Читаем без скачивания Кошачьи врата : Преданья колдовского мира. Кошачьи врата - Андрэ Нортон

Дайрин протянула руку, словно в поисках нити, ожидая встречи с липкой сетью. Ей показалось, что она уловила у наблюдателей какую-то неуверенность. Возможно, это её единственный шанс.

Пальцы её сомкнулись вокруг толстой тканой верёвки. Оттуда перешли на мешок. Верх мешка был плотно затянут, она не смогла сразу развязать его. Мешок, довольно большой, свисал с ветки. И в нём — в нём кто-то был заключён.

Дайрин отскочила. Если она и вскрикнула, то сама этою не слышала. Все её чувства говорили, что существо, заключённое в мешке, мертво, но умерло совсем недавно. Она заставила себя снова провести пальцами по мягкой свисающей поверхности. Слишком маленькое — это не человек!

Теперь, зная, что в мешке не человек, девушка больше не хотела знакомиться с его содержимым. Отходя, она задела плечом второй мешок. И поняла, что движется среди множества таких мешков, и во всех них смерть.

Но она продолжала слышать слабые стоны. Человеческие стоны. К тому же наблюдатели наконец отстали. Как будто не смели заходить в это место.

Эти мешки — Дайрин очень не хотелось снова прикасаться к ним. Некоторые казались гораздо легче остальных и вертелись, когда она невольно касалась их. Другие свисали с тяжёлой ношей.

Стоны…

Девушка заставила себя обыскивать мешки, что висели перед нею. Стержень для сбора нитей она заткнула за пояс. Вместо него она взяла в руку нож. И когда коснулась им последнего мешка, ей ответило слабое движение, и изнутри послышался сдавленный крик. Дайрин была уверена: это просьба о помощи.

Остриём ножа она попыталась разрезать шёлк. Плотная ткань неохотно подавалась, такой материал разорвать нелегко. Она резала и рвала, пока не услышала приглушённый крик:

— Ради Сала…

Дайрин оторвалась от мешка. Внутри на самом деле находился человек. И он был тщательно обёрнут липкой сетью, распространявшей кругом едкий запах. Против этой сети нож бессилен. А если она сама коснётся её, то тоже станет пленницей.

Подумав, девушка собрала складки разрезанного мешка, закутала ими свои пальцы и принялась рвать паутину. И к своему облегчению, поняла, что ей это удаётся. Она чувствовала, что старания человека освободиться тоже приносят успех.

И она узнала этого человека из своего прошлого — Ротар! Но это имя всплыло как будто часть сна, который она целиком не может вспомнить.

Дайрин назвала его по имени и спросила, может ли он высвободиться.

— Да. Я ещё вишу. Но уже скоро…

Некоторое время Дайрин слышала звуки движений, потом тяжёлый удар о землю. Ротар тяжело дышал.

— Леди, ты не могла появиться в лучшее время, — он схватил девушку за руку. Она почувствовала, как воин покачнулся и восстановил равновесие.

— Ты ранен?

— Нет. Голоден и хочу пить. И не знаю, как долго я провисел в этой кладовке. Капитан — он сочтёт нас обоих мёртвыми.

— В кладовке? — это слово подействовало на неё, как удар.

— Разве ты не знала? Да, это кладовка самок пауков, они здесь сохраняют своих самцов…

Дайрин пыталась подавить тошноту. Мешок из шёлка, из прекрасно сотканного шёлка. И так использованный!

— Там кто-то… что-то есть, — вдруг испуганно прошептал Ротар.

Наблюдатели, предупредило девушку мысленное восприятие. Они снова приближаются.

— Ты их видишь? — спросила Дайрин.

— Не ясно, — но он тут же поправился: — Да! Они набрасывают сети, такие же, как та, в которой был я. Их никакое лезвие не разрежет…

— Мешок!

— Что ты хочешь сказать?

Пользуясь материалом мешка, она смогла разорвать нити сети. Эти нити не прилипают к шёлку. Она объяснила это Ротару, тот вырвал у неё нож, и она услышала звуки разрезаемой ткани.

Наблюдатели… Пока Ротар опустошал мешки, Дайрин пыталась мысленно увидеть наблюдателей. Они приблизились, но снова остановились, как будто не решались вступить в это место, даже если им приказали задержать человека.

— Они выпускают свои сети, — предупредил её Ротар.

— Хотят окутать нас со всех сторон.

— Пусть думают, что мы беспомощны, — приказала она.

— Но ты считаешь, что мы не беспомощны?

— С этими мешками, может быть, и нет.

Если бы она могла видеть! Дайрин в раздражении чуть не заплакала. Кто эти наблюдатели? Она была уверена, что это не ткачихи. Может, именно они поставляют нити, которые она так тщательно собирала.

Ротар вернулся к ней и принёс целый ворох ткани от разрезанных мешков. Девушка старалась не думать о том, что было в этих мешках.

— Скажи мне, — попросила она, — кто они, те, что плетут сети?

Она чувствовала его глубокое отвращение.

— Пауки. Огромные пауки. Мохнатые и размером с собаку.

— Что они делают?

— Заплетают отверстие. По обе стороны от него расставлены сети. Теперь они исчезают. Только один остался, он висит в центре паутины.

Схватив Ротара за руку, Дайрин читала его мысли и достаточно ясно видела то, что видел и он, дополняя нарисованную им картину.

— Остальные, должно быть, отправились за ткачихами, — предположила девушка. — Итак, пока перед нами только один…

— И паутина…

Она выпустила его руку и схватила кусок ткани.

— Мы должны обвязаться этим. Не касайся паутины, только через этот материал.

— Понимаю.

Дайрин двинулась вперёд.

— Я буду разрывать паутину, — пояснила она. — Охранник — твоё дело. Подведи меня к дереву, к которому прикреплена паутина.

Он взял её за плечи и мягко направил налево. Девушка делала один осторожный шаг за другим.

— Дерево прямо перед тобой, леди. Охранника не опасайся, — голос его звучал мрачно.

— Помни, паутина не должна касаться твоего тела.

— Будь уверена, я закроюсь, — пообещал он.

Дайрин ощутила жёсткую кору, рука её была надёжно закутана в шёлк. Вот — она нащупала конец нити. Та была закреплена гораздо прочнее, чем те, что собирала девушка.

— Ха! — резко выкрикнул Ротар. Он больше не стоял рядом с ней.

Дайрин, отыскав вторую нить, ощутила её дрожь. Охранник, должно быть, готовился защищать паутину. Но она должна сосредоточиться, отыскать все нити и оторвать их от дерева.

Она не знала, сколько нитей нужно порвать. Справа послышались звуки драки и тяжёлого дыхания.

— Ага! — в голосе Ротара прозвучало торжество. — Эта штука благополучно мертва, леди. Ты была права, он бросал на меня свои нити, но они не прилипли.

— Карауль!.. Могут вернуться остальные, — предупредила она воина.

— Знаю! — согласился тот.

Девушка работала как могла быстро, отыскивала нити, разрывала их. Могут вернуться не только пауки, но с ними и ткачихи, а их она боялась гораздо больше.