Донна Грант
Яростный горец
Donna Grant
FORBIDDEN HIGHLANDER
Печатается с разрешения издательства St.Martin’s Press, LLC и литературного агентства Nova Littera SIA.
Исключительные права на публикацию книги на русском языке принадлежат издательству AST Publishers.
Любое использование материала данной книги, полностью или частично, без разрешения правообладателя запрещается.
© Donna Grant, 2010
© Перевод. Е.М. Клинова, 2012
© Издание на русском языке AST Publishers, 2012
Глава 1
Лето 1603 года
Эдинбургский замок
Фэллон стоял в коридоре, ведущем в большой зал, стискивая кулаки и стараясь успокоить бешено колотившееся сердце. От звуков, доносившихся из-за дверей, кровь стыла в жилах. Проклятие! Он пробыл в замке всего пару часов, но уже мечтал поскорее унести отсюда ноги и укрыться в собственном замке на западном побережье Шотландии.
«Спокойно… не сходи с ума!»
Перед глазами встали лица братьев, снова напомнив о том, как он променял тишину и покой родного дома на это змеиное гнездо.
«Я тут ради Лукана и Кары… ради Куина. Ради нашего будущего, наконец».
Фэллон, облизнув пересохшие губы, с трудом заставил себя распахнуть дверь и вошел. Бесшумно переступив порог, отыскал укромный уголок и укрылся в тени, получив возможность незаметно слушать и наблюдать. Перед его взглядом предстал огромный зал с высоким сводчатым потолком и мощными балками. Бесшумно плавились свечи в тяжелых канделябрах, длинными рядами тянувшихся вдоль стен. Несмотря на то что сквозь стрельчатые окна лился солнечный свет, в зале было довольно темно.
Замок поражал своими внушительными размерами, и тронный зал был ему под стать. В отличие от скромного родового замка Фэллона здесь все кричало о богатстве и могуществе его владельца. Пышное убранство подавляло надменной роскошью – и неудивительно: ведь Эдинбургский замок являлся королевской резиденцией. Нигде не было ни пылинки, все блистало чистотой. При виде снующей в зале толпы Фэллона моментально стало подташнивать. Он привык жить отшельником – ведь его родной замок пустовал так часто, что Фэллон порой оказывался единственным его обитателем. В ушах противно зазвенело. Ему казалось, будто он задыхается – неприятно было чувствовать себя окруженным плотной толпой, ощущать, как все эти люди с невозмутимым видом трутся возле него, словно это в порядке вещей. Удивительнее же всего было то, что они знать не знали, кто он такой. Ни один из этих людей даже не подозревал, что тайна, которую он носил в себе, вырвавшись на волю, могла уничтожить их всех в мгновение ока. В их глазах он был самый обычный, ничем не примечательный человек, приехавший в столицу искать милостей короля. И только сам Фэллон понимал, что древнее божество, живущее в его душе, способно обрушить смерть и разрушение на их мир.
Сердце разом похолодело и стало острым краем колотить в ребра. Фэллон почувствовал, что близок к панике. С трудом удерживая себя в руках, он вдохнул поглубже, прислонился к стене и обвел взглядом зал.
Эдинбургский замок – в отличие от других королевских резиденций – являлся не просто крепостью, но еще и замечательным произведением искусства. В незапамятные времена вождь одного из кельтских племен, оценив по достоинству преимущество такого положения, приказал построить на вершине скалы крепость. Впоследствии короли Шотландии не раз могли по достоинству оценить его мудрость.
– Неважно выглядишь, приятель.
Фэллон, вздрогнув, бросил настороженный взгляд на сухопарого мужчину с бледным костлявым лицом. Незнакомец был высок, узкое лицо и тонкий, загнутый книзу нос придавали ему сходство с хищной птицей. Губы мужчины были настолько тонкими, что смахивали на щель в копилке.
Не дождавшись ответа, незнакомец переступил с ноги на ногу.
– Барон Айвер Макнил, – надменно представился он.
– Барон, – слегка кивнув, пробормотал Фэллон. У него не было желания тратить время на пустопорожнюю болтовню с напыщенными придворными болванами, а этот костлявый приставала, уже довольно давно трущийся вокруг него, внушал ему отвращение.
При мысли о том, что он одним мизинцем может сломать худосочного барона пополам, легкая улыбка скользнула по губам Фэллона. Неудивительно, что в Эдинбургском замке он почти не видел суровых горцев. Его сородичи, презиравшие придворных шаркунов, предпочитали оставаться на родине и править своими кланами. Лишь тупицы, обуреваемые непомерным честолюбием, отпихивая друг друга, старались держаться к трону как можно ближе. Одна мысль об этом привела Фэллона в такое бешенство, что он едва не потерял голову. Глаза застлала кровавая пелена. Кожа вмиг покрылась мурашками – верный признак того, что он вот-вот потеряет голову и божество, до этой минуты дремавшее в нем, тут же вырвется на свободу.
– Вы здесь, чтобы увидеть короля? – любезно осведомился барон Айвер, даже не подозревая о буре, поднявшейся в душе его собеседника.
Проглотив застрявший в горле комок, Фэллон с трудом заставил себя подавить гнев и принял невозмутимый вид.
– Угу. Есть одно небольшое дельце, которое мне бы хотелось поскорее уладить.
– Разве вы не знаете, что король не в Эдинбурге? – с легкой насмешкой в голосе поинтересовался барон Айвер. – В последнее время его величество редко бывает в Шотландии.
Новость огорчила Фэллона.
– Значит, король не в замке?
– Сейчас нет. Хотя до меня доходили слухи, будто он собирается в столицу.
«Проклятие!»
– Спасибо, что сообщили, – угрюмо пробормотал он.
Барон издал какой-то странный кудахтающий звук, неприятно резанувший слух Фэллона.
– Я довольно близок к королю, – вкрадчиво промурлыкал он. – Если хотите, могу оказать вам услугу – например, замолвить за вас словечко перед его величеством. Кстати, а как ваше имя, старина? Сдается, я вас прежде не видел.
– Сомневаюсь, барон, что вы могли бы мне помочь. Меня зовут Фэллон Маклауд.
Как и следовало ожидать, услышав это имя, барон изумленно выпучил глаза.
– Маклауд?!
– Да, вы не ослышались.
Барон нервно облизнул тонкие губы.
– Но… я слышал, что Маклауды давно лишились своих владений. А их земли поделены между другими кланами.
Фэллон угрюмо кивнул. Можно подумать, он этого не знал!
– И чего же хочет ваш лэрд? Неужели надеется, что король вернет его земли?
Фэллон, повернув голову, посмотрел на надоедливого собеседника в упор. Он не доверял барону, прекрасно понимая, что лишь очень могущественный человек сумеет ему помочь. А этот мозгляк явно не обладал ни силой, ни влиянием. Но он не мог отказать себе в удовольствии увидеть, как щуплый барон съежился под его тяжелым взглядом.
– Я и есть лэрд. И хотя моя семья потеряла свои земли, но наш замок все еще стоит где стоял. И по-прежнему принадлежит мне.
– Э-э-э… понятно, – с нервным смешком проблеял барон. Потом, снова облизнув губы, беспокойно оглянулся. – Но я действительно мог бы помочь вам с вашей просьбой…
Фэллон с трудом проглотил вертевшийся на кончике языка ответ, подумав, что барон, возможно, не врет. Чем черт не шутит, а вдруг этот клоун действительно способен помочь? Скрестив руки на груди, Фэллон заставил себя вспомнить о братьях, о родном доме, о мире, которого он так сильно желал.
Оставив дома среднего брата Лукана и его невесту Кару, с которой тот недавно обручился, Фэллон с болью в душе вынужден был уехать из родного замка в ненавистный ему Эдинбург. Лишь Куина, младшего из трех братьев, бесполезно было искать в замке.
Стоило только вспомнить малыша Куина, и сердце пронзала острая боль. С того дня, как их жизнь изменилась столь неожиданным и трагическим образом, прошел всего месяц, но Фэллону этот месяц показался вечностью. Он еще не забыл, как увидел свернутый пергамент, застрявший между двумя камнями в стене возле ворот в замок. Даже не взяв его в руки, Фэллон уже знал, от кого он.
