Как гласит история, христианство отметилось в Индии еще на заре нашей эры. Спасаясь от иудейского преследования, христиане бежали из Святой земли трех религий. В обход Персидского залива, через территорию современного Ирана и Пакистана они добирались до Индостана. Обвиненная официальной Церковью в суперапокрифичности теория повествует, что Иисус наш Христос сумел избежать экзекуции на Голгофе. Та прилюдно свершившаяся трагедия, как утверждает она, была не чем иным, как инсценировкой. Далее господин Иисус инкогнито отправился по описанному мною выше маршруту. Тормознулся в Гималаях, где вел жизнь проповедника, окруженный почетом и учениками. Умер он глубоким старцем и похоронен в Кашмире. Могила его, всегда ухоженная, не остается без внимания приверженцев этой легенды. Я сам посещал ее, правда в юные годы, и даже знакомился со служителем, ухаживающим за ней. По вероисповеданию он мусульманин. Кстати, дело это потомственное и родовое, его семья занимается им уже более тысячи лет. Оно и немудрено, Кашмир – штат с преобладанием ныне исламской веры, мусульмане тут везде.
Некогда, как раз в те времена, когда по нему путешествовал просветленный философ и мыслитель, назначенный впоследствии Богом, Кашмир являлся оплотом буддизма и перекрестком караванных путей. Ислам, пришедший сюда в виде своей суфийской ветви, был настолько плюралистичен, что мог мирно сосуществовать с кем угодно. Он внимал или хотя бы прислушивался к речам мудрецов, невзирая на их веру. Лишь бы они «в натуре» были мудрецы, а не маскирующиеся под них пустобрехи, как это случается обычно. Даже сейчас, когда ситуация в штате накалена, так как он является спорной территорией между индуистской Индией и исламским Пакистаном, да еще китайцы отчинили себе кусочек, здесь не редкость увидеть места, где бок о бок молятся и те и другие и даже христиане, а святыни у них общие.
Однако первые проникновения христиан в индийские земли никак нельзя было назвать миссионерством. Просто тогда не было такого понятия, и положение христианства совсем не располагало к подобным порывам. Выжить бы. За прошедшие полтора тысячелетия оно подросло, окрепло, а подростковый период у многих ознаменовывается агрессивностью и неадекватностью, помноженными на непоколебимую уверенность в своей правоте и неправоте других. Первых католических попов подогнал в Гоа еще Василий де Гамович, не мудрствуя, он просто ссадил с корабля служивших на них капелланов и определил им дальнейшее место справления культовых нужд в виде экзотического берега Индии.
Если с мусульманами у португальцев был только один вид общения, при помощи кинжалов, то к индуизму они относились более лояльно, могли предварительно и поговорить, и гуманно выслушать ответ. Однако надо было гнать план по окатоличиванию туземцев. И тут уже все методы считались неплохими. Несильно вникающие из-за языкового, ментального и религиозного барьера в суть христианской идеи, индусы про себя понимали лишь одно – «хоть горшком назовите, только в печку не ставьте». А до этого тоже доходило, и на кострах сжигали, и звания «ведьм» и «колдунов» со всеми вытекающими из этого последствиями присваивали. Крестили целыми деревнями. Но обращение в христианство проводилось то с коммерческими порывами, то из-под палки и носило по большей части формальный характер. Короче, и пряник и кнут – все шло в дело. Конечно, представители таких каст, как БРАХМАНЫ или КШАТРИИ, предпочитали смерть смене религии, даже ВАЙШЬИ, и те кобенились. Но ШУДРАМ принятие христианства давало больше плюсов, нежели минусов. Шудры – низшая каста, предназначенная для тяжелых и неквалифицированных работ, они не могут за себя ничего решить без одобрения брахмана. Ни тем более заключить брачный союз с представителем другой касты. Они вообще ничего не могут и ни на что не имеют права. Уровень их интеллекта под стать положению. Конечно, для них обращение в католиков – решение многих проблем, как казалось бы. Некоторые думали, что таким образом можно обмануть КАРМУ, выйти из кастовой системы и зажить припеваючи, повесив в углу дома распятие и шествуя по праздникам с куклами новых святых на носилках. Но бесплатный панир (индийский полусыр-полутворог) бывает лишь в тех устройствах с пружинками, которые привезли с собой завоеватели, чтобы ловить непуганых крыс и мышей (для индуистов крыса – животное, уважаемое многими богами, это не тот городской монстр, к которому привыкли мы).
Имея дело с некоторыми христианами в Гоа, я вполне согласен с этим предположением. Их предки явно перекрестились из шудр. Но, слегка понимая индуизм и менталитет носителей этой религии, я не уверен в правильности вышезаявленной теории. Терпимость индуизма и индуистов, принятие всего, что тебе дается ЖИЗНЬЮ и КАРМОЙ, вера в то, что дано оно не просто так, а за допущенные в одной из жизней грехи и во искупление их при нынешней, дабы в следующих подняться на ступени выше, дает повод усомниться в массовости этого явления. Хотя и не исключает того, что подобные случаи происходили.
Слухи о миссионерских подвигах и рьяном охристианивании заблудших азиатов дошли и до папаши римского. В те годы им работал Павел № 3. Для римских пап существует возрастной ценз, не младше скольки-то там лет. От насыщенной жизни в борьбе за папское кресло они довольно быстро впадают в маразм. И отвесить им на уши большую порцию лапши не составляет труда. По крайней мере, так было в те далекие времена. Иначе Паша № 3 должен был сообразить, что его разводят припапские кардиналы и прочие приживалы. В очередном припадке эйфории он присвоил Гоа статус епископства. Соответственно, послал туда крупного сановника. А границы епископства определил ни много ни мало – аж от Африки и до самых до окраин. Самым крайним местом на земле португальцы в те времена считали Японские острова.
Поддерживаемые отрядами солдат миссионеры, как перитонит, разносили по близлежащим окрестностям воспаление «истинной веры». Воспользовавшись богатым опытом родной пиренейской инквизиции, один носитель ее в компании полусотни солдат прибывал в деревню. Солдаты убивали некоторое количество крестьян, поджигали их дома и рекомендовали оставшимся во избежание рецидива поверить на слово в истинность веры и того счастья, что наконец-то улыбнулось с приходом к ним образованной и развитой цивилизации. Перекрещенные индуисты убирали в потайные места изображения своих божеств, вывешивали на видное место две скрещенные палочки с прибитой к ним фигуркой Человека-Бога, и все на какое-то время улаживалось. С утра они ходили в церковь, а вечерами поклонялись традиционным богам веры своих предков. Кстати, это происходит и сейчас. На видном месте стоит гипсовая, засиженная многочисленными тропическими насекомыми китчевая фигура Иисуса или Девы Марии, а подальше от соседских католических глаз – скульптуры Шивы и Ганеши.
Таким образом, обращение в христианство принимает массовый характер, примерно как когда-то в СССР множились и пополнялись ряды КПСС и ВЛКСМ. У папы Павла в экстазе возникает идея в целях поощрения и ободрения присвоить Гоа очередное, более высокое звание. Из епископства – в архиепископство. На территории начинается масштабное строительство церквей, монастырей, семинарий и прочих заведений справления культовых нужд. Для чего уничтожаются индуистские храмы, а их фундаменты служат постаментами для христианских. Уничтожено было практически все, напоминающее о вере предков. Впрочем, ничего нового и из рук вон выходящего носители христианства не придумали, примерно так оно насаждалось везде – от Руси и до... под лозунгом «И только попробуйте у нас не быть счастливыми!»
В конце концов, возникает конфликт между бизнесом и носителями духовности. Если купцам было важнее «срубить» как можно больше «бабла» с гоанского клондайка, то фанатичные святые отцы ставили себе задачу спасти души всех без исключения, кто попадался под руку и был на тот момент еще жив. Купцам во все времена было не до принципиальности, бизнес всегда делает людей менее разборчивыми в религиозной принадлежности деловых связей. К тому же большие деньги изменяют шкалу ценностей, а материальные возможности подталкивают людей на менее целомудренный образ жизни. «Крышка» у них съезжает, и методы инквизиции приходится применять не только к туземцам – людям не первого сорта, но и к распоясавшимся соотечественникам, отвлекшимся от богобоязненной жизни.
В середине шестнадцатого века Ватикан принимает решение о введении в Гоа святой инквизиции. Упомянутый выше святой человек и представитель Бога на земле, папа римский Павел № 3, официально ввел этот институт в Европе, а с 1560 года он стал действовать повсеместно в христианском мире. Именно в том году Трибунал инквизиции и прибыл в наши благословенные папой края. Вообще 1560 год для Гоа значит очень многое. К этому десятилетию шестнадцатого века здесь было уничтожено более пятисот индуистских святилищ. Возведено восемьдесят церквей. Организовано католическое училище (колледж Св. Павла :)) по типу интерната, куда собирали детей уничтоженных индусов для воспитания из них истинных христиан (ни Гитлеру, ни Сталину, ни Пол Поту не приходилось позже изобретать велосипеды). Запущена типография для печати христианской литературы, в том числе и на местном языке. Введена цензура. Печатается первое в Азии периодическое издание все той же веселой божественной направленности. Провозглашен полный запрет на исповедание индуизма, ислама и даже параллельного христианского направления, пришедшего в Индию задолго до португальцев – сирийского несторианства.
