Читаем без скачивания Сказки и рассказы - Айгуль Иксанова

Втроем они скоро достигли пещер, оглянулись, и, убедившись, что никто их не преследует, поплыли к Большому Гроту. По дороге, все трое, не сговариваясь, посмотрели в сторону Секретной пещеры, с некоторой грустью, ведь она была их убежищем, никто не знал о ней, кроме них.

В Большом Гроте Мел и Дон отодвинули тяжелый камень, скрывавший нишу, где был спрятан подводные проектор.

– Ты знаешь, как устанавливать эти записи? – спросил Дон.

– Я не знаю, но видел, как это делали люди, разберемся.

У Мела ушло много времени, чтобы, наконец, правильно установить запись и включить проектор.

– Вроде все, сейчас начнется!

Но проектор выдавал лишь голубоватое свечение, запись так и не пошла, пока Альта не догадалась, что ее надо как-то запустить. Еще несколько минут искали они кнопку. Наконец, пленка медленно двинулась, и, на плоской стене напротив, появилось изображение.

– Вот оно! – прошептал Доннис. Он волновался больше других, ведь это он принес запись, а вдруг она окажется совершенно никчемной!

На экране появилось изображение. Люди и дельфины. Они плавали вместе, люди улыбались и смеялись, дельфины тоже радовались. Потом пошли кадры, на которых маленькие человеческие дети катались на спинах дельфинов, обнимали их, на лицах сияли улыбки. Потом началось шоу. Мел знал, что раньше дельфины устраивали такие представления для людей. Их с детства обучали разным трюкам: прыгать через кольцо, играть с мячом, совершать прыжки в воздухе, выбираться на берег, катать людей. Это выглядело красиво и увлекательно, поэтому целые толпы занимали свои места вокруг бассейнов, чтобы посмотреть представление. Радостные и веселые, они кричали и аплодировали. Мел видел, что дельфинам тоже явно нравился этот процесс, они получали удовольствие от внимания публики, от своих прыжков, от похвалы тренера.

– Это было в прошлом, теперь они учат нас воевать, – с горечью подумал он.

Словно отвечая его мыслям, сюжет записи вдруг изменился, теперь показывали другие тренировки, на них дельфины сражались, выбрасывали пики, расставляли сети и убивали представителей другого племени. Был даже один кадр, в котором дельфин со взрывателем приближался к кораблю противника. Мел вспомнил Ториса, и его сердце сжалось. Раздался взрыв. Фонтан воды поднялся вверх, корабль и дельфин исчезли.

– Наш Торис, он тоже вот так, – тихо сказала Альта.

До этого в записи не было текста, только картинки, вереницей сменяющие друг друга и музыка, сначала веселая, потом тревожная.

А затем заговорил человек. Теперь его рассказ сопровождал картинки. Он говорил о том, что, когда-то прежде, дельфины жили вдали от человека. Они сами добывали пропитание. Но моря истощились, добывать рыбу становилось все труднее и труднее, начался голод. Картинки показывали исхудавших дельфинов. И тогда, опасаясь голодной смерти, дельфины пришли к людям и поселились рядом. Люди помогли, они накормили дельфинов, дали им столько рыбы, сколько требовалось. Они стали друзьями. Дельфины получали радость от общения с людьми, они многому у них научились. Ведь до этого среди дельфинов царили варварские законы, но с приходом людей животные переняли часть их обычаев, что подняло общество дельфинов на новый уровень. Снова пошли кадры с дельфиньим шоу.

А потом началась война. Черные дельфины напали на светлых, им тоже не хватало рыбы, они сражались за внимание людей. Они начали убивать и истребили бы светлых полностью, ведь они были жестоки и агрессивны, более примитивный, грубый, но и более хищный вид. И тогда люди встали на защиту светлых дельфинов. Они принесли мир и покой в их лагуны, отогнав черных особей. До прихода людей в мире дельфинов царили хаос и мрак, люди подарили им свет, они научили их правильным племенным иерархиям. Люди были их благодетелями. Человек стал другом дельфина, а дельфин – другом человека.

В благодарность за это светлые дельфины иногда помогают в подводных войнах людей, но происходит это нечасто, лишь когда требуется взорвать большой вражеский корабль, несущий смерть и разрушения человеческим городам. Тогда дельфины добровольно жертвуют собой, чтобы выразить свою признательность людям. Ведь те спасли их от голода и войны, просветили и помогли развитию их общества. Они обучают и тренируют их. Они несут добро, мир и защиту.

На этом пленка остановилась, очевидно, фильм закончился.

– Все это неправда! – с возмущением выдохнула Альта, – У нас никогда не было голода! Мы никогда не знали недостатка в рыбе, все было совсем-совсем не так! И у нас не было варварских законов! Мы не нуждались ни в какой защите! Мы были счастливы, свободны и счастливы! Мы жили в прекрасном мире, в гармонии с океаном, и подчинялись его правилам, о которых люди и понятия не имеют!

– Зато – вот ответ на твой вопрос, Альта, – усмехнулся Мел. – Ты спрашивала, почему другие люди, добрые и хорошие, не заступятся за нас. Вот поэтому. Люди используют эти записи, как оружие. Они показывают их тем, кто живет далеко от моря. Они не знают, как мы жили, и никогда не знали, поэтому верят таким картинкам. Они считают, что люди спасли нас и гордятся этим. Считают наших мучителей героями!

– В то время, как на самом деле, люди разрушили наш мир. Они заставляют нас убивать и посылают на смерть, как Ториса, – добавил Дон.

– Спасибо, брат! – Мел хлопнул его плавником, – Это лучшая запись. Но, к сожалению, хоть она и открыла глаза нам, больше она ничем не поможет.

– Почему? – удивился Дон.

– Потому, что если мы покажем ее другим дельфинам, они, не дай Бог, еще и поверят в этот бред! Они, и правда, будут считать людей благодетелями!

– Аурис на самом деле считает людей благодетелями, – подала голос Альта. – Он недавно так мне и сказал, его голос был искренним, он убежден в своей правоте.

– Вот видишь! И подобные картинки только еще больше убедят тех, кто не хочет верить нам, кто поддерживает людей.

– Тогда они просто слепцы! – с яростью произнес Дон.

– Пусть так. Ты был одним из них.

– Но теперь я вижу!

– Однажды увидят и они. Я надеюсь, – задумчиво произнес Мел. – А пока, спрячем запись и подумаем, что делать дальше.

Они положили запись рядом с проектором, вернули камень на место, после чего расположились на дне Грота, чтобы, наконец, обсудить то положение, в котором оказались.

Наконец, Мел принял решение.

– Я знаю, что делать, – заявил он. – Я сам вместе с Элиусом отправлюсь к черным дельфинам. Мое поведение не вызовет подозрений, ведь я считаюсь слабоумным. Мы сможем поговорить и выясним, может быть, у них есть какие-то планы.

– Это опасно, я боюсь за тебя! – Альта встревожилась не на шутку.

– Ничего, лидер не должен бояться, довольно я был трусом. Завтра же мы с Элиусом отправимся к ним.

Элиус, как и думал Мел, с радостью согласился, и на следующий день на рассвете, они вдвоем двинулись в другое море. Путь занимал несколько дней, Мел никогда не был в другом море. Он вообще не часто удалялся от лагуны, только, когда все племя дельфинов уходило с океанским течением. Мел любил подобные путешествия, его всегда что-то манило, он мечтал увидеть дальние края, обожал менять обстановку, но со временем, начинал неизбежно скучать по лагуне, по Секретной пещере, по родным рифам, и торопился как можно скорее вернуться. Наверное, именно поэтому Мел и не был в другом море. Но сейчас их звало дело, которое было важнее его привязанностей.

Они плыли и плыли, постепенно пейзаж вокруг менялся, вода становилась более плотной, в ней увеличивалось содержание соли, им все чаще приходилось подниматься на поверхность. Вода здесь была уже не такой синей, как в тех краях, где жили светлые, а казалась зеленоватой, темно-бирюзовой, но тоже бесконечно красивой. Кажется, морю не будет конца, оно необъятно, оно уходит за горизонт, а потом продолжается снова и снова до самого края Вселенной!

Они плыли молча, думая каждый о своем, и лишь изредка перекидывались какими-то фразами. Мел мечтал. Элиус сомневался. Элиус был уже не так молод. Он много повидал на своем веку, и ему в голову приходил вполне закономерный вопрос: если никто из дельфинов прежде не сумел положить конец господству людей, откуда у Мела уверенность, что у него получится? Мир изменился, к старому возврата нет. Без сомнения, он, Элиус, дал клятву умереть за идеи братства, и если понадобится, сдержит ее. Но вот жизнеспособны ли сами идеи? Что если десятки дельфинов погибнут напрасно, а революция не даст никаких результатов? Дельфины слишком разленились, им нравилось брать рыбу у людей, они привыкли жить у берегов, соседствовать с человеком! Возможно, новые дельфины уже не смогут бросить вызов дикой стихии океана, как делали раньше. Они стали домашними животными, утратили свободу и независимость. А вдруг они вовсе не хотят, чтобы их спасали?