Читаем без скачивания Взлет и падение Дарта Вейдера - Райдер Уиндем

Но, Энакину было также обидно, что он не был выбран Оби-ваном, который согласился взять его, в качестве ученика, лишь только из-за обязательства перед Куай-гоном. Поскольку Энакин не тренировался с раннего детства, как почти все остальные падаваны, многие учителя джедаи допускали факт, что ему не хватало дисциплины с другими учениками. Однако они были менее благосклонны к его заносчивому поведению, когда он демонстрировал свои способности.

Я более могуществен в Силе, чем некоторые мои инструктора, думал Энакин, и они это знают. Подобное рвение, гордость и заносчивость были не приемлемыми качествами для любого джедая, даже если он действительно был избранным. Многие джедаи оставались осторожными с ним. Они просто завидуют.

Энакин любил похвалу Оби-Вана, но часто становился сердитым, когда ему выносили выговор. Оби-Ван убеждал его, что ему самому Куай-гон часто напоминал быть более внимательным к Силе, но, так или иначе строгая критика причиняла Энакину острую боль. Оби-Ван сочувствовал ему. Он знал, что воспитание Энакина, как и его пугающие способности оставляли его в стороне от других падаванов и даже отдаляли его от некоторых Мастеров джедаев. В конечном счете, у Энакина была не самая удачная история со словом «Мастер». Они не знали, что значит родиться в рабстве. Ему также было сложно привыкнуть к окружению, которое не одобряло гнев, так же как и любовь, такие эмоции могли затуманить рассудок джедая и направить его на плохие мысли и даже поступки. Мальчик не мог забыть свою мать быстрее, чем перестать ее любить. Не мог перестать скучать по ней. Он возмущался тем, что джедаи не одобряли контактов с родственниками. Почему они не хотят помочь мне спасти мать? Это не справедливо! Это не правильно!

Много раз, Оби-Ван объяснял, что каждый джедай должен подчиняться указаниям Совета джедаев, и не может использовать Силу для собственных целей. Он убеждал Энакина подумать, как свобода одного раба на Татуине может привести к смерти многих других, как некоторые рабовладельцы могут предпочесть уничтожить свою собственность, чем позволить им стать свободными. Джедаи также отвечают перед Галактическим сенатом, и в течение долгого времени, сенат мало интересовался тем, что происходит на Татуине. Почему джедаи должны отвечать перед кем-то? Интересовало Энакина.

Несмотря на желание Энакина отдалить себя от раба, однажды он им был, он был не способен или не хотел избавиться от взглядов, которые определяли его жизнь на Татуине. Он все еще мечтал о славе, страстно жаждал приключений, он никогда не терял потребности в высоко-скоростной дрожи и желании показать себя в соревновании.

На протяжении многих лет, Энакин часто испытывал терпение своего учителя. В двенадцать лет, он участвовал в нелегальных гонках в мусорной яме в недрах галактического города Корусканта. Когда ему было почти тринадцать, он сконструировал свой первый световой меч, которым положил конец пользующемуся дурной славой работорговцу по имени Крэйн. В пятнадцать, во время миссии с Оби-Ваном в качестве миротворцев на Галактических играх на планете Эсерон, он состязался в нелегальных гонках, чтобы выиграть свободу рабу. В семнадцать, его соперничество с другим падаваном привела к несчастливому исходу на древней родной планете ситхов – Корибане. Спустя год, необычные обстоятельства привели его к участию в гонках на болидах с его давним врагом Себульбой на планете Рилот.

В конечном счете, Энакин добился того, что Оби-Ван стал единственным джедаем не отвернувшимся от него. Он проникся большим уважением к Оби-Вану, как к своему отцу, которого у него никогда не было, несмотря на то, что Куай-гон Джинн был непременно ближе к этой роли. Со временем, Энакин и Оби-Ван научились доверять друг другу и стали близкими друзьями. Как когда-то Оби-Ван с Куай-гоном, они заработали репутацию слаженной команды, настолько гармоничной, что они могли ощущать присутствие друг друга на огромных расстояниях. Хотя чаще всего их посылали с дипломатическими миссиями, они участвовали во многих опасных заданиях.

К большому удивлению Энакина, Верховый канцлер Палпатин имел особый интерес к нему и его деятельности. Снова и снова, Палпатин говорил Энакину, что он наиболее одаренный джедай, которого он когда-либо встречал, и он представлял себе, что однажды Энакин станет даже более могущественным, чем Мастер Йода.

Но вся убежденность Энакина в собственной силе, все его успехи и победы, и все уроки за десятилетие, прошедшее после битвы на Набу, ничего не могло подготовить его в возрасте двадцати лет, вновь встретиться с Падме Амидалой.

* * *

- Эни? – изумившись, сказала Падме, заметив высокого молодого человека, стоящего рядом с Оби-Ваном в ее апартаментах на Корусканте. Два Джедая только вернулись с миссии по разрешению пограничного конфликта на планете Энсион, когда получили задание встретиться с Падме. Она продолжала служить своему миру, в качестве сенатора, после завершения ее второго срока избираемой королевой Набу. Также в апартаментах присутстовали Джа Джа Бинкс и офицер безопасности. Падме и Джа Джа не видели Оби-Вана и Энакина десять лет, и она вся светилась, когда сказала,

– Боже мой, как ты вырос. Надеясь услышать – «возмужал», Энакин ответил не думая – Как и ты. Что, за глупость я говорю. Последний раз, когда я ее видел, я был меньше ее! Надеясь исправить свою неуклюжесть, он добавил,

– выросла более красивой, я считаю. Что я только, что сказал?

- Ну, для сенатора, я думаю. Все в комнате должно быть подумали, что я идиот! Падме засмеялась,

- Эни ты всегда будешь тем маленьким мальчиком, которого я встретила на Татуине. Энакин почувствовал себя раздавленным. Он думал о Падме каждый день, с их первой случайной встречи, и не хотел, чтобы она думала о нем, как о «маленьком мальчике». Она была еще красивее, чем он запомнил.

Хотя старые друзья были рады видеть друг друга, обстоятельства их встречи были более чем, тревожными. Галактический сенат погряз в коррупции, и граждане многих миров угрожали, выйти из состава Республики и сформировать собственное правительство. Бывший джедай харизматичный граф Дуку начал организовывать сепаратистское движение, и многие верили, что ситуация может вылиться во всеобщую гражданскую войну. Поскольку Орден джедаев был не готов к такому масштабному конфликту, многие сенаторы хотели создать армию для защиты и сохранения республики.

Надеясь найти мирное решение, сенатор Амидала прибыла на Корускант, подать свой голос против постановления о создании армии, но едва была не убита, во время прибытия. В ужасной засаде, ее корабль был уничтожен и шесть человек, включая одного из телохранителей, погибли. По просьбе Верховного канцлера Палпатина, Оби-Ван и Энакин были назначены для ее защиты.

В довершении, последние недели, Энакин был взволнован серией снов, в которых его мать была в опасности. Он заключил, что сны могли быть своего рода предчувствием нападения на Падме, но ощущал, что видения были не связаны. В самом страшном кошмаре, его мать превратилась в стеклянную статую и разбилась на его глазах. Это был всего лишь плохой сон, пытался Энакин себя успокоить, сосредоточившись на своем задании.

Это была идея Падмы, использовать ее в качестве приманки, чтобы заманить таинственного убийцу в руки джедаев. Услышав ее план, Энакин сказал,

- Это плохая... я думаю, это не лучшая идея, сенатор. Помимо него, Р2-Д2 издал сигнал, как бы соглашаясь. Несмотря на то, что Энакин в тайне был счастлив находиться с Падме наедине в ее апартаментах, он почти умолял, чтобы Оби-Ван был с ними прямо сейчас, вместо встречи с Советом джедаев, так он мог отговорить Падме. Падме сказала,

- Перемещение меня в другое место, только отсрочит следующую атаку.

- Но, то, что ты предлаешь слишком опасно. Тебя могут ранить.

- Это возможно, - ответила Падме. – Но, если мы подготовимся к следующему нападению в этих условиях, и действительно будем следить за каждым углом, тогда у нас будет преимущество над убийцей, не так ли? И Арту сможет помочь...

Отведя взгляд от Падме, Энакин потряс головой и сказал,

- Все равно, это будет слишком рискованно. Мы знаем, что там может быть целая армия убийц. Падме подошла ближе к Энакину, вынуждая его, повернуться к ней и встретиться взглядом.

– Я не заинтересована в своей смерти, Энакин, но я не хочу, чтобы больше невинные люди теряли свои жизни, поскольку кто-то хочет моей смерти. Если ты сможешь это понять, тогда ты мне поможешь. Хотя Энакин хотел схватить людей, которые пытались убить Падме, он знал, что Оби-Ван не одобрит идею использовать Падме в качестве приманки. Несмотря на свои рассуждения, Энакин сказал,