Возвращаясь к изначальному вопросу, было ли у нас оружие, предоставим итоговое слово бывшему замнаркома вооружения: «Объяснять первые неудачи на фронтах якобы существовавшей к моменту начала военных действий нехваткой вооружения и другой боевой техники неверно. Если и была нехватка, то лишь каких-то отдельных элементов в боевой технике, вооружении и боеприпасах». Касаясь разговоров об отсутствии поначалу винтовок, В. Новиков доказывает, что их имелось столько, что можно было вооружить две Красные Армии. Если где-то испытывался недостаток, «в том промышленность вооружения не виновата».
О возможностях оборонпрома свидетельствуют темпы наращивания выпуска его продукции в первые месяцы войны за счёт потенциала военных заводов и перепрофилирования гражданских отраслей. Всего за два-три месяца производство тех или иных видов оружия увеличилось самое малое в полтора раза, а по большинству изделий — от двух до семи, нередко до девяти раз по отношению к июню 1941 г. «Эти темпы роста не идут ни в какое сравнение с разворотом промышленности Англии и Америки, ни тем более с работой промышленности царской России», — подчёркивал В. Новиков.
ОГОНЬ НА СЕБЯ
В настоящее время превосходство советской промышленности отчётливо видно не только в сравнении с царской, но и нынешней Россией. В середине прошлого года, когда кризисом ещё и не пахло, заместитель председателя комитета Госдумы по обороне М. Бабич отмечал, что «треть предприятий ОПК имеет отрицательные финансовые показатели или находятся накануне банкротства. Ещё треть еле-еле сводит концы с концами. И только треть — относительно успешны».
«Тучные» годы, когда деньги в казну лились рекой, практически и ничего не дали на техническое перевооружение предприятий, от которых зависит безопасность государства. Как следствие этого, производительность труда упала относительно зарубежных конкурентов от 5 до 15 раз. Если раньше исправить положение можно было закупкой современного оборудования, то сегодня докатились до того, что за импортные станки некого ставить, нет умелых кадров. Хуже того — их не из кого готовить! «Отсутствие государственной политики по выучке кадров и закреплению их в промышленности привели к массовому оттоку специалистов из оборонки. Средний возраст работников отрасли приближается к 50 годам… Существует точка зрения, что если закупается современное импортное оборудование, то следует вместе с ним завозить и специалистов», — делился чудными парадоксами «национально-ориентированного» курса вставания с колен думский оборонщик Бабич.
Интересное получается кино. Когда российскую оборонку станут «тачать» иностранцы — от кого она будет защищать безголовых и безруких россиян? Правильно — от них самих! В столь неожиданном развороте стратегии безопасности повинно не какое-то разгильдяйство, нет. Политика самоуничтожения является следствием ненасытной корысти господствующих кланов, сложившихся по типу известных семейно-родовых тейпов и образующих систему государственной власти, где правят бал не интересы общества, а отдельных организованных группировок.
Если эта болезнь поразила святая святых государства — оборонку, стало быть, страна у финиша. «Создано много кормушек вокруг предприятий оборонно-промышленного комплекса, — ставил диагноз изучивший положение дел Бабич. — И, к сожалению, зачастую интересы отдельных лиц преобладают над интересами развития ОПК, всего промышленного потенциала страны». ОПГ подминают под себя ОПК?
Вспомним, как спокойно и без каких-либо серьёзных последствий утекли за границу 130,5 млрд. долл. В последнем квартале прошлого года, когда промышленность задыхалась от недостатка оборотных средств, Россия побила рекорды не только свои, но и зарубежные. В 1977 г. со всех азиатских рынков, во время тамошнего кризиса, убежали 100 млрд., и аборигены пришли в тихий ужас, а тут — только с одного российского. При этом международные резервы Кремля усохли на 129,7 млрд. долл. — какое совпадение! Такую сумму власти выдали приближённым компаниям и банкам в качестве антикризисных пилюль. Хотя банки, вроде как, и не испытывали острой боли. Откуда ей было взяться, если их кредитный портфель весит всего 8 %, а доход приносят в основном валютные спекуляции, их доля составляет примерно 60 %.
Спасение «утопающих» осуществлялось на основании принятого Госдумой 13 октября 2008 г. закона № 173-ФЗ «О дополнительных мерах по поддержке финансовой системы РФ». Когда гибнет такой важняк, обеспечивающий кровоток в организме государства, никаких бюджетных денег не жалко. Хорошие деньги для хороших людей! Что бы делали без них бедолаги, сидящие на голодном пайке. В 2005 — 2007 гг. в качестве дивидендов акционеры «Русала», «Альфа-Групп», «Норильского никеля» получили всего-навсего какие-то жалкие 6, 7 и 1,3 с хвостиками млрд. долл. соответственно. Бедственное положение этих фирм усугубилось тем, что они оказались вдали от родных мест прописки. Скажем, «Альфа», как выяснилось, живёт сразу в четырёх офшорах — на Гибралтаре, в Люксембурге, Нидерландах и Британских Виргинских островах. Закон гостеприимства превыше всех прочих законов! Кто получил помощь из 295 стратегических предприятий, которые вошли в список «счастливчиков», утверждённый правительством, узнать пока не удалось.
Справедливости ради надо отметить, что при всём обилии хлопот по гуманитарной помощи кремлёвские стратеги всё ж не забывают регулярно указывать промышленникам на инновационные рельсы, куда они должны срочнее срочного вывести предприятия, застрявшие в тупике безденежья. Выступая в феврале 2008 г. на встрече с сотрудниками Объединённой авиастроительной корпорации, В. Путин сразу же, с первых слов, начал педалировать «свежую» идею: «Авиация и космос всегда были гордостью нашей страны, и не только потому, что в последнее десятилетие известные сегменты деградировали в известной степени (например, «случайно» утонула орбитальная станция «Мир». — И.Б.), а потому, что за этим, безусловно, будущее (всплывёт несчастная? — И.Б.). Если мы говорим об инновационном характере развития экономики и России в целом (в том числе и офшоров, где осели олигархи? — И.Б.), то без авиации такую задачу мы не решим».
ЧУЖОЙ СРЕДИ СВОИХ
Приключения авиационного двигателя НК-93 как нельзя лучше подтверждают сказанное. По мнению специалистов, этот уникальный мотор, разработанный в Самарском научно-техническом комплексе им. Н.Д. Кузнецова, обладает феноменальной экономичностью и малошумностью — это первейшие требования современного авиарынка. Развивая тягу свыше 20 тонн, он способен верой и правдой служить на благо средне- и дальнемагистральной отечественной авиации. Несмотря на несомненную перспективность силового агрегата, он никак не может пройти положенные испытания. В течение трёх лет Минпромторг не находит денег, сопоставимых с ценой среднего подмосковного коттеджа.
В конце марта с.г. В. Путин дал письменное поручение главе министерства В. Христенко совместно с Минфином и Минэкономразвития срочно представить согласованные предложения о выделении необходимых средств для завершения испытаний двигателя в 2009 г. Не прошло и месяца, как движок был демонтирован с летающей лаборатории! «Чиновники не желают изыскивать сущие гроши для лётных испытаний этого выдающегося, по признанию американского аэрокосмического агентства НАСА, творения российских авиадвигателистов. Действительно, за державу обидно и очень больно», — стыдил высоких особ почётный авиастроитель Н. Ильченко. Чинимые ими козни наиболее точно охарактеризовал лётчик-космонавт В. Джанибеков: «Это целая серия преступлений против интересов государства, исполненных в изысканной манере. Я не верю, что это обычная человеческая и чиновная глупость».
После подписания 20 апреля контракта «ВСМПО-АВИСМА» с французской компанией «Эрбас» по поставке титановой продукции на 4 млрд. долл. ооптимизма у российского авиапрома, ясное дело, не прибавилось. На переговорах с президентом фирмы-конкурента В. Путин с удовлетворением, как писали очевидцы, отметил, что отныне доля «Эрбас» в экспорте «АВИСМЫ» составит 15–25 %, которая покроет 60 % потребности французов в титане. Возникает подозрение, что в скором времени «эрбасы» заполонят наши авиалинии, вытеснив самолёты отечественного производства. Импорту везде у нас дорога! Не случайно, иностранный двигатель, кстати, французского происхождения, установленный на «Суперджет-100», называющийся российским по месту сборки в основном, прошёл испытания без сучка и задоринки.
Как не случайно и то, что Минобороны закупает в Израиле партию беспилотных летательных аппаратов при том, что на разработку российских аналогов потрачены миллиарды рублей. Говорят, у своих дела не клеятся. Зато очень даже клеятся у Израиля, чей оборонпром, укомплектованный выходцами из России, не нашедшими применения на родине, занял четвёртое место в мире по экспорту вооружения.
