- Если вы не врете, - сказал генерал-фельдмаршал, - вам нужна планета, на которой ваши замороженные соотечественники могли бы приобщиться к настоящей свободе. Что же, мы согласны их приобщить.
- Вы меня не совсем правильно поняли, - сказал Гнец-18, которого Удалов призывал, пока они были в дупле, к крайней осторожности. - Нам нужна планета, где не было бы людей.
- Правильно, - сказал генерал-поручик. - Народу у нас нехватка. Мы всех ваших соотечественников пристроим к делу. Всех используем.
- Как вы их используете?
- Для защиты свободы. Сейчас у нас перемирие, и мы, и наши противники, жалкие выскочки и коварные предатели, тщательно замаскировались. Потому что и у них, и у нас осталось мало солдат, а детские сады еще не успели подготовить нам достойную смену. У нас каждый человек на учете. У нас больше пушек, чем артиллеристов, больше самолетов, чем летчиков, нам не хватает рабочих на патронных фабриках и пороховых заводах. И если вы отдадите нам своих соотечественников, то мы согласны заплатить за каждого достойно. За стариков и старух по пуле, за женщин по целой обойме, а за здоровых мужчин и подростков не пожалеем и винтовок.
- Но нам не нужны пули и винтовки, - сказал Гнец-18.
- Чепуха, - сказал генерал-фельдмаршал. - Не набивайте цену. Всем нужны винтовки и патроны. У нас их сейчас избыток, и потому мы благородно делимся с нашими союзниками.
- Нет, ни в коем случае, - сказал Гнец-18. - Как вы могли подумать, что мы наших соотечественников отдадим вам в качестве пушечного мяса! Отпустите нас, мы улетаем.
- Ну, нет, голубчики, - сказал генерал-фельдмаршал. - Никуда вы от нас не улетите. Вы будете находиться в заточении, на хлебе и воде, до тех пор, пока не согласитесь с нашими справедливыми и законными требованиями.
- Не надейтесь, что вам это сойдет с рук, - возмутился Гнец-18. - Нас найдут, и вас сурово накажут.
- Не найдут, - возразил генерал. - Мы лучшие в мире мастера по камуфляжу. Вы пробыли у нас полдня и не заметили даже простых солдат-новобранцев, которые скрывались совсем рядом с вами. Подумайте, как вы будете через полгода гордиться своими соотечественниками, которые станут такими же мастерами камуфляжа.
- Нет, не уговаривайте нас, мы улетаем.
- Мы не такие наивные, - расхохотался генерал. - Мы вас отпустим, а вы сразу броситесь к нашим противникам. Не думайте, что они вам больше дадут.
- Никуда мы не бросимся.
Но генерал больше не слушал пленников. Он обернулся к полковнику и сказал:
- Замаскируйте их так, чтобы родная мать не узнала. И приготовьтесь к допросу восьмой степени.
Снова пленники оказались в дупле. Только на этот раз под сенью дерева рядом с дуплом поставили котел, в котором кипятили смолу, и свалили кучей железные орудия пыток.
- Нам бы дотянуть до темноты, и мы бы убежали, - смазал Гнец-18, который думал, что можно сбежать от генералов. Но Удалов отнесся к этому трезвее.
- Ничего не выйдет. Пойдем на военную хитрость.
- Нет, это не принципиально, - сказал Гнец-18. - Я этого не позволю.
Тогда Удалов махнул рукой и решил немного поспать. Если тебя собираются пытать, то нет ничего вреднее, чем сидеть и смотреть, как подготавливают к работе орудия пыток.
Его растолкал Гнец.
- Корнелий, - прошептал он, - я в ужасе. Я согласен на все. Только спаси меня.
- Что случилось? - сонно спросил Удалов, которому снилось, что он уже вернулся из отпуска и рассказывает о разных планетах своим соседям, а соседи не верят ни единому слову. Кстати, впоследствии оказалось, что сон был пророческим.
- Ты погляди наружу, - сказал Гнец.
Удалов выглянул из дупла, и его глазам предстало жуткое зрелище. Во-первых, на площадке, хорошо замаскированной сетями и листвой деревьев, уже установили виселицу и дыбу, разложили щипцы, зубья, колья и прочие страшные вещи. В котле кипела смола, а палач в красном мундире, замаскированный под пышный розовый куст, помешивал смолу медным черпаком.
- Хорошо, - сказал Удалов, протирая глаза. - Придется помочь. Только чтобы ни слова. Что бы ты ни услышал, соглашайся со мной, не сомневайся в моем дружеском постоянстве.
- Спасибо, друг, - сказал Гнец-18.
- Не спеши, - ответил Удалов. - Может, еще ничего не выйдет.
Он высунулся из дупла и, нарушая все правила маскировки, закричал:
- Срочно ведите меня на допрос к генералу!
- Тиш-ше! - рассердился палач, даже затрепетав от такого нарушения маскировки. - Ты нас выдашь своим криком. У меня есть приказ подвергнуть вас первой серии пыток, а когда вы уже кое в чем сознаетесь, вернуть на допрос.
- Эй! - закричал тогда Удалов еще громче. - У меня сведения государственной важности!
Тут же несколько кустов и пней по соседству поднялись и оказались младшими офицерами. Несмотря на ворчание и угрозы палача, лишенного любимой работы, младшие офицеры отвели пленников в штаб. Генералы сидели за столом, обменивались военными воспоминаниями и распивали едко пахнущий местный алкогольный напиток.
- Уже? - удивился генерал-фельдмаршал. - Что-то я не замечаю следов пыток.
- Мы не успели начать, - ответили младшие офицеры. - Они уже сломались.
- Великолепно. Отличная работа! - сказал генерал-фельдмаршал. Он пришел в благодушное настроение. - Хотите присоединиться? - спросил он у пленников, указывая на стол с напитками.
Удалов наотрез отказался. Гнец-18 последовал его примеру.
- Я, - сказал Корнелий, - готов обсудить с вами условия, но только, чтобы этого, - он указал на Гнеца-18, - здесь не было.
- Ага, раскол! - обрадовался генерал-фельдмаршал. Он просто ликовал. - Все правильно. Может, твоего напарника вообще ликвидировать?
Удалов долго раздумывал. Гнец дрожал и в ужасе глядел на него.
- Корнелий! - взмолился он наконец. - Я всегда был тебе другом.
- Когда дело идет о поставках оружия, - ответил хладнокровно Удалов, - о дружбе и прочих абстрактных чувствах приходится забыть.
- Молодец. Люблю прямоту! - сказал генерал-фельдмаршал. - Уведите второго и надежно изолируйте его.
- Не верьте Корнелию! - кричал Гнец-18, когда его вытаскивали из комнаты дюжие лейтенанты. - Он предал меня, значит, предаст и вас! Мы никогда не отдадим вам наших замороженных соотечественников!
- Отдадут, - заметил Удалов цинично, как только крики Гнеца стихли за дверью. - Ну, сами судите, кому нужны два миллиарда древних соотечественников? Так что я вам их с удовольствием уступлю. Только, конечно, не за ту жалкую цену, которую вы предлагаете.
- Что ж, стоит обсудить, - сказал генерал, замаскированный под клумбу незабудок, который раньше молчал и не вмешивался в беседу.
- Во-первых, - сказал Удалов, присаживаясь за стол рядом с генералитетом, - никаких патронов и никаких винтовок. У нас на Земле есть еще, к сожалению, оружие, перед которым ваши винтовки и патроны - жалкие детские игрушки, даже сравнивать стыдно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
