Читаем без скачивания Наука древнего волшебства, волхвования и чародейства - А. Штерн

Все это нужно продолжать делать 3 месяца, без боязни, без лености, мало есть и спать; в четвертый месяц явятся к вам духи; в пятый вы приобретете все качества этих духов; в шестой вы сделаетесь чародеем.

Есть и другой способ, так сказать, упрощенный, хотя в сущности не очень легкий. Нужно снизу вверх втянуть воздух с правой стороны, перевести его к пупу, к середине сердца, к горлу и между бровей. Тут надо удержать этот воздух возможно дольше, и он сделается таким образом мировой силой.

Теперь опять надо подумать о великом Оме, который есть всемирный голос, все наполняющий, чистый и нераздельный. Этот голос есть мировая сила; он слышен созерцателю десятью способами.

Вот эти способы или лады: первый голос – крик воробушка; второй – этот же крик, но вдвойне; третий – звук цимбалов; четвертый – стук больших скорлуп; пятый – пение индийской лиры; шестой – звук инструмента, который называется таль; седьмой – звук бамбуковой флейты у самого уха; восьмой – звук инструмента накаужда, ударяемого рукой; девятый – звук маленькой трубы; десятый – звук грома в тучи, ддда, ддда, ддда!

При каждом из этих звуков созерцатель переходит через новое состояние, пока не дойдет до десятого, когда делается чародеем.

При первом – все волосы на теле встают у него дыбом.

При втором – все члены окоченеют.

При третьем – он чувствует во всех своих членах усталость, которая обыкновенно бывает после любовных наслаждений.

При четвертом – его голова кружится и он точно пьянеет.

При пятом – жизненная вода притекает к его мозгу.

При шестом – эта вода стекает вниз его тела и питается им.

При седьмом – он делается распорядителем видения, видит внутри сердец, слышит самые отдаленные голоса.

При девятом – он чувствует себя на столько воздушно-легким, что может переноситься куда хочет и, подобно духам, все видеть и не быть видимым.

При десятом – он делается всемирным голосом, голосом неделимым, он становится волшебником, свободным от всего, и, сделавшись совершенным спокойствием, распределяет покой в мире.

Просим обратить внимание в этой очень любопытной выписке на то, что здесь описаны все явления ясновидящего сомнамбула (см. ниже). Не заключается ли здесь также искусство доводить себя до исступления (экстаза) напряжением воли и страшным утомлением всей нервной системы, подобно тому, как мы видели это в спиритизме?

В этой интересной индейской книге есть еще гораздо более простой способ терять сознание и приводить себя в экстаз; нужно только очень долго смотреть обеими глазами на кончик своего носа и находиться в этом положении до начала судорог глазного нерва.

Но все эти действия столько же мучительны, сколько и смешны, а потому мы решительно никому не можем советовать пробовать их; но мы не сомневаемся, что они могут произвести экстаз, столбняк, наконец даже истерическую потерю сознания через более или менее долгое время, смотря по чувствительности.

Чтобы видеть видения, чтобы достигнуть до явления второго зрения, нужно привести себя в такое состояние которое прикасалось бы ко сну, безумию и смерти. В этой-то способности приводить себя в подобное состояние индейцы особенно искусны и, может быть, некоторые наши медиумы заимствовали у них многие свои странные способности.

Есть ли, например, у науки средства продержать организм в таком положении, чтобы он не умирал, а между тем и не жил?

Относительно растений это делает каждую зиму сама природа: она останавливает холодом движение растительных соков и, стало быть, жизнь, но не убивает ее, иначе дерево весной не могло бы продолжать жить. Смерть и состоит в том, что вместо развития идет постепенная порча организма.

В жизни животных почти нет таких явлений, как сейчас указанное в растениях, если не причислить сюда спячек некоторых животных и возрождений их после того, как они пролежать несколько времени в оцепенении.

Но отчего разрушается тело после смерти? Отчего происходит телесная смерть?

Физиология говорит: оттого, что разрушительное влияние внешних сил и веществ сильнее поддерживающего влияния жизни и, как скоро первое возьмет верх, – тело начнет умирать.

Но мы уже и теперь несколько знаем свойства этих веществ, знаем, что, устранив их, мы можем надолго сохранить от порчи животные и растительные вещества, но все это вообще крайне мало изучено, как и все естествознание.

Однако же эти сведения и соображения делают несколько менее сказочным следующий случай, рассказанный одним англичанином из его пребывания в Индии.

«Это было в 1838 г. Наш лагерь был очень обрадован прибытием одного индейца, который славился во всем Пэнджабе тем, что мог пролежать схороненным в земле, сколько ему было угодно. Эта необыкновенная способность подтверждалась очень многими, самыми достойными веры, лицами. Во многих местах Индии он уже несколько раз повторял подобные опыты.

Приготовили кирпичный могильный склеп; собралось несколько значительных лиц англичан и индейцев, явился и чудодей.

В их присутствии он залепил воском все отверстия своего тела, чрез которые мог попасть в него воздух, за исключением, впрочем, рта, потом он разделся до нага, после чего на него надели полотняный мешок и (что особенно важно), по его требованию, загнули ему язык назад так, что совершено закрыли им гортанное отверстие; тотчас же после этого индеец впал в некоторого рода оцепенение (летаргию).

Мешок, в котором он находился, завязали и приложили печать. Затем положили его в этом мешке в деревянный сундук, запертый висячим замком; сундук опустили в могилу, забросали его большим количеством земли и посеяли рожь; наконец поставили караул.

В течении 10 месяцев два раза наведывались к индейцу, открывали гроб, и индеец все оказывался лежавшим неподвижно, был холоден и безжизнен.

Прошло 10 месяцев; индейца вырыли, отворили замки, разломали печати и вытащили сундук; вынули индейца; сердце его не билось, пульс умолк, ничто не обнаруживало признаков жизни. Для ее возбуждения нужно было очень осторожно всунуть руку в рот и разогнуть язык. Вообще все тело его было холодно, только голова сохранила несколько жизненной теплоты.

Тело облили теплой водой и в нем начали оказываться признаки жизни: через два часа индеец встал, стал ходить и улыбаться.

Он говорит, что во время этого погребения он видит очень приятные сны, но что ему всегда очень тяжело пробуждение; прежде чем он снова получит самосознание, он испытывает головокружения.»

Свидетельства об этой способности индейских факиров так положительны, так единогласны, даже в новейшее время, что она делается несомненным фактом. Есть и теперь в Индии целые религиозные секты (йоги и топазивы), которые считают подобную временную смерть религиозным обрядом, приближающим их к небу и вечном блаженству.

Уже и в прежнее время европейские наблюдатели могли видеть и исследовать подобные необычайные явления, по-видимому, опровергавшая физиологическую науку; так, подобный факт рассказывает англичанин сэр Клод Уед. Факир прежде всего подвергся жесточайшему посту; за несколько недель до своего погребения он питался только молоком и когда его пришлось хоронить, то он был так худ и слаб, что едва мог говорить.

Вот как рассказывают о его вырытии из земли:

Он был погребен в четырехугольном доме, стоявшем совершенно уединенно, посредине сада. В доме были 4 двери: 3 были совершенно заложены кирпичом, а четвертая заперта на замок и запечатана печатью правителя Лагора.

Печать оказалась нетронутою; при том в течении 6 недель его погребения, постоянно стояла у гроба царская стража и один офицер очень часто посещал и осматривал место его погребения. И четвертая дверь была заложена кирпичом, но только до замка, чтобы можно было отворить ее.

Отворили эту дверь и вошли в совершенно темное здание. В нем нужно было спуститься фута на три в помещение вроде кельи. В ней стоймя стоял деревянный ящик, футов 5 длины и 4 ширины, с крышеобразным верхом. В нем находился факир. Он был на замке и запечатан.

Когда ящик был открыт, то в нем представилось глазам что-то завернутое в белое покрывало, собранное и завязанное наверху. Слуга взял в руки эту фигуру, вынул ее из ящика и, закрыв его, положил ее на него.

Келья или склеп был так мал, что стоять в нем было нельзя: надо было сесть. Слуга начал уже обмывать тело горячей водою, но прежде все захотели осмотреть его. Ноги и руки были скорчены и окоченели; голова склонилась к плечу. Лекарь определил, что ни сердце, ни виски, ни пульсы не бились нисколько. Все тело было холодно, только голова была несколько тепла.

Выпрямили руки и ноги и стали обмывать тело горячей водой. В это время слуга сделал лепешку в дюйм толщиной из пшеничной муки и, горячую, положил ему на верх головы, потом снял ее и клал таким образом раза три.

После этого он вынул из ноздрей и ушей воск и хлопчатую бумагу, и только с большим усилием открыл ножом рот; нож нужно было вложить между зубов. Затем следовало расправить язык, С этой целью слуга прижал вниз нижнюю челюсть, стал держать ее левой рукой, а правой старался разогнуть язык, который несколько раз принимал прежнее положение. Потом он натирал несколько секунд веки очищенным маслом – и они, наконец, открылись.