Шоу Бернард
Охваченные страстью
Бернард Шоу
Охваченные страстью
Пьеса-демонстрация
В укромном углу гостиной курортного отеля сидят вдвоем
на большом мягком диване джентльмен и дама. Стеклянные
двери позади них открыты настежь летний вечер. Терраса
выходит на залитую лунным светом гавань. В гостиной
полутьма. Свет электрической лампы падает откуда-то
сверху на диван с серебристо-серой обивкой и на две
фигуры в вечерних туалетах, однако стены, оклеенные
темно-зелеными обоями, остаются в тени. С обоих концов
дивана стоит по стулу. Справа от джентльмена и позади
него, у окна, - незатопленный камин. Слева от дамы
дверь. Джентльмен сидит по правую руку от дамы.
Дама очень привлекательна, у нее музыкальный голос и
мягкие, приятные манеры. Она молода, то есть вы сразу
видите, что ей меньше тридцати пяти и больше двадцати
четырех. Джентльмен выглядит тоже не старше. Он
довольно красив и рискует причесываться с оттенком
поэтического дендизма, насколько это может позволить
себе в Англии человек, не имеющий отношения к актерской
профессии. Он явно сильно влюблен в свою даму и, уступая
непреодолимому порыву, готов схватить ее в свои объятия.
Дама. Не надо - будьте же хорошим. Пожалуйста, мистер Ланн! (Вскакивает и
ускользает за диван.) Обещайте мне, что будете хорошим. Грегори Ланн. А я и так хороший, миссис Джуно. Я и не собираюсь быть
нехорошим. Я вас люблю, вот и все. Я невероятно счастлив. Миссис Джуно. Вы в самом деле будете паинькой? Грегори. Я буду всем, чем вы хотите, чтобы я был. Говорю же вам - я люблю
вас. Мне нравится любить вас. Я вовсе не хочу испытывать ни неловкости,
ни досады, а так было бы, если б я поступал нехорошо. Я не хочу, чтобы
и вам было бы неловко и досадно. Идите сюда и садитесь снова. Миссис Джуно (возвращаясь на диван). Вы уверены, что не желаете ничего, чего
не следует? Грегори. Совершенно уверен. Я желаю вас.
Она шарахается в сторону.
Не пугайтесь. Мне нравится, что я вас желаю. Пока есть желания, есть
основания жить. Удовлетворение - это смерть. Миссис Джуно. Да, но стремление к такому самоубийству подчас бывает
непреодолимым. Грегори. Вы - дело другое. Миссис Джуно. Как??? Грегори. О, это получается нелюбезно, но по-настоящему тут нет ничего
такого. Знаете ли вы, почему половина пар, оказывающихся в таком
положении, как сейчас мы с вами, поступают нехорошо? Миссис Джуно. Потому что им не справиться с собой, если они позволят себе
зайти слишком далеко. Грегори. Ничего подобного. Потому что им не остается ничего другого и у них
нет другого способа поразвлечь друг друга. Вы понятия не имеете, что
значит остаться наедине с женщиной, у которой ни на грош красоты и еще
меньше уменья разговаривать. Что тогда мужчине делать? Интересно
говорить она не может, а если он сам говорит интересно, она его не
понимает. Глядеть на нее он не может, а если посмотрит, так видит
только, что она некрасива. Не пройдет и пяти минут, как оба они ужасно
соскучатся. Спасти положение можно только одним способом, и это то, что
вы называете нехорошим. С красивой, остроумной, доброй женщиной у вас
не остается времени для таких безумств. Ведь смотреть на нее, слушать
ее голос, понимать все, что она хочет сказать, - это такое наслаждение,
что больше ничего и не случается. Вот почему женщина, за которой будто
бы числится тысяча любовников, редко имеет хотя бы одного, а глупые,
неизящные бабы имеют их дюжинами. Миссис Джуно. Вот как! Правда, когда чувствуешь приближение опасности,
болтаешь как сумасшедшая, чтобы ее отвести, даже если не так уж хочется
отвести ее. Грегори. Никогда не бывает, чтобы так уж хотелось отвести опасность.
Опасность приятна. А смерть - вовсе нет. Мы играем с опасностью; но
настоящее наслаждение, в конце концов, - это ускользать от нее. Миссис Джуно. Нам, пожалуй, лучше прекратить этот разговор. Опасность вполне
хороша, когда в конце концов удается ускользнуть от нее, но иногда ведь
не удается. Скажу вам откровенно, я себя не чувствую так уверенно, как
вы - если вы действительно уверены в себе. Грегори. Разумеется, миссис Джуно, вы вольны поступать как вам вздумается, и
никто не может быть на вас в обиде. В том-то и тайна вашего
необыкновенного очарования для меня. Миссис Джуно. Не понимаю. Грегори. Уж не знаю, как мне и подступиться к объяснению. Вся суть в том,
что я, как говорится, человек порядочный. Миссис Джуно. Я сама так думала, пока вы не стали ухаживать за мной. Грегори. Да ведь вы же все время знали, что я люблю вас. Миссис Джуно.Конечно, знала. Но я полагалась на вас считала, что вы мне
этого не станете говорить, я ведь думала, что вы человек порядочный.
Теперь, когда вы вдруг выложили это, все испорчено. Кроме того, это
было безнравственно. Грегори. Вовсе нет. Видите ли, я уже столько лет не смел позволить себе
влюбиться. Я знаю тьму очаровательных женщин, но беда в том, что все
они замужем. На мой вкус женщины становятся очаровательными, только
достигнув полного развития, а к этому времени - если они действительно
приятные женщины - их уже перехватили, они уже замужем. И тут мне, как
человеку порядочному, приходится ставить предел своему расположению к
ним. Если повезет, я могу добиться у них дружбы и даже очень горячего
чувства; но порядочность по отношению к их мужьям, к их семейному
очагу, к их счастью заставляет меня провести черту и не переходить ее.
Разумеется, я очень высоко ценю нежные привязанности такого рода Вокруг
меня много женщин, очень милых моему сердцу. Но около каждой из них
если позволено так выразиться - торчит столб с надписью: "Нарушители
будут преследоваться по закону". Как нам всем ненавистно такое
предупреждение! У каждого прекрасного сада, перед каждой лощинкой с
цветущими подснежниками, на каждом прелестном зеленом склоне мы
натыкаемся на эту проклятую дощечку! И всегда тут же неподалеку сторож.
Но каково видеть эту мерзкую надпись на каждой красивой женщине и
знать, что неподалеку муж? Эта проклятая дощечка всегда оказывалась
между мной и каждой славной и желанной женщиной, и наконец я стал
думать, что для меня уже потеряна возможность разрешить себе когда-либо
по-настоящему и без памяти влюбиться. Миссис Джуно. А вдовы вам не попадались? Грегори. Нет, Вдовы чрезвычайно редки в современном обществе. Теперь мужья
живут дольше, чем бывало. А если и умирают, так у их вдов уже
заготовлен целый список возможных мужей, стоящих на очереди. Миссис Джуно. Ну, а что вы скажете о молодых девушках? Грегори. Ах, кому нужны молодые девушки? Они несимпатичны. Они еще зеленые.
Они меня не привлекают. Я их побаиваюсь. Миссис Джуно. Это приятно слышать женщине моих лет. Но все это не объясняет,
почему, встретив меня, вы как будто отложили вашу щепетильность в
сторонку? Грегори. Ну, это ясно. Я... Миссис Джуно. Нет, нет - пожалуйста, не объясняйте. Я не хочу знать. Мне
достаточно вашего слова. Да это и не важно теперь. Путешествие наше
закончилось, и завтра я отправляюсь на север, к моему бедному отцу в
его имение. Грегори (удивленно). К вашему бедному отцу! Я думал - он жив. Миссис Джуно. Он и жив. С чего вы взяли, будто его нет на свете? Грегори. Вы сказали: к вашему бедному отцу. Миссис Джуно. Ах, это у меня такая привычка. Довольно глупая привычка,
пожалуй. Но, по-моему, в мужчинах всегда есть что-то жалкое, и я говорю
нечаянно "бедный" тот-то и тот-то, когда с ними ничего и не случилось. Грегори (слушая ее со все возрастающим беспокойством). Но... я... как же...
О господи! Миссис Джуно. Что случилось? Грегори. Ничего. Миссис Джуно. Как "ничего"! (Вскакивает в волнении.) Что за глупости - вы
больны? Грегори. Нет. Это из-за вашего покойного мужа. Миссис Джуно. Моего покойного мужа! Что вы хотите сказать? (Вцепляясь в
него, с ужасом). Неужели он умер? Грегори (подымается, тоже перепугавшись). Неужели он жив? Миссис Джуно. Ох, зачем вы меня так пугаете. Конечно он жив. Но может быть,
вам сообщили что-нибудь? Грегори. В день нашей первой встречи - на пароходе - вы говорили о вашем
"бедном дорогом муже". Миссис Джуно (отпуская его и совершенно успокаиваясь). И это все? Грегори. Ну, а после вы называли его "бедный Топс". Всегда "бедный Топс" или
"бедный милый Топс". Что мне было думать? Миссис Джуно (усаживаясь по-прежнему). Как вы меня напугали - ведь я-то
нехорошо поступала по отношению к нему. И вы тоже. Грегори (в изнеможении опускаясь на свое место). Значит, вы хотите сказать,
что вы не вдова! Миссис Джуно. Боже мой, ну конечно нет! Я же не в трауре. Грегори. Значит, я все время вел себя как мерзавец! Я нарушил слово, данное
