вообще,- думала я, выдирая туфель из раскисшей глины, - даже если я сяду к нему в машину, это еще не значит, что для хозяина это кончится чем-нибудь приятным... И вообще, - думала я, сворачивая к дороге, и с облегчением плюхаясь на чистое сухое сиденье, - кто же в наше время будет шлепать по грязи пешком, когда такая "карета у подъезда?"

Мы с новым русским с интересом разглядывали друг-друга. По видимому, он остался доволен, и рванул с места, попутно нажав кнопочку магнитолы. "Куда вам, девушка?" - спросил он меня. Мне было далеко. Но я прекрасно понимала, что наша идиллия не продлиться столько, сколько надо, чтобы добраться до места. "До куда подбросите" - сказала я честно. Он удивился. "А если подробнее?"- спросил он снова. "В сторону Октябрьской" ответила я. Помолчав немного, он сказал "Девушка, где я вас видел?" Я прекрасно знала где он меня мог видеть, и от души надеялась, что он так и не вспомнит этого. Терпеть не могу получать незаслуженные комплименты и раздавать автографы. Но ему я сказала "Может я на кого-нибудь похожа?" Он промолчал. "Давай на "ты"?" - предложил он. "Давай" - согласилась я. "Как тебя зовут?" - задал он очевидный вопрос. "Анна" - соврала я. "А я - Андрей" повеселел он. "Так, что, Анна, поедем пить шампанское?" - взял он быка за рога. "Нет, - отказалась я, отлично понимая, что это начало нашего длинного торможения, но надеясь, что я успею доехать хоть до вокзала, - я не пью шампанское". "Ну, так поедем пить пиво, сок, что ты хочешь, то и будем пить!"

- он начал понимать, что разговор будет трудным, но пока еще надеялся, что все будет по - его. "Я не могу сейчас, спешу" - ответила я. Он немного помолчал. "А если мы встретимся в другой раз?" - вкрадчиво спросил он. Я быстренько повернула кольцо камушком вниз, и как бы невзначай положила руку с тонким обручем на пальце, на усыпанный кнопочками подлокотник. "А как ваша машина называется?" - спросила я. Мне и вправду было интересно. "Мерседес, 600" - ответил Андрей. "Ой, как здорово, в первый раз еду на такой классной машине!" - воскликнула я и это тоже было правдой. "Так, понятно, ты замужем..." - он наконец заметил кольцо. "Да." - сказала я ему, хотя мужа в наличии не имелось, а был любимый парень, да и тот уже неделю был за границей. Он немного подумал, и решил поговорить со мной по душам. "Зачем ты мне врешь? - спросил он, - тебе еще наверное, восемнадцати нет, какой у тебя может быть муж?". Теперь уже удивилась я. Он, что, делает мне комплимент, или вправду думает, что мне нет и восемнадцати? Посмотрев внимательно в его обиженные глаза, я поняла, что он действительно заблуждается. "Есть, мне больше восемнадцати" - вздохнула я. "И муж отпускает тебя одну так поздно?" - язвительно заметил он. "Разве восемь часов это поздно?" - спросила я. "Но, ведь ты же не домой идешь? Я угадал? Значит, возвращаться будешь еще позднее!" "Ну и что, у меня дела". "А как же муж? Он придет домой с работы, голодный, а жены дома нет, ему даже есть никто не положит!" - снова съязвил он. "Сам себе положит..." - легкомысленно отмахнулась я. Новый русский поперхнулся. Он ошарашенно поглядел на меня и надолго задумался, не переставая, впрочем, ехать в нужную мне сторону. Наконец крамольная мысль как-то уложилась в его сознании и он смог продолжать разговор. "Значит у вас с мужем свободные отношения?" - спросил он. "Можно сказать и так" - ответила я. Тогда он решил зайти с другой стороны. "Ну, муж, это конечно, хорошо, но ведь жизнь одна... Можно позволить себе небольшие развлечения, немного развеяться, не все же время скучать..." "Мне не скучно. - ответила я. И немного подумав, добавила - пока". "Нравиться мне это "пока"..." - буркнул он. Он замолчал, а я стала думать можно ли мне как-то объяснить ему, что жизнь моя до предела насыщена событиями, и не только днем, но и ночью. Можно ли соскучится при такой жизни? "Значит, пока тебе не скучно,- снова вступил в разговор Андрей, - а когда станет скучно, начнешь развлекаться?" Я, честно говоря, для себя этот вопрос еще не решала. "Очевидно, да" - сказала я ему, а сама подумала, что это, наверное случиться со мной лет в восемьдесят, не раньше. Однако я заметила, что Андрей резко изменился, настроение его ухудшалось с каждой минутой, он мрачнел. Я внимательно посмотрела на него. На его лице ясно читалось все то, что происходило в мозгу. Вот он думает о том, что дома его ждет молодая жена. А если ее, жену, то-есть, вот так же на улице снимут, и спросят, что она будет делать, когда с мужем ей станет скучно, а она и скажет в ответ, что когда он ей надоест, она начнет искать себе развлечения... А потом он подумал, что может он уже ей начал надоедать... Да и признаки того, что она скучает, налицо... Дальше мы ехали в гробовом молчании. Андрей мучался ревностью. Однако вылилась она отнюдь не на его жену, а почему-то на меня. "Тебе, что, на трамвае влом было ехать?" - вдруг спросил он. Я вытаращила глаза. Разве не он долго добивался того, чтобы я села к нему в машину? Разве я к нему напрашивалась? Потом мне стало смешно. "Я и хотела ехать на трамвае. Просто шла до остановки" - сказала я ему. Он снова замолк. Наконец он взял себя в руки и немного повеселел. "Я тебя высажу на вокзале, - сказал он, мне потом нужно сворачивать, о'кей?". "Ладно:" - сказала я, - хотя мне страшно не хотелось после такой машины пересаживаться в трамвай. Наконец Мерседес мягко остановился. Я с сожалением приоткрыла дверцу. Но на последок мне захотелось немного поправить наши отношения. Зачем расставаться врагами? "Я надеюсь, что не слишком вас разочаровала?" - церемонно спросила я. "Я человек без комплексов, не обижаюсь:" - улыбнулся новый русский. На этом мы и расстались. Тут и трамвай подошел. Я рванула на остановку, придерживая сумку рукой. А воздух все-таки после дождя был чистый.