А может, и впрямь плюнуть на эту вечеринку, эту Олесю – и поехать домой? Завалиться с интересной книгой на диван или посмотреть что-нибудь с дедом из «старого доброго», под бокальчик красного «Шато Сен-Пьер»…
Точно в ответ на его мысли в веренице машин открылась лазейка, и Антон мгновенно нырнул туда из второго ряда. А вскоре он заметил впереди открывающий путь к бегству переулок – и поспешил свернуть. Навигатор оптимистично сообщил, что через двести метров нужно повернуть налево, где будет ждать его путь к свободе.
Медленно объезжая двор длиннющей девятиэтажки, Антон не сразу заметил, что возле одного из подъездов четверо неизвестных пытаются «выяснить отношения».
И только когда истошный женский вопль резанул уши, Антон насторожился и вгляделся в сумрак.
Два парня выдирали сумку у худенькой, одетой как пацан девчонки, которая визжала, как кошка, но сумку не отдавала, к тому же лихо пиналась, что делало задачу хулиганов практически невыполнимой. Третий участия в этом не принимал – как говорится, стоял на шухере.
Сначала Антон хотел проехать мимо.
Мало ли в городе таких ситуаций?! Если дорожишь сумкой, не надо ходить по спальным районам, да еще вечером…
Но! Всегда вмешивалось это «но»…
Уже на ходу додумывая, на кой ему это надо, Антон взял из бардачка пистолет, подаренный ему на восемнадцатилетие отцом, и, пару раз предупреждающе бибикнув, вылетел из машины.
– Эй, че надо? А ну, оставьте ее в покое!
Троица замерла от неожиданности, разглядывая заступника.
Девчонка даже перестала пинаться.
Это-то ее и сгубило. Один из бандерлогов резко врезал ей под дых, а второй, недолго думая, вырвал сумку из ослабевших рук – и все трое дали деру.
Антон бросился было за ними, но подонки свернули в арку, делящую дом пополам, и скрылись. Чертыхнувшись, он развернулся и подбежал к девчонке.
– Как ты?
– Отвянь! – Зеленые глаза с подтеками туши смотрели зло и настороженно. Она пару раз шмыгнула, вытерла слезы, еще больше размазывая тушь, и с тихим стоном попыталась подняться.
– Давай помогу? – Антон протянул ей руку, но в ответ услышал только шипение.
– Ты что, русского языка не понимаешь? Иди куда шел!
Девчонка снова попыталась подняться, но в этот раз Антон не стал предлагать помощь. Он просто обхватил ее за талию и силком поставил на ноги.
– Стоять можешь?
– Нет, блин! У меня вместо ног протезы! – фыркнула та и демонстративно оглядела разодранную на коленке штанину и рану, из которой сочилась кровь. – Сволота! Мало того что зарплату сперли, так еще и джинсы порвали, а я их всего два дня назад купила!
Она добавила еще пару крепких словечек и захромала прочь.
– Ты куда?
Антон догнал ее и пошел рядом.
– На Кудыкину гору! – огрызнулась она, но уже скорее по привычке, и посмотрела на него. – Слушай! Тебе от меня чего надо? Помог остаться без денег – спасибо! И иди себе…
– Ха, да ты бы и так без них осталась! – не выдержал Антон.
Что за характер! Он ее спас, а в ответ – только злые слова и недовольство.
– Их было трое, а ты одна! Еще бы и затащили в какой-нибудь подвал! Так что скажи спасибо, что только денег лишилась!
– Так ты еще и глухой? – Девчонка упрямо хромала вперед. – Если бы ты не вмешался, вышел бы наш охранник и разогнал бы их!
– Угу. Я минут десять наблюдал за вами, прежде чем вмешаться, и никаких охранников даже не предполагалось!
– Дурень! Я специально время тянула! У нас в фирме камера на подъезде. Может, отошел куда. Но все равно бы увидел!
Девчонка остановилась, поморщилась и вдруг спросила:
– А у тебя деньги есть?
– Допустим.
Антон тоже остановился, разглядывая это чудо. Невысокая, ему едва ли по грудь, короткие черные волосы торчат в разные стороны, только длинная выкрашенная в рыжий цвет челка падает на глаза. Большие зеленые глаза, тонкий изгиб бровей, вздернутый носик и пухлые губы без налета помады выдавали ее юный возраст. Лет восемнадцать, не больше! Футболка с надписью «Кто не со мной, тот против меня» и узкие джинсы, заправленные в армейские сапоги.
– Сколько тебе надо?
– Денег сколько? До дома доехать. В Красное Село.
Н‑да… не ближний свет!
Нет, денег, конечно, не жалко. Отчего-то возникшее чувство тревоги за эту пигалицу заставило Антона сказать:
– У меня машина. Давай довезу? Как ты с такой ногой по маршруткам будешь прыгать?
Девчонка в раздумье поковыряла асфальт носком армейского ботинка и прямо посмотрела на него:
– Надеюсь, ты не рассчитываешь, что за свое спасение я рассчитаюсь с тобой натурой?
– Э‑гм! – Антон даже закашлялся. – Вообще-то ты не в моем вкусе. Малолетки меня не возбуждают. Однако если не хочешь, чтобы я тебе помог – адью!
Он развернулся и направился к брошенной на тротуаре машине. Следом послышались торопливые шаги.
– Никакая я не малолетка! Мне двадцать! Чего ты психуешь? Просто хотела все прояснить, чтобы потом не возникло неловких ситуаций и неоправданных надежд…
Антон уже сел в машину, закинул в бардачок пистолет и теперь с легкой усмешкой наблюдал, как некогда боевая особа, точно раненый воробей, прыгает к машине.
Открыв дверцу, она упала на сиденье рядом с ним, покосилась и, протянув руку, вдруг улыбнулась:
– Рита.
– Антон.
Он пожал ее грязную руку и завел двигатель.
– Ну… Красное Село так Красное Село.
Какое-то время ехали молча.
Наконец Антону эта игра в молчанку надоела. Заметив впереди кафе, он лихо свернул к нему и остановился.
Девчонка, погруженная в какие-то свои мысли, подняла на него растерянный взгляд:
– Что-то случилось?
– Ага.
Антон указал на призывно горевшие огоньки вывески. Стабильно горели только две буквы «аф», а «к» и «е» лишь нервно мигали.
– Пойдем чего-нибудь перекусим? У меня с утра во рту ничего не было, а до Красного Села еще ехать и ехать. Да к тому же, как я понял из твоего заявления, домой ты меня пускать не собираешься.
– Да… Нет! – Рита ответила сразу на все его вопросы и открыла дверцу.
– Хоть одно «да» – это уже хорошо! – буркнул Антон, выходя следом.
На удивление, кафешка оказалась довольно приличной. Кроме кофе здесь предлагался на выбор довольно большой список разнообразных блюд и напитков.
Рита выбрала столик в затемненном уголке зала и села так, чтобы видеть вход.
– Ты чего-то боишься? – Антон сел напротив и протянул ей меню.
– Всего, – ответила та.
– Интересный ответ… – Антон даже не притронулся к своему меню, не сводя с нее глаз. – Так-таки и «всего»? Ну а, например, меня – ты не боишься?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
