– Так надо. – Леди Эдганг не желала слушать возражений, и Кэри пятилась, пряча руки за спину, пока не уперлась в стену. Оказалось, отступать больше некуда. И леди Эдганг швырнула кружевной ком в лицо, бросив: – Надевай.
– Я не буду.
– Будешь. – Руку Кэри сдавили и вывернули. – Ты сделаешь все, что тебе говорят.
– Нет.
Боль усилилась, но игры со Сверром научили терпеть ее.
– Сделаешь. – Леди Эдганг, как и он, смотрела в глаза и улыбалась. Ей нравилось, что Кэри сопротивляется. Значит, можно сделать еще больнее. И пальцы, сдавливавшие руку, усилили нажим. – Конечно, сделаешь. Ты же не хочешь расстроить ее величество?
Женщину в черном и с пустыми глазами, в которых порой появлялся интерес. Тогда глаза эти обретали подобие жизни.
– Ее величество…
– Поручили мне за тобой присматривать. – От леди Эдганг пахло болезнью, и кисловатый аромат был столь омерзителен, что Кэри попыталась отодвинуться. – И сделать так, чтобы эта свадьба состоялась.
Леди Эдганг зашлась дребезжащим смехом. Она сошла с ума, наверное, давно, но этого никто, кроме Кэри, не замечает. Всем все равно. И если так, то стоит ли просить о помощи?
Кэри ведь знала ответ.
Никто и никогда не слышал ее.
…кроме Сверра.
– Дурочка. – Пальцы вдруг разжались, и леди Эдганг погладила руку, точно извиняясь за причиненную боль. – Ты цепляешься за ложную скромность, а она не принесет тебе ничего, кроме беды. Послушай меня, девочка… – Она говорила так ласково, что Кэри стало страшно. – Как ни прискорбно осознавать, но ты и я – все, что осталось от некогда великого рода… последние искры гаснущей жилы. Ты слышала, что сказала королева?
Каждое слово.
– Им всем мало просто убить. Им надо унизить. Втоптать в грязь. Но мы этого не допустим, правда? – Леди Эдганг провела ладонью по волосам Кэри. – Ты – бастард. Выродок. Однако ты нашей крови. Неужели не слышишь ее голос?
Кэри попыталась отвернуться, но ей не позволили.
– Кэри, – леди Эдганг никогда не обращалась к ней по имени и не касалась с такой непритворной нежностью, – я знаю, что мой мальчик хорошо к тебе относился. Порой он бывал груб, но все мужчины грубы. И тот, кого назначили твоим мужем, много хуже Сверра. Если ты думаешь, что он станет тебя защищать, – ошибаешься. Не станет. Он возьмет тебя в свою постель. И, возможно, назовет женой, но… ты же слышала, ему нужна другая женщина.
Горько.
Всегда горько, но сегодня горечь почти невыносима.
– Посмотри на меня, Кэри.
Не подчиниться?
Леди Эдганг не потерпит неуважения.
Уйти?
Кэри некуда идти.
– Король отдает вместе с тобой земли нашего рода и право заложить камень нового дома. На осколках старого, нашего с тобой дома, Кэри. И ты – лишь способ придать этой затее видимость законности.
Холодная ладонь погладила шею. И леди Эдганг отстранилась. Развернувшись – черные юбки скользнули по ногам Кэрри, – она подошла к туалетному столику. Пальцы пробежались по крышке шкатулки, которую леди Эдганг привезла с собой.
– Сама по себе ты – ничто. И так и останешься ничем. А когда надоешь своему мужу, он от тебя избавится. И никто, Кэри, никто не встанет на твою защиту.
Раздался щелчок, и крышка откинулась.
– Поверь, я знаю, о чем говорю. – Леди Эдганг вытащила прозрачный флакон с узкой горловиной. – Этот мир принадлежит мужчинам. Как бы ты ни хотела обратного… – Она повернулась к Кэри. – А все, что остается женщинам, – это месть.
…И терпение, которое есть главная добродетель женщины. Кэри помнит. Но с каждым днем терпеть становится все сложнее.
Следом за флаконом из шкатулки появился узкий стилет.
– Ты боишься. Правильно, Кэри, бойся. Смерть страшит, но… смерть бывает разной. Тебе выбирать. – Она протянула руки. – Вот яд. Вот сталь.
Кэри отшатнулась и, наклонившись, подобрала кружевной комок.
– Ты пойдешь к нему, – в глазах леди Эдганг жило безумие, – и отомстишь за наш род… нашего мальчика… или останешься здесь и умрешь вместе со мной.
– Я…
– Одевайся, – мягко произнесла леди Эдганг, поднимая флакон к газовому рожку. – И поспеши. Постарайся быть послушной девочкой. Мужчины это любят.
Перечить Кэри не посмела.
И вот теперь, сидя в чужой кровати, она считала удары собственного сердца и отчаянно прикрывала подушкой стилет. Она знала, что не сумеет ударить, но не находила в себе сил расстаться с оружием.
А дождь за окном оплакивал Кэри.
Сегодня она не сможет убить, и тогда завтра убьют ее. Леди Эдганг всегда умела держать слово.
Как быть? Кэри не знала. Сидела. Ждала. И дождалась. Вот за дверью раздались быстрые шаги, и Кэри сжалась.
Еще мгновение… Дверь открылась беззвучно, и длинная тень легла на ковер.
Кэри закусила губу, приказав себе не плакать.
Тень приблизилась. И замерла.
А Кэри нашла в себе силы поднять взгляд.
Оден из рода Красного Золота возвышался над ней и разглядывал ее, а выражение светлых глаз его было странным. Но он не злится.
– Под одеялом было бы теплее, – наконец произнес он.
Наверное.
– Давно ждешь?
Кивнула, понимая, что не в состоянии произнести ни слова. Давно. Целую вечность, которая, к ее ужасу, закончилась.
– Тебе приказали?
– Я… должна служить… вам. – У Кэри все же получилось заговорить, но, руда первозданная, что она несет? Оден же наклонился к ней, коснулся щеки, и Кэри отшатнулась, но тут же замерла, закрыла глаза, смиряясь с неизбежным.
Ей надлежит быть покорной. И быть может, тогда получится выжить.
– Так будет лучше. – На плечи упало что-то тяжелое и теплое, пахнущее осенними дождями. Оден мягко произнес: – А служить мне не надо. Лучше будет, если ты вернешься к себе.
– Я… недостаточно красива? – Кэри не может вернуться. Там ведь леди Эдганг и флакон из прозрачного стекла в тонких ее руках. А во флаконе – яд. И если Кэри вернется сейчас, то не увидит рассвет. – Я знаю, что ничего не умею, и… я буду очень стараться. Я клянусь, что буду очень стараться и…
– Девочка… – Оден присел у кровати и взял ее руки в свои. Ладони его были горячими и большими, шершавыми… а если на лицо посмотреть, то вовсе он не старый. Чем-то на отца похож, только тот редко Кэри замечал. И уж точно ему бы в голову не пришло разговаривать с нею. – Ты очень красива. А со временем станешь еще краше. И в любом другом случае я был бы рад взять тебя в жены. Но дело в том, что я уже женат, понимаешь?
Да, Элоис рассказывала о той свадьбе.
– Мне сказали, что та… свадьба не считается. Что она не настоящая.
– Это не так.
Больше Кэри не задавала вопросов, но сидела тихо-тихо. А он, отпустив руки, повернулся к Кэри спиной. Собирается?
Сбежит.
И значит, свадьба не состоится. Что тогда будет с Кэри?
Леди Эдганг разозлится на нее… А королева? И король? Сочтут виноватой… всего-то и надо было, что… а она не справилась.
Потому что выродок.
– Не уйдешь? – спросил Оден, застегивая пуговицы старой куртки.
Она покачала головой и упрямо закусила губу: ей некуда идти.
– Тогда я должен буду тебя запереть.
Кэри кивнула – пусть запирает, лучше здесь, чем с леди Эдганг. И быть может, нынешняя ночь – последняя в ее жизни. Кэри только уточнила:
– Надолго?
– До утра… а там, как получится. К обеду точно освободят. Ванная комната вон за той дверью. Здесь есть фрукты, вино и печенье… На помощь звать не станешь?
Не будет. Она спрячется и будет благодарна за эти часы спокойствия.
– Вот и умница. – Оден погладил ее, и это прикосновение к волосам было по-настоящему ласковым. И жаль, что он не может стать мужем Кэри. – Завтра скажешь, что я тебе угрожал.
– Но… это же неправда!
А Кэри не очень хорошо умеет врать. Оден усмехнулся:
– Боюсь, что правда мало кому интересна. Ложись и засыпай спокойно. Здесь тебя никто не обидит.
Кэри кивнула и послушно забралась под одеяло, но плащ из рук не выпустила. С ним она чувствовала себя почти одетой. И на удивление защищенной. Это чувство было незнакомым, но придавало смелости. И Кэри спросила:
– Ваша жена… она какая?
Должно быть, она потрясающая женщина, если ради нее Оден из рода Красного Золота готов пойти против короля. И он, улыбнувшись, сказал:
– Она самая красивая женщина в этом мире.
– Тогда вам повезло.
Кэри закрыла глаза: она не хочет смотреть, как он уходит, пусть бы и привыкла к одиночеству. В одиночестве нет ничего плохого, напротив, оно дает спокойствие.
– Очень повезло, – ответил Оден и дверь закрыл.
В темноте шелестел дождь. И Кэри, лежа на чужой кровати, рисовала себе очередную сказку. В ней и комната, и дом принадлежали Кэри. И в этом доме было спокойно, потому что где-то рядом находился тот, кто готов был защитить Кэри.
Любой ценой.
Он близко. Просто вышел ненадолго, но если подождать, то он вернется.
И Кэри ждала.
Глава 5
Этой ночью сон вернулся.
Вначале был звук. Глухой удар. Еще один и снова.
