Дразняще приподнимаю брови. На самом деле брехня, трусики на мне, но надо было видеть Юрино лицо! Наверное, только огромная выдержка помогла ему не схватить меня в охапку и не утащить в ближайший темный угол, проверить трусы на наличие.
Глава 15.
Приём оформлен дорого и со вкусом. Большая часть - бизнесмены, занимающиеся теми или иными медицинскими проектами, но есть и парочка таких же "засланцев", как мы с мужем. В итоге я довольно неплохо провела время, было с кем поболтать и что обсудить. Это вам не клуб, где все орут, шумят, и не знаешь, куда приткнуться.
Каспар Майерс оказался живеньким мужчиной лет сорока пяти, обожающим своё дело и свою семью. Нам пришлось рассмотреть кучу семейных фото в его смартфоне, поумиляться его внуку и безбашенному псу, Юра вспомнил с ним какие-то московские тусовки, где они, оказывается, пару раз пересекались. Разговор плавно перетек на деловые темы, в которых я ничего не смыслю, поэтому я чмокнула мужа в щёку и отправилась покорять стол с закусками. Обжираться я не планировала, но было любопытно попробовать несколько интересных на вид канапе.
И вот, притулилась я в уголочке с вкусняшками, дегустирую, оцениваю, со скуки разглядываю платья пришедших дам. У одних всё очень красиво и стильно,у других - сразу видно любовниц или содержанок - всё такое яркое, кричащее и открытое, как будто девушкам после приема ещё смену на трассе отрабатывать. Ну девушки ладно, но я едва сдержалась от смеха, когда мимо величественно проплыла костлявая мадама возрастом ближе к полтиннику, в коротком блестящем платье, с декольте, демонстрирующим окружающим уныло обвисшую грудь. Фу, ну у неё что, дома ни одного зеркала нет? О, а вот это очень миленькое платьице, я б и сама такое носила!
Мужчину в дальнем углу залы я заметила не сразу. Похоже, он, как и я, не горел желанием особо отсвечивать. Я узнала его, и сердце кольнуло тупой иглой. Лебедев-старший. Отец Арсения. Мы незнакомы лично, но я видела его портреты. Мужчина осунулся, постарел, видно, что старается держаться, но явно чем-то расстроен. Оно и понятно, я слышала, клиника его сына на грани закрытия, а самого Арсения вроде отправили в какую-то швейцарскую клинику поправить здоровье, типа стресс, нервы и всё такое... Ну-ну, знаем мы его стресс. Ещё раз пристально смотрю на Лебедева. Понимаю, что мне практически ровно. Этот человек мне никто, а его сын... Кажется, я готова окончательно перевернуть эту неприятную страницу своего прошлого, и я знаю, кто мне в этом поможет. Выискиваю в толпе Юру, ставлю опустевшую тарелку на стол и двигаюсь к нему. С Майерсом, похоже, он обо всём договорился, можно помахать всем ручкой и отчалить. Кто-то обещал мне, цитирую: "обкатывать и обкатывать".
Однако к Юрию Тихонову оказывается не так-то легко пробиться. Он точно просто хирург? Вон сколько народу с ним пообщаться желает. И тот факт, что большинство из этого народа - девушки, меня неимоверно бесит. Хватаю у официанта бокал с шампанским, выпиваю буквально в три глотка. Интересно, обрадуется ли Юра, если я сейчас подбегу и отпихну так тесно прижавшуюся к нему брюнетку? Эй, девушка, этот мужчина женат, что, кольца на пальце не видите?!
Второй бокал заканчивается подозрительно быстро. Как это я успела, я ж вообще-то не пью. Может тут не шампанское, а так, газировка? Ну приём ведь для медиков, значит, должны заботиться о здоровье гостей. Хватаю третий бокал - надо же проверить догадку. Нет, всё-таки шампанское. Но хорошее, вкусное. Пузырьки эти такие забавные. А вот то, что моего мужа облепили всякие фифы, это уже не забавно вообще ни разу!
Вручаю пустой бокал немного ошалевшему официанту и ледоколом пру сквозь толпу, не стесняясь отпихивать особо настырных девиц. Брюнетку-прилипалу отрываю от локтя супружника и отправляю вглубь толпы.
- Идите, проветритесь, девушка, этот мужчина занят!
И чтобы никто из окружающих в этом даже не сомневался, обхватываю его за шею и целую. Прям как он утром меня целовал.
- Воу-воу-воу, жена, притормози, - усмехается Юра, едва его рот освобождается. - Мне кажется, или кто-то ревнует, м?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Кажется, - мигом краснею я. Однако позорилась я не зря - хищницы отстали от моего мамонта. Выкусите, стервы, он уже окольцован!
Беззастенчиво льну к Тихонову. Я же такая маленькая и беззащитная, так отважно защищала его от этих акулих, можно же меня за это немножко пообнимать?
- Кнопка, да ты пьяненькая у нас? - он усмехается и качает головой. Нежно целует в висок. Но это не то, чего я хочу, кровь уже бурлит в венах и требует большего!
- Как трезвышко! - опровергаю я наглую ложь. - В смысле стеклехонька! Ваще только шампусика в рот капнула. Вот стосичка, - показываю пальцами "совсем чуть-чуть".
- Я так и подумал. Пойдём, валькирия, отвезу тебя домой. Обломала мою фантазию с танцем, бессовестная.
- Танец? Я хочу потанцевать, очень-очень!
- Ты же на ногах едва стоишь.
- Неправда!
В самом деле, несмотря на заплетающийся язык и лёгкий туман в голове, стою я действительно ровно, не заваливаюсь. Даже каблуки не мешают.
- Видишь? - торжествую я. - Я вполне в состоянии танцевать. И я ХОЧУ танцевать.
- Раз так, куда деваться, - насмешка в Юркином голосе теплая и необидная. - Позвольте пригласить вас на танец, прекрасная дама.
- Позволяю. Только это... учтите, дама замужем!
Усмехается, бессовестно хватает меня за задницу.
- Я заметил. Ходят слухи, эта дама чуть не покусала дочь владельца сети аптек, когда она приставала к её мужу.
- Клевета! Стала бы она брать в рот всякую гадость.
- То есть что попало дама в рот не берет? - в этом вопросе такой сексуальный подтекст, что я спотыкаюсь на ровном месте. Или мне послышалось?
- Дама переборчивая, - бурчу я, не зная, что на такое ответить. - И вообще, у неё муж есть, ей есть чем рот занять.
Теперь спотыкается Юра. Смотрит на меня с офигением. Чё это он так с намёков на поцелуи обалдел?
Глава 16.
Наконец мы добрались до уголка с танцующими. Как по заказу начинается медленный танец, и от меня даже не требуется особых закидонов - просто повиснуть на Юре и неспешно передвигать ногами в такт музыке.
Лапищи мамонта спускаются с талии мне на задницу и романтический настрой очень быстро превращается в сексуальный. Муж прижимается ко мне куда ближе, чем требует танец, и я чувствую, как заинтересованно приподнимается мамонтовый хобот. Шампанское в крови толкает на шалости, я притискиваюсь вообще впритык, вожу бёдрами якобы в танце, а по факту - бессовестно трусь о хобот всем передом. Юра утыкается носом мне в макушку и тихо стонет.
- Кнопка, ты нарываешься!
- А если да, что с того? - сильные руки продолжают тискать мою попу, хобот веселеет с каждым мигом, значит я на верном пути. Касаюсь губами мощной шеи, для чего приходится встать на цыпочки, и тут же скольжу обратно. Хобот радостно дёргается мне навстречу. Юра тихо матерится. Ай-яй-яй, как не стыдно, уважаемый хирург и такие слова.
Танец прошёл как в тумане. Я облапала Юру везде, где позволяли приличия. Чувствую, крыша держится на последнем гвоздике, ещё немного, и её сорвёт и унесет в дальние дали.
Мы берём в гардеробе мою накидку, идём к машине. Долго целуемся, прежде чем завести мотор. Я вообще в одном шаге от того, чтобы тут в машине и отдаться, но у Юры, похоже, другие планы.
К моему удивлению, приезжаем мы не домой, а к небольшим домикам на побережье. Подъезжаем к одному из них. Юра помогает мне выбраться из машины и неожиданно заносит внутрь. В небольшой спальне расставленны по полу толстые свечи, потолок украшен гирляндами мелких белых цветочков. Меня опускают на кровать. Целуют.
- С первой брачной ночью у нас как-то не задалось, - шепчет мне на ухо мамонт-соблазнитель, - так что сегодня будет попытка номер два.
И целует, целует, целует. Губы опухли и горят. Мысли давно улетучились пузырьками шампанского, голова немного кружится.
