Графиня Штейнбок у гроба королевы Ульрики.
Когда шведская королева Ульрика скончалась в своём дворцовом замке в окрестностях Стокгольма, то тело её по обычаю было выставлено в открытом гробу на парадном катафалке в траурной комнате. Отряд королевской лейб-гвардии, занимая почётный караул, находился в полном составе в соседнем покое. Около полудня, к крыльцу замка подъехала карета статс-дамы королевы и её искреннего друга - графини Штейнбок, приехавшей из Стокгольма отдать последний долг своей высокой покровительнице. Командовавший почётным караулом капитан вышел к ней навстречу, помог ей выйти из кареты и ввел её в траурную комнату, дверь которой графиня затворила за собою, показав тем, что желает остаться одна со своею скорбью; такое её очень понятное желание, офицеры, составлявшие почётную стражу у гроба, поспешили исполнить и удалились все из траурной комнаты, в которой водворилась глубочайшая тишина.
Прошло немало времени, а графиня не показывалась, тогда один из офицеров, опасаясь, что с статс-дамой сделалось дурно, решился отворить дверь и вдруг с ужасом отскочил назад. Все находившиеся тут офицеры подбежали к отворённой двери и ясно увидали, как покойная королева, стоя во весь рост в гробу, крепко и нежно обнимала графиню Штейнбок. Явление представилось им как бы в колебательном состоянии и, вскоре потом превратилось в густой дым или туман; когда же он постепенно рассеялся, то все увидали тело королевы покойно лежащим в своём парадном гробу в прежнем положении, а графиня Штейнбок куда-то исчезла. Тщетно искали её во всех соседних комнатах, потом сбежали вниз посмотреть карету, но и кареты, с лошадьми, кучером, лакеем, нигде отыскать не могли. Тогда немедленно был послан в Стокгольм курьер с донесением о таком чрезвычайном происшествии, и там выяснилось, что графиня Штейнбок не выезжала из столицы, а умерла в ту самую минуту, когда её видели в объятиях королевы. О событии этом составлен был обстоятельный протокол и подписан всеми присутствовавшими при нём лицами. При протоколе находится ещё особое показание командовавшего почётным караулом относительно важной тайны, вверенной ему покойною статс-дамою при самом ещё входе её в траурную комнату. Протокол хранится в Стокгольмском государственном архиве.
Белая Дама.
Белая дама, как известно всем в Берлине, является постоянно в разных замках Германии, начиная с XVI столетия до наших времён; в последнее время её видели в 1850 и 1879 гг. Её видели сотни лиц, не всегда вечером, но и в самый полдень; утверждают даже, что она иногда говорит. Она является всегда в том же неизменном белом платье, имея на голове вдовье покрывало с большим бантом и ключами в руках; она высокого роста и с добрым выражением красивого лица.
Во второй половине XVI века жила в Германии молодая вдова-красавица, владетельная маркграфиня Бранденбург-Байрейтская, урожденная графиня Орламюнде, мать двух прелестных малюток. В неё влюбился маркграф Бранденбургский, и маркграфиня отвечала ему взаимностью. Любовь эта была платоническая, немецкая, подобная любви рыцаря Тогенбурга, который чуть ли не сорок лет пел серенады под окном своей жестокой возлюбленной. Однако же вздыхания и нежные песни маркграфа не удовлетворяли пылких желаний маркграфини. Однажды она сказала маркграфу: «почему бы ему на ней не жениться?» Этот весьма простой вопрос смутил маркграфа, (который, заметим, был уже женат и тайно исповедовал лютеранизм, а графиня была католичка). Он отвечал весьма загадочно, что браку их есть два непреодолимые препятствия, и как ни добивалась она, маркграф объявил ей, что сказать этого ни под каким предлогом не может. Маркграфиня, ослеплённая страстью, поняла, что он намекает на её двух детей от первого брака - и, долго не думая, задушила своих малюток. При первом же его посещении она объявила ему, что препятствий к их браку более не существует и созналась в своём преступлении. Тогда маркграф, в ужасе отшатнувшись от неё, сказал в чём именно состояли оба препятствия. Маркграфиня, назвав его убийцею детей, покончила и с собою; но перед смертью, осыпая проклятием и маркграфа, и всё его потомство, дала обещание явиться ему и являться его потомкам перед их кончиною.
С тех пор привидение бывшей графини Орламюнде известное в Германии под именем «Белой Дамы», в течение трёх веков являлось очень часто потомкам маркграфа.
Великий курфюрст Фридрих-Вильгельм, основатель королевства прусского, прославившийся удачными битвами с поляками и со шведами, сын его Фридрих I и отец Фридриха Великого, король-фельдфебель Фридрих-Вильгельм I - видели каждый перед своею кончиною «Белую Даму». Все трое были люди со стальными нервами и уж никак не фантазёры, тем более, что каждый раз, кроме курфюрста и обоих королей, видели их семейства, дворцовая прислуга, часовые... Медленно, подобно клубу тумана, привидение проносилось по дворцовым покоям Кёнигсберга, Берлина и Потсдама; появлялось в опочивальнях умирающих, стоя в ногах, или в изголовье их постелей.
Вошёл на прусский престол Фридрих II - Великий, философ-материалист, который абсолютно ничему не верил. О фамильном предании про «Белую Даму» он много слыхал ещё в детстве от очевидцев и, вместе с Вольтером, любил посмеяться над суеверами. Семилетняя война, раздел Польши, война с Австрией из-за наследства баварского престола, «вооружённый нейтралитет», дела по внутреннему благоустройству Пруссии - отвлекали материалиста-короля от заоблачных фантазий. Это был тип упорного вольнодумца, истого сына XVIII века. С июня 1786 года престарелый Фридрих стал прихварывать, старость заметно одолевала героя. Смеясь над медициной, он, уступая просьбам окружавшей его родни, отдал себя на попечение докторов, взяв вместо сиделки старого гусара, одного из своих сподвижников при Росбахе. Старик ни на шаг не отходил от короля; как верный пёс смотрел ему в глаза, предупреждая малейшие желания. 3 августа 1786 года, часовой, стоявший во внутренних покоях дворца, с ужасом сообщил гусару, что он видел «Белую Даму». Гусар выругал часового нехорошими словами, однако же счёл своим долгом сообщить королю о явлении призрака.
- Вздор! - отвечал больной. - Часовому стоило бы засыпать ста два фухтелей... да чёрт с ним; а ты не повторяй пустяков. Это какая-нибудь камер-медхен шла на свидание с пажом или камер-лакеем, либо ему пригрезились спросонья.
Вечером следующего дня, 4 августа, король, сидя в креслах, дремал; гусар сидел около него и вдруг заметил у камина белую фигуру. Не смея тревожить короля, он уставил на неё глаза и очень явственно увидел белую женщину.
- Видишь? - спросил король хриплым голосом.
- Кого, государь?
- Белую женщину, около камина?
- Вижу, государь?
- Видно, камрад, бабьи сказки правду говорят, - продолжал король, спокойно всматриваясь. - Пусть же убирается к чёрту, откуда пришла!
- Говорят есть такие молитвы....
- Может быть, но я их не знаю! - усмехнулся король.
Он опять задремал. Видение мало-помалу исчезло, как дым. К ночи весть о явлении «Белой женщины» разнеслась по всему дворцу; оттуда и по всему городу. На следующий день, 5 августа 1786 г., Фридрих скончался.
Через три года после тильзитского примирения, в 1810 году, когда король с своим семейством собирался в Потсдам, «Белая Дама» дважды явилась королеве Луизе. Вот что рассказывает об этом графиня А.Д. Блудова с своих «Воспоминаниях» (Русский Архив, 1873 г., № 11, стран. 2088 - 2090).
«Королева уже собиралась переехать на лето в Потсдам, и время, по-видимому, шло незаметно в хлопотах по приготовлению к отъезду. Королева была с m-lle Бишофсвёрден в большой комнате дворца, занятые обе каким-то делом, но мысль была далеко.
Вдруг королева вздрогнула и сказала, показывая на противоположную стену комнаты: «Видите ли?»
Фрейлина повернула голову. Вдоль стены шла, или, лучше сказать, двигалась медленно и плавно незнакомая женщина, вся в белом, с белыми волосами и бледным, как смерть, лицом. Дрожь пробежала по членам фрейлины. «Ещё грозит беда»! - сказала королева. Обе поняли, что это привидение, именно «Белая Дама». Через два, три дня королева собралась в Потсдам и Шарлоттенбург. Она сошла с лестницы садиться в карету. Фрейлина шла за ней; уже отворены были дверцы экипажа; кто-то из придворных чинов подал руку, чтобы посадить королеву, она уже подняла ногу, чтобы стать на подножки - и вдруг попятилась и остановилась в дверях. Фрейлина подумала, что она оступилась, порешила подойти и остолбенела. Между дверями сеней и дверцами кареты у самой подножки медленно и плавно, глядя прямо в глаза королеве, проходила та же белая, безжизненная фигура. Фрейлина видела её своими глазами. Через минуту королева поспешно села в карету и фрейлина с ней. «Слава Богу, - сказала Луиза: - это до меня касается: я не ворочусь живой»!
Видение Карла XI.
