class="p1">– Я отплачу, – договариваю через силу.
Кто меня за язык тянет?
Но, наконец, Стас сдается.
– Ла-а-адно.
Через несколько минут он звонит своему другу. Тот отвечает, что все контакты даст завтра. Дальше мы ужинаем, рассказываем, как друг у друга дела.
Я тайком пишу Ксане, чтобы позвонила мне. Время пришло.
Потому что Стас намекает. Сильнее. Напористее. Ногу на мой стул ставит. И лезет, куда не надо.
Ксана, блин!!!
Предательница!!!
– Вит, а ты ванну набираешь? – вдруг спрашивает Стас. Опять намек?
– Нет, – говорю, а сама мысленно проклинаю себя за этот идиотский план.
– Тогда откуда вода?
Не понимаю, о чем он. Смотрю вниз… а из коридора по полу растекается прозрачная жидкость. Нассал кто-то? Кота у меня нет. Собаки тоже.
Выключаю музыку, которая всё это время играла на фоне, и прислушиваюсь. Журчание словно какое-то. Вода льётся?
Какого фига?
Вскакиваю со своего места и мчусь в направлении ванной. Но только захожу в гостиную…
Теряюсь, смотря на залитый пол. Огромный поток воды вырывается из ванной, мощно вытекая наружу.
Стас бежит вперёд, по воде, кричит мне через плечо:
– Кран где?
С трудом прихожу в себя и лечу следом в ванную, ищу нужный вентиль. Перекрываю воду, но потом понимаю… что она продолжает хлестать мне в лицо.
Глава 6
Обессиленная, сижу на диване и не могу пошевелиться. Вымотало меня это похлеще секса. Попробуй на протяжении часа вычерпывать воду!
Ведь кран, который перекроет ее, находится в соседней квартире. А там, как назло, никого не оказалось.
Пока дождались мастера – только и успевали, что выжимать тряпки.
К нам даже пришел «горящий» сосед снизу, который закатил истерику по поводу испорченного ремонта.
И теперь все, что я хочу, – просто полежать.
Но и этого мне не удается сделать.
– Что, может, ко мне? – Стас вытирает со лба пот. – Спать тут нереально. Сыростью воняет. Ноги хлюпают.
Да, запах ужасный.
– Окно открою, переночую. Завтра на работу рано утром. А от тебя ехать дольше.
Стасу моя позиция не нравится. Но он молча соглашается и через десять минут уходит, оставляя меня одну.
А я устало встаю со своего места. Собираю вещи, документы и, как бы это тупо не звучало, еду в офис.
Ксана не отвечает. Сестра фиг знает где, а родители сейчас в отъезде.
Денег на гостиницу нет, поэтому направляюсь в свой второй дом. Все равно ночь. Там, кроме меня и охранника, никого не будет. Моё пребывание в позднее время не вызовет у него вопросов. Я – трудоголик до мозга костей. Поэтому могу приехать на работу и в три часа ночи, если во сне увижу некорректные данные и решу проверить.
Это у меня наследственное. От папы.
Поэтому без зазрения совести еду в офис.
Уже через двадцать минут кидаю все бумаги на стол. Ставлю сумку, беру свой любимый плед и падаю на узкий диван. Он для посетителей, но сегодня станет моей кроватью. Тут не воняет и тепло.
А вот дома… Жуть. Уже холодает. Проветривать и спать там – невыносимо.
Поэтому лучше тут.
Кручусь, переворачиваюсь на бок. Закрываю глаза…
И тут же подпрыгиваю на месте.
Свет включается. Так неожиданно, что чуть ли не слепну.
Встаю и…
Чёрт!
– Эмир Тагирович?
Только этого мне не хватало!
– Доброй ночи, – говорю первая и сажусь ровно, прикрываясь одеялом. Мне что-то не хочется, чтобы босс видел меня в домашней одежде. – А что вы здесь делаете?
Эмир Тагирович останавливается, явно недовольный тем, что я сейчас в офисе. Сводит брови в переносице и осматривает меня своим, хм, придирчивым взглядом?
– Это я должен спрашивать.
Ой.
Что с ним?
Ночь так влияет?
– Сплю, – выпаливаю, даже не собираясь его обманывать. – У меня ведь тараканов травят…
– Я помню, – кивает, на секунду отводя взгляд в сторону. Вспоминает, что я говорила. А я много чего успела сказать. Совсем завралась. – Но ты сказала, что живёшь у подруги. Так?
Стараюсь не выдать своего огорчения.
Совсем забыла…
– Так, – пока не иду на попятную.
Думай, Виталина, думай. У тебя всегда мозг работает, когда нужно. Какого чёрта он сейчас выключается? Давай, давай. Ври. У тебя ведь хорошо получается в последние дни.
– Но ты сейчас здесь. Что, подруга выгнала?
– Нет, – качаю головой. И всё-таки… говорю правду. Я никогда не лгала боссу, а тут… – На самом деле…
Я опускаю взгляд. Нервно перебираю пальцами и кусаю губу, неловко ёрзаю на диване.
– Я соврала вам.
– Соврала? – искреннее недоумение ещё сильнее расстраивает. Да, у нас такое впервые.
– Немного. На самом деле тогда всё было нормально. Просто я искала, где можно расслабиться с подругами. У того отеля шикарный бассейн. Вы знали? Так вот. А сегодня ночью у меня прорвало трубу.
Какой бассейн?
Что мельком увидела, о том и ляпнула!
Нельзя боссу говорить про Стаса! Уволит. А мне теперь работа как никогда нужна. Я безденежная. Только недавно отдала родителям всё накопленное. Папе нужна была машина – маму возить. У той ноги больные. Ходить тяжело. И теперь я… сильно нуждаюсь.
– Можете позвонить хозяйке квартиры, она подтвердит. И спать там невозможно. Поэтому… Я приехала сюда.
– А почему не в гостиницу? – смотрит сверху вниз с каким-то подозрением. Прищуром. Не верит мне? – Это надолго. Сушка, проветривание.
Чёрт, как неловко.
– У меня денег нет.
Да почему ты не врёшь тогда, когда нужно, Вита? Теперь стыдно.
– Понял, – кивает опять. – Ладно, на первый раз прощу.
Я облегчённо выдыхаю. А мужчина быстрым шагом добирается до кабинета, открывает его ключом и заходит внутрь, скрываясь за дверью. Возвращается так же быстро. Буквально через несколько минут. Запирает за собой кабинет. И, совершенно на меня не смотря, басит:
– Собирайся, переночуешь у меня.
Чего?
Что он только что сказал?
«Ты уволена, Виталина, ибо врёшь своему начальству»?
– Вот ты вроде у меня умная, порой чересчур, но, Вита, сейчас что-то с тобой явно не так, – проговаривает, когда не шевелюсь ни на миллиметр. – Собирайся, иначе я начну думать, что моя помощница сломалась и пора выбрасывать её в утиль.
Я подпрыгиваю, как солдат после приказа.
Не хочу я в утиль. И дело не только в деньгах. Мне нравится эта работа. И босс мой – лучший на свете.
– Мне и тут неплохо.
– Собирайся, – цедит сквозь зубы. Впервые его таким агрессивным вижу. Особенно по отношению ко мне. – Давай, Виталина, поднимай свою прелестную задницу – и пошла! Я хочу спать.
– Тогда почему вы тут, а не дома? – я поднимаюсь, и одеяло само соскальзывает
