Тогда он первый раз подумал: «Что за люди москвичи? Что за люди?» Он решил не ссориться с такими замечательными людьми. Провинциал был очень благодарен Ларисе Германовне за чуткое отношение к себе.
Глава 2. Знакомство с московской семьёй
Опытная женщина сразу увидела в красавце-провинциале наивного скромного молодого человека и решила взять его под свою опеку, он же был один в чужом большом городе. Лариса Германовна любила выставлять себя перед всеми благодетельницей, пекущейся о людях, и никогда не задумывалась о последствиях своих благих дел. У неё уже была одна воспитанница, которую Лариса Германовна забрала жить к себе домой из психоневрологического диспансера. Она старалась. Жизнь вокруг была трудной, но Лариса Германовна всегда находила, чем порадовать свою не очень юную любимицу, отнимая лучший кусок у своих собственных детей. Лариса Германовна всегда заботилась о Паше. За всё время проживания в интернате Паша никогда не чувствовала того материнского тепла, которым была окружена в последнее время. Собственные дети Ларисы Германовны воспитывались улицей и редко появлялись дома. Они недолюбливали Пашу, но их мать всегда была на её стороне. Сыновей Ларисы Германовны можно было понять, единственное, что было красивым у этой воспитанницы, это имя — Паша Валендо. Внешность Паши вызывала ощущение отвращения, а её улыбка — приступ безудержного смеха у всех окружающих её людей. С такими данными она могла бы выступать в цирке в антрепризе вместе с клоуном, если бы не была инвалидом детства. Как видела свою любимицу Лариса Германовна — непонятно, это навсегда осталось загадкой. Характер у Паши был простой, все свои желания и претензии она высказывала просто, например, если хотела поесть, то говорила: «Жрать хочу!». Все вокруг думали, что Паша — это мальчик, а некоторые даже думали, что она — сын Ларисы Германовны. Хозяйка всегда одевала свою воспитанницу в мужской костюм и стригла коротко. Кроме Ларисы Германовны никто вокруг не знал, что Паша — это девушка.
Чем понравился Роман Петров Ларисе Германовне? Это была ещё одна её загадка. Лариса Германовна даже не стала читать письмо заведующей сельским клубом, она очень обрадовалась приезду молодого человека. А всё дело в том, что она давно хотела выдать замуж свою любимицу. Провинциал очень уважал людей старше его и ценил их мнение, он слушался их беспрекословно, о чём впоследствии жалел не раз. Для него Лариса Германовна по возрасту была как мать. Он привык доверять своей матери, поэтому верил хозяйке. Роману Петрову выделили бесплатно одну комнату, на время, пока он не уйдёт жить в общежитие. Он ценил такое отношение, спокойно жил в семье Ларисы Германовны и не конфликтовал с её детьми. Молодой человек оказался очень талантливым и поступил в Гнесинское училище с первого раза. Там он завёл себе новых друзей. Роман любил общаться с людьми, поэтому перспектива жизни в общежитии его не смущала. Прошло уже два месяца учёбы, молодой человек собирался съехать, чтобы не злоупотреблять московским гостеприимством. Лариса Германовна поняла это по-своему. Она почему-то решила, что Роману нужна московская прописка, хотя сам он никогда не говорил об этом. В один прекрасный выходной день Лариса Германовна решилась заговорить с юношей о женитьбе. Стояло солнечное осеннее утро. У Романа было прекрасное настроение.
— Роман, — обратилась Лариса Германовна к провинциалу, — я могу с вами поговорить о вашей личной жизни? Мы с вами знакомы уже два месяца, а до сих пор не знаем, есть ли у вас девушка или подруга. Какие у вас личные планы в нашем большом городе? Вы провинциал, а вокруг полно соблазнов. Вы, наверное, пользуетесь популярностью у молоденьких девушек? С вашей-то внешностью. Ну что? Многие хотели бы с вами близко познакомиться? А вы сам? Вы бы хотели создать свою семью здесь, в этом городе?
— Да, у меня есть знакомые девчонки в училище, но заводить семью для меня слишком рано. Знаете, как-то не случилось у меня в жизни большой любви, так чтобы сразу бежать в ЗАГС. Честно вам скажу, что жениться мне пока нет жизненной необходимости. Я думаю, что пока похожу холостым. Потом, после училища, сделаю карьеру и женюсь. Заведу детей, буду петь в больших концертных залах, на стадионах. А пока я просто и скромно живу для себя.
— Роман, но для того, чтобы жить в Москве, нужна прописка. Вот вы закончите свою учёбу. А потом куда пойдёте? Снова вернётесь к нам. А на каких правах? У меня есть одна молодая особа, которая может вам помочь с пропиской и не будет к вам приставать. Вы её даже не увидите. Кстати, её даже зовут как нашего Пашу, но она — девушка.
— Вы предлагаете мне фиктивный брак? Хотите меня сделать москвичом? Я не уверен, что мне это нужно. Я же вас не просил об этом. Зачем? Я скромный человек и буду добиваться всего сам. Я готов работать. Я не ленивый.
— Роман. Что вы… Я очень привязалась к вам за всё время нашего знакомства и, как человек с большим жизненным опытом, просто пытаюсь вам помочь. Не отвергайте мою помощь. Доверьтесь мне. Мы же друзья?
— Знаете, Лариса Германовна, я вас очень уважаю. И так понимаю, что фиктивный брак не длится долго и о нём никто ничего не узнает, кроме близких нам людей. Я получу прописку и разведусь. Хорошо. Спасибо вам за хорошее отношение ко мне. Квартира чужая мне не нужна. Я человек честный и обещаю вам не пользоваться своими правами на квартиру.
— Конечно, Роман. Через полгода вы разведётесь, и у вас будет московская прописка. Я это делаю только для вас. Вы мне очень нравитесь. Будьте спокойны, ваша жена не будет к вам приставать. Я просто хочу вам помочь.
— Ладно, я согласен, — ответил Роман, а сам подумал: «Что за люди москвичи? Что за люди?».
Молодой человек верил Ларисе Германовне и не подозревал, какая Паша будет его женой, ведь для него Паша — это сын Ларисы Германовны. «Ну и что, что у моей будущей жены такое же имя, как у сына хозяйки, это же просто чистое совпадение», — подумал Роман. Он не допускал даже в мыслях, что Лариса Германовна его обманывает и использует в своих интересах. Сама хозяйка скрыла от всех тот факт, что Паша неофициально живёт у неё. По официальным документам любимица проживала в комнате в психоневрологическом интернате, одном из многочисленных государственных учреждений города Москвы, а для того, чтобы эту любимицу не забрали обратно, Лариса Германовна заплатила очень большие
