Читаем без скачивания Тост за Палача - Андрей Щупов

Изображая деликатность, Вадим притворно прикрыл рукой глаза.

— Я что, упала в обморок?

— Увы.

— И долго я так лежала?

— Всего-то одну минутку. Признаться, я просто растерялся. Скажи спасибо Биму, — это он привел тебя в чувство. Так что надо бы выделить ему паек из твоих секретарских запасов.

Аллочка непонимающе переводила взгляд с виляющего хвостом пса на Дымова и обратно.

— Но вы… Вы сломали ему лапу. — На красивом лице ее читалось смятение. — Я видела все своими глазами!

— Вот что делает с людьми разгулявшееся воображение. — Вадим подмигнул Биму. — Какая лапа, о чем ты, милая? С песиком все в порядке, сама видишь. А вот тебе, похоже, следует глотнуть успокоительного.

В огромных глазах девушки блеснула предательская влага, полные губы чуть дрогнули.

— Вы издеваетесь надо мной?

— Ни в коем случае, прости. — Дымов шагнул к секретарше, ласково приобнял. — У Бима был вывих. Самый банальный. Я вправил ему лапу — только и всего. А вот ты, голубушка, признаться, меня удивила. Кажется, не первый год здесь работаешь — и на тебе! Бухаешься в обморок, словно девочка первоклашка.

Аллочка продолжала дрожать телом, и Дымов добавил в голос стальных нот.

— Ну все, поговорили, успокоились. Дай этому красавцу чего-нибудь пожевать и выпроводи во двор. А я сполосну руки и приготовлюсь к приему пациентов.

— Каких еще пациентов?

— А ты уже забыла? Сама сказало, что у меня записано пять человек.

— Да, да, извините. — Шмыгнув носом, секретарша отстранилась от Вадима. Привычным движением поправила прическу, неровным шагом покинула кабинет.

— Ну? А ты чего встал, дружище? Все твои конечности отныне функционируют, так что здесь тебе делать больше нечего.

Теснимый незримыми толчками Дымова, Бим нехотя вышел из комнаты и затрусил следом за девушкой.

Глава 6

— А если не свернут с маршрута?

— Свернут. Обязательно свернут! Сам представь, тебе на сотовый звонит жена и сообщает…

— У меня нет жены.

— Дубина, ты просто представь. Подумаешь, нет! А у него есть, и главное он по ней реально сохнет. Ну вот, она звонит ему и трагическим голосом говорит, что ей теперь все известно, а посему она срочно собирает чемоданы и свинчивает из дома.

— Думаешь, мент поверит твоей фуфловой записи?

— Поверит, Боча, никуда он не денется. Все сработано по высшему классу, так что мальчик обязательно клюнет. Они ведь всего пару месяцев, как расписались, а тут такой облом. Ясное дело, помчится домой, как ошпаренный.

— Он же не один!

— Про напарника мы тоже все знаем. Давний кореш, чуть ли не со школы — так что, верняк, пойдет навстречу. Тем более, что здесь и крюк-то — всего ничего.

— А если они своим сначала решат отзвониться? Типа, значит предупредить насчет супруги?

Кудесник удобнее откинулся на сидении иномарки, подергав себя за оттопыренное ухо, насмешливо покосился на Бочу.

— Ты, Боча, вроде здоровый, как буйвол, а фантазии в тебе ни на грош.

— Чего ты гонишь, волосатик?

— А того. Не умеешь ты ставить себя на чужое место.

— Зато я тебя могу поставить. Одним движением. Веришь, мне?

— Уже даже и не знаю, верю или нет…

— Как это, в натуре? Или думаешь, уже крутым стал? К Папе сердцем приклеился?

— Приклеился, Боча, приклеился… — Кудесник криво улыбнулся. — Ты вот сам рассуди: признаешься ты Шакалу или Варламу, что дешевая шмара тебя внагляк кинула? Да ни в жизнь! Десять раз почешешь в затылке, а все равно не решишься. И правильно сделаешь, между прочим. Потому что братва тебя на смех поднимет. Так и наш клиент. Он хоть и мент, но не враг самому себе… — взглянув на часы, Кудесник нахмурил белесые бровки, конопатый нос его явственно шевельнулся. — Так… С момента звонка прошло семь минут. Они должны быть где-то уже совсем рядом.

— И чего?

— Как чего? Готовь ребят, Боча. Представление начинается… Давай, давай, шевели копытами! И чтобы все строго по плану. Никаких импровизаций! Вспышка, газ, паяльные лампы и ничего больше, ясно?

— Ишь ты! Генерал, блин, еханый… — ворча и сопя, Боча, огромный увалень в кожаном пальто и нелепо сидящей на макушке фартовой кепчоночке, полез из машины.

Кудесник нервно потер худые руки, заерзал на сидении. Отныне он становился зрителем, а театр разыгрывал свою очередную суровую постановку прямо по ту сторону лобового стекла.

План ограбления инкассаторской машины разработал он лично, продумав все от первой минуты и до последней. По меркам Папы, дельце сулило не бог весть какие деньги, но для Кудесника это было принципиально, потому что первончально Папе предлагали совсем иной вариант — с автоматной пальбой и парочкой гарантированных трупарей. Кудесник назвал план билибердой и предложил иной расклад. Примечательно, что его не только выслушали, но и выбрали рулевым в операции. Под недовольный скрежет зубов, под взглядами разобиженных коллег. Оценить в полной мере случившееся мог только он. Его, долговязого паренька с дряблыми мышцами, кроличьими зубами и реденькими, но длинными волосенками порядком помариновали на далеких задворках. Пожалуй, в каком-то смысле это было закономерно. Очень уж долго любого рода прическам криминальная Россия предпочитал коротенький ежик волос, а мозгам и интуиции — кулаки и крепкие челюсти. А посему тот факт, что нелепого вида паренек имеет на плечах довольно неглупую голову, умея в деталях разрабатывать хитроумные операции, выяснилось не скоро и совершенно случайно.

Сначала Кудеснику с блеском удалось провернуть банковскую махинацию, обыграв разницу во времени между посылкой финансовых средств и их реальным получением на месте. В полтора часа бумаги, помеченные банковскими печатями, успевали поработать на нужных людишек, после чего возвращались обратно. Отданные деньги, само собой, вновь изымались, и братва таким образом платила по счетам, не тратя в реалиях ни копейки. Механизм «бескровной дойки» работал чуть ли не целую неделю. Подставные фигуры с липовыми документами планомерно и беспрепятственно совершали обход городских банков. Суммы были не маленькие, но и не слишком высокие — ровно такие, чтобы не вызывать излишних тревог. После дойки восьмого по счету банка Кудесник посоветовал прерваться. Уж он-то прекрасно помнил поговорку про фраера, которого сгубила жадность. К фраерам Кудесник себя не причислял, и чутье его не подвело. Они остановились тогда очень вовремя. Уже на следующий день в банковских службах забили тревогу, и прямо в кассовых залах на «шибко хитрых клиентов», по слухам, начали устраивать облавы. Однако в ловушку никто не угодил, дело было сделано, и только на этой простенькой комбинации северо-западная группировка срубила около десяти миллионов рублей.

Еще чуть позже Кудесник стал одним из первых взявшим на вооружение компьютерные программы, в короткое время научившись штамповать по желанию бригадиров самые различные телефонные голоса. Записывая на «прослушке» именитых людей, он ювелирно стыковал отдельные слова и фразы, выравнивая тембр и интонации, получая в итоге то, за что «терпилам» опять же приходилось расплачиваться зелененькими.

Очень скоро успехи костлявого комбинатора по достоинству оценил сам Папа. Именно тогда рядовой член группировки получил свою новую кличку — Кудесник. О старой — недоброй и оскорбительной — он теперь даже не вспоминал. Перестали ехидничать и братки по поводу его выпирающих зубов и куцей косички на затылке. Шантаж, мнимые похищения, выброс на рынок многочисленных бытовых подделок, игра с акциями — все это входило отныне в ведение Кудесника, а боевой счет его шел уже на десятки успешных дел. Поэтому никто особенно не удивился, когда, в очередной раз посетив офис Папы, главы северо-западной группировки, Кудесник поломал утвержденное ограбление, впервые поведав братве о существовании в городе Палача и о том, сколь выгодно можно использовать данный образ в качестве прикрытия. Папа не только поверил Кудеснику, но и пригласил в гости на загородную дачу. Там, в окружении депутатов, бизнесменов и ослепительных девушек, Кудесник впервые почувствовал себя большим человеком. Чувство оказалось настолько сладким и завораживающим, что отныне можно было не сомневаться — Папа мог на него полагаться во всем и везде. Маленький человечек возмечтал стать большим и ради этого готов был свернуть горы…

Кудесник напряженно замер. С того места, где притаилась «Ауди» братвы, было прекрасно видно, как во двор на приличной скорости въезжает бронированный автомобиль. Полтора миллиона долларов — именно такую сумму загрузили в этот день в недра броневика. Вместо троих положенных по штату охранников банк пользовался услугами всего двух вооруженных инкассаторов. Даже в такой малости банковское руководство жадничало и экономило. Любимой фразы Кудесника о «загубленном фраере» оно очевидно не знало. А потому план, по мнению Папы, был и впрямь более чем реален.