Наконец они добрались до конечной точки их путешествия.
Ашэрр распахнул перед ней массивную дверь и слегка подтолкнул девицу внутрь. От его жеста Лиза яростно на него взглянула, но он не только не посмотрел на нее, он даже не удосужился извиниться за проявленную к ней неучтивость.
— Монстр, — с выражением прошипела она.
Спустя некоторое время до ее ушей донеслось его негромкое:
— Трусливая истеричка.
— Наглец…
— Человечка…
— Чудовище…
— Гарпия…
— Ты…
— Порка. Тебе необходима хорошая порка — вот чего ты заслуживаешь своим поведением.
Ответить ей не удалось.
— Магистр Маргард, — склонил голову Ашэрр, и Лиза увидела бесцветного старика, который величал себя Темнейшеством. Его лицо заливала странная свинцовая бледность, глаза отсутствующие, туманные, словно в них пелена, а волосы длинные и белые-белые, ко всему прочему у него был выдающийся орлиный нос.
«Батюшки-светы… святые угодники… чтоб мне провалиться…» — Лизавета закусила губу. — "Вот ведь незадача! Припадочный какой-то".
Елизавета Кудрявцева выдохнула, распахнула пошире глаза и обезоруживающе улыбнулась противнику. Улыбка и ее взгляд были трогательны и наивны.
Глава 4
Шаг четвертый…
Танцуя с дьяволом — сосредоточьтесь на ритме шагов.
— Здравствуйте, — произнесла Лизавета дрогнувшим голоском и пальцы рук мгновенно заледенели. Перед ней стоял Великий и Ужасный магистр.
А магистр нахмурившись прошелся взглядом, будто рентгеном по пришелице. Она стояла потерянная, одежда грязная, оборванная и…
— Беременная?!! — не сдержал эмоций Его Темнейшество, а Лизонька опустила глаза. — Проходи, — и указал рукой на стул с высокой спинкой.
Чувствуя себя как узник, идущий на казнь, Лиза пересекла кабинет и расправив разорванную юбку так, чтобы спрятать оголенные ноги села с неестественно прямой спиной, а затем огляделась.
Кабинет Его Темнейшества внушал уважение. Нет-нет здесь не было мистических атрибутов, скелетов, черепов и черных свечей. Здесь было как-то современно, но в готическом стиле. Два больших окна, между ними в простенке огромный массивный стол, массивное кожаное кресло и, громоздкие шкафы, заполненные книгами, свитками, странными колбами и цветными стеклянными шарами. По правую сторону от входа располагался кожаный диван с несколькими цилиндрическими подушками. Перед диваном низкий деревянный столик на резных ножках, каждая из которых заканчивалась мордой неизвестного ей животного. Около стола стояло аж три стула с высокими спинками. Все в кабинете кричало о том, что хозяин слов на ветер не бросает. Дурацкая мысль о том, что кому-то очень тяжело тут ежедневно убираться, слегка разрядило ее внутреннее напряжение. Продолжая разглядывать обстановку, она прислушивалась к диалогу Ашэрра и магистра.
— Где урна Оарр'рэн? — Его Темнейшество благословенный Маргард пребывал в состоянии редкостного возбуждения.
Лиза встрепенулась и поднялась: — Вы имеете в виду мою керамическую вазу?
— Это и есть та урна, о которой вы говорили магистр? — в голосе Ашэрра звучало спокойствие и вытащив урну он передал ее в руки магистра. И Маар Маргард не мог поверить, что урна так хорошо сохранилась.
А вот Лиза пребывала в нервном возбуждении. Сейчас этот старик желал завладеть ее вазой и, вероятно, хотел этого так же сильно, как Елизавета — помешать ему. Она ледяным взглядом окинула Ашэрра и получила от него в ответ не менее холодный взгляд.
— Это ваза принадлежит мне, — осмелев прошипела Кудрявцева.
— Это урна принадлежит мне, — и магистр сощурил глаза, а Лизавета под тяжестью его взгляда плюхнулась на стул тут же картинно схватившись за живот, но успела заметить, как магистр виновато нахмурился, а затем перевел взгляд на парня.
— Ты отлично справился с заданием Ашэрр, но у меня к тебе просьба. Никто не должен знать о нашей гостье и об урне. Всё в свое время.
Гостья? — смекнула Лизавета, это хорошо, что не пленница и не рабыня. Гостья — значит отнесутся с уважением, пытать не будут. И почему о ней никто знать не должен?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Асур равнодушно кивнул и, даже не удосуживаясь посмотреть в ее сторону произнес:
— Я могу идти?
Лизавета подняла на него свои лучистые зеленые глаза и ее взгляд умолял: «не уходи». Но он даже не смотрел на нее. Лизе не хотелось оставаться одной с этим бесцветным Темнейшеством. Пусть будет рядом кто-то, как этот Ашэрр. Все же она ему немного, но доверяла и с ним было… как-то… ну… не очень страшно.
И все же выходя за дверь Ашэрр бросил на нее мимолетный взгляд и нахмурился сжав кулаки, он увидел, какой беззащитной казалась девчонка. В нем завопили инстинкты — защитить, охранять, укрыть. Асур чуть рыкнул, избавляясь от непонятных эмоций. Он не собирался менять свои правила ради какой-то истерички. И усмехнулся, но почему-то беззлобно, когда вспомнил о ее смелости, хоть и была она трусихой. Уж что-что, а чужую отвагу он всегда уважал. При мысли, что она осталась один на один со своим состоянием, его передернуло. Умение сопереживать не входило в список его положительных качеств, но сейчас что-то в душе перевернулось. Она выглядела ужасно: бледное до синевы лицо, спутанные, влажные от пота волосы, сухие, потрескавшиеся губы и огромные изумрудные глаза с неестественно широкими зрачками. Ашэрр, как будто вживую, вновь увидел сцену, когда нечисть держал ее за горло и девчонка сопротивлялась до последнего. А ведь в ней нет магии! За ее храбростью интуитивно угадывалась жизнь, полная пусть небольших, но маленьких испытаний, и это странным образом трогало его сердце. Ведь они, воины асуры превыше всего ценили — отвагу, мужество и храбрость. Он никогда не был сентиментален, но эту хрупкую человечку ему хотелось защищать. И Ашэрр не понимал, дело ли тут в его асурских инстинктах или в чем-то другом. Настроение немедленно испортилось.
И как только за парнем закрылась дверь, Лизавета поняла, что она, как и раньше один на один со своими страхами, и бороться за свою жизнь и свободу ей придется в одиночку. Да-а… П.П. даже здесь ей не суждено было встретить.
— Кхм… — раздалось вежливое покашливание, Лизавета вздрогнула, встала и повернулась к Его Темнейшеству. — Думаю, нам стоит побеседовать.
Он подошел к ней и протянул руку. Лиза молча подала свою.
— Не стоит так нервничать пришелица, обещаю, я тебя не съем, — пообещал магистр.
Пришелица?!! — скривилась Лизонька, но промолчала, а потом удивилась. О, небеса! Магистр Всего Темного заботливо придержал ее за локоть и помог усесться на диван. Не на стул, заметьте, на диван, только что подушку не подложил. Потом сам разлил по пузатым бокалам коричневую жидкость и уставился на нее своими дьявольски-выцветившими глазищами.
— Компотик, — одобряюще улыбнулся он, красноречиво взглянув на ее выпирающий живот.
Лизавета собрала всю свою волю, набрала воздуха в грудь и начала.
— Чего вы хотите от меня, магистр? Переходите прямо к делу. Послушайте, произошла некоторая путаница, и если мы не разложим все по полочкам сейчас, то запутаемся еще больше потом. Давайте поговорим. Я — Елизавета Кудрявцева, вы — магистр асуров. Я — приезжая, вы — местный. Я попала к вам случайно. Здесь остановимся и проясним детали. Зачем я здесь и почему вы за мной послали вашего асура?
— Ты ведь даже не знаешь, чем владеешь? — удивился магистр.
— Знаю, — кивнула Лизонька тут же заметив, как напрягся белесый старикашка. — Эта ваза-сюрприз и мне ее нужно завтра… наверно… передать в подарок одному очень хорошему человеку. Мне заплатили очень хорошие деньги за ее доставку. Но почему-то эта ваза перенесла меня в ваш мир. Не понимаю ничего, — Лиза нервно поправила юбку. — Отдайте мне пожалуйста мою вазу, и я с ее помощью, так думаю, вернусь домой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Не вернешься, — припечатал магистр. И сразу после этих слов на нее надвинулся серый туман. Стало жутко, и, Лиза почувствовала леденящий холод.
