твои приказы.
— Что ж, тогда мне не нужно тебя убеждать.
— Убеждать меня в чем? — заскрипел он.
Я тщательно подбирал слова, прежде чем заговорить.
— Я сделаю все, что в моих силах, чтобы ты выполнял мои приказы.
— Держись подальше от нее, — предупредил он.
Все, что я мог сделать, это держать кулаки подальше от его одежды и не толкнуть его через стол, где я смогу ударить его. Вместо этого я позволю себе развлечься, а не гневаться. Квентин напрягся, сидевший с другой стороны стола, готовый прекратить намечающуюся схватку.
— Она не твоя подружка, которую нужно защищать.
— Она мой друг.
— И она ПРОСТО ПРЕНАДЛЕЖИТ МНЕ.
— У тебя много нервов, чтобы делать такого рода заявление, на которые ты не имеешь права. Ты ничего не делаешь, только причиняешь ей боль и мучишь ее.
— Ты так много об этом знаешь?
Он откинулся на спинку стула со слишком самоуверенной ухмылкой.
— Как ты думаешь, на чьем плече она плакала, когда ты был просто еще одним очередным в статистике.
Я вскочил со стула, намереваясь сломать ему нос, когда Квентин остановил меня, положив тяжелую руку на мое плечо и пристально глядя на меня.
— Киран, расслабься. — Он бросил пристальный взгляд на охранников, стоящих вокруг большой комнаты у пустых, унылых стен. Теперь все их внимание было сосредоточено на нашем столе.
— 960, у тебя проблема? — позвал ближайший охранник. Не обращая внимания на охранника, я снова сел и периферийным взглядом увидел, как их плечи расслабились, а их нервный вид исчез. Возможно, у них были наручники и оружие, но у меня была сила. Просто вместо пинка я послал охраннику, который бросил мне вызов, поцелуй и ухмыльнулся, когда его лицо и шея покраснели. Конченая обязана.
— Ты закончил? — раздраженно спросил Квентин. Я проигнорировал его и снова сосредоточился на Фицджеральде.
— Мне нужно, чтобы ты кое-кого нашел.
— Почему я должен тебе помогать?
— Ты знаешь почему. Ты действительно собираешься заставить меня это сказать?
— Ты правда думаешь, что ты неуязвим?
— Я знаю, что моя уязвимость велика, но готов ли ты это проверить? Кроме того, — продолжил я, прежде чем он смог ответить, — ты уже здесь. Нет времени лучше.
Мышцы его челюсти сжимались и разжимались, и я мог прочитать нерешительность в его глазах и момент, когда он это сделал.
— Кого тебе нужно найти?
— Квентин предоставит тебе необходимую информацию. Он также позаботится о том, чтобы ты ничего не провернул. Я уверен, что не должен тебе говорить…
— Нет, — перебил он, — но знай, что я помогаю тебе только из-за нее. Я не боюсь смерти.
— Я не был бы так слишком уверен, пока ты не заглянул в глаза смерти. — Я наклонился вперед, чтобы донести свою точку зрения получше. — Потому что это не будет быстро, не будет безболезненно и необратимо.
— Ты закончили?
Я откинулся назад и смотрел, как он встает со стула, а за ним следует Квентин, который молчал на протяжении всего разговора.
— Пока что да.
Он начал уходить, но мой следующий вопрос остановил его.
— Ты хочешь ее? — Вопрос прозвучал прямо и с примесью моего раздражения на Монро за то, что она разделила часть нас с этим придурком … даже если это была уродливая правда.
— Нет, — ответил он так же прямо. — У нас никогда не было так…
— Нет вас. — Рычание вырвалось из моей груди и шокировало всех собравшихся за столом, включая меня.
Лицо Джесси застыло в изумлении, прежде чем он с обвинением заявил:
— Она тебе нравится.
Мало что заставало меня врасплох, но его обвинение заставило мой язык сморщиться и умереть во рту.
— Что?
Его глаза сузились, когда они прижали меня к сиденью.
— Признай уже это.
— Нет. — Он посмотрел на меня с улыбкой на лице. — Приму как за шутку.
— Мое терпение почти достигло своего пика.
— Шутка в том, что ты так очевидно заботишься о ней, и это делает тебя несчастным. Скажи мне… как ты себя чувствуешь, когда тебя отвергают?
Я противостоял… чему? Борьбе? Отверженности? Меня не волновало, что его вопросы заставляли меня чувствовать себя уязвимым. Уязвимость была хуже, чем удар по яйцам.
— Фитцджеральд.
— Да? — Ухмылка на его лице разозлила меня еще больше.
— Если ты ей что-нибудь скажешь и пересечешься со мной, я убью всю твою семью. Включая золотую рыбку.
Его ухмылка наконец исчезла.
* * *
Я позвонил по телефону через неделю после того, как Квентин доставил мне бумажку с десятью цифрами. Единственная проблема заключалась в том, что это была не прямая линия к моей цели, поэтому я разозлил многих людей, включая самого себя.
— Кто бы ты не был, у тебя должна быть веская причина позвонить по этому номеру.
— Артур, сколько лет сколько зим.
Я улыбнулся в трубку. Улыбку на моем лице вызвала не радость. Джесси нарыл. Было удивительно, что тебе могут дать несколько хорошо продуманных угроз. Тот факт, что ему потребовалась всего неделя, сам по себе впечатляет.
— Кто это, черт возьми?
В целом спокойный и властный человек потерял память. Не каждый день кто-то был достаточно храбрым или глупым, чтобы звонить и угрожать, пока он не мог поговорить с ответственным лицом.
— Киран Мастерс. — Я назвал свое имя, хотя знал, что он не узнает, кто я.
— Кто?
— Верно. Тебя ведь никогда не волновали имена, не так ли? Что ж, позволь освежить твою память. Десять лет назад у тебя был тренер по имени Фрэнк. Он любил играть с маленькими девочками и мальчиками, но больше всего ему нравились мальчики. Он был твоей любимой марионеткой и телохранителем. Десять лет назад был маленький мальчик, который воткнул охотничий нож в его горло, и ну… не более того, Фрэнк. Это пробуждает твою память?
— Сукин сын. Скажи, что это не так. Это правда ты?
— Вроде как.
— Что нужно?
— Можешь мне помочь?
— И зачем мне это делать? Я не видел тебя десять лет. Я предполагал, что ты умер давным-давно.
— Потому что я могу собственноручно сдать тебе крота и человека, который помог мне сбежать.
Глава 5
Лэйк
— Мы должны пойти посмотреть повтор Сумерки. Сага: Рассвет. Сегодня вечером его показывают в старом кинотеатре.
— Какого черта я должна это делать? — Шелдон остановилась, чтобы зарычать на Уиллоу, которая закатила глаза. Шелдон ненавидела все, что связано с кино про цыпочек. Подавайте ей лучше пистолеты, взрывы и большие мускулы. Она сказала, что терпит их, потому что втайне они нравились Кинану, но он старался держаться рядом с парнями.
— Потому что вампиры крутые?
