Потом я взял салфетку, на ней было только два слова:
«АЛХИМИЧЕСКИЕ ПИЛЮЛИ»
Почерк у Симона был странным, он отдавал какой-то арабской каллиграфией.
Я быстро сжег салфетку в пепельнице, пока написанное там не прочитали не в меру любопытный Малой или его сподручные.
— Нам нужно поговорить наедине… — начал было я, но Симон остановил меня:
— Нет смысла. Я не скажу ничего полезного, пока лично не увижу, то, что вы мне показали. Но выглядит… Выглядит это потрясающе, да. Никогда не видел ничего подобного. Если это то, что я думаю — это даст вам огромную власть. И деньги.
— Власть и деньги понадобятся нам, чтобы вернуть мне трон! — напомнил нам Малой, в очередной раз стукнув кулаком по столу.
Честно говоря, желание сажать Малого на трон у меня уменьшалось с каждой минутой общения с ним, но сообщать об этом Государю я, разумеется, не стал.
— Хорошо, — кивнул я Симону, — Вы в деле. Вас заберут через час, из вашего магазинчика. Я сейчас отправлю сообщение нужным людям.
Я быстро отписался герцогу Кабаневичу, а потом хлебнул пива и окинул взглядом собравшихся:
— Теперь важный вопрос ко всем. Предельно важный. Что за дерьмо случилось в лавке Симона? Какого лешего Царь захватил меня и Шаманова, а остальных — нет? Вы ощущали заклинание Царя, которым он пытался подавить вашу волю?
— Да, я почувствовала, — ответила первой принцесса, — Это было нечто… очень странное. Ни разу такого раньше не ощущала. Но оно просто прошло сквозь меня. И всё. А вы с Шамановым выглядели, как… ну не знаю… как зомби? Почему-то в вас то, что кастанул Царь, задержалось.
— Это потому что они худородные, сестрица, — решительно заявил Малой, — Меня этот сумасшедший Царь тоже пытался забороть своим заклинанием, но не тут-то было! Мы же с тобой Багатур-Булановы, нас таким не возьмешь. Наша Императорская кровь отобьет любое заклятие!
— Мда? — усомнился я, — Что-то мой заряженный магией хук ваша Императорская кровь сегодня отбивала не очень, Ваше Величество. И, кстати, моя крепостная Аленка под действие заклинания Царя тоже не попала. Хотя вот уж её в царском происхождении трудно заподозрить. Так, Алена?
— Да, барин, — кивнула Аленка, — Я не знаю, о чем вы толкуете. Голого дурака с кинжалом — видела. Стрелять в него — стреляла, только не попала. А в магии не разбираюсь, мне не положено.
Я вопросительно глянул на подручных Императора.
— Я тоже ничего не почувствовала, — мрачно подтвердила вампирша.
— А я ощутил, что Царь лезет мне в голову, — признался князь Взвешин, — Вот только это было легко отбить. Павел Павлович прав. Я не понимаю, как ваш Царь смог взять под контроль такого мощного бойца, как вы, барон.
Последнее было не издевкой, а искренним комплиментом. Князь даже вежливо поклонился мне.
Ну, оно и неудивительно, я же развалил Взвешина в сегодняшнем бою, а князь, как воспитанный магократ, привык уважать силу.
— Симон?
Алхимик ответил не сразу.
Он некоторое время сосредоточенно смотрел на меня, и только потом осторожно произнес:
— Магия другого мира… Тонкая материя, очень тонкая. Я ощутил, но я не могу объяснить то, что ощутил. С гаввахом это не связано.
— А с чем это связано? С запретным меридианом? Как там он у вас называется — древосток?
— Нет, — неожиданно ответил алхимик, — Древосток не причем. И гаввах тоже не причем. Я бы сказал, что Царь взял вас с Шамановым под контроль, потому что в вас уже было нечто. Нечто заранее заложенное, чтобы подавить вашу волю. Я бы описал этот процесс именно так. Но я и сам не понимаю.
— Да стоит ли вообще это обсуждать? — влез Шаманов, — Царь сейчас бегает голым на другом конце города, если его вообще еще не схватили и не упекли в дурку. В любом случае мы его наверняка больше никогда не встретим. Так что какая разница, как именно он нас законтроллил?
Шаманов в последнее время что-то стал совсем дерзким. Наверняка понтуется перед своей возлюбленной кровосоской.
Мне даже захотелось стукнуть кулаком по столу, как это делал Малой, но я, конечно, не стал до такого опускаться, а просто пояснил:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Акалу, Царь тупо сделал нас с тобой своими рабами. Причем, почему-то из всех присутствующих только нас. Проще говоря, у нас с тобой есть какое-то неизвестное слабое место. А я ненавижу иметь слабые места, а еще ненавижу быть чьим-то рабом.
Так что я собираюсь выяснить, в чем моя слабость, и эту слабость беспощадно выкорчевать, чтобы ни одна тварь больше не посмела брать меня под контроль. Ясно?
Шаманов не нашелся, что на это возразить, так что просто кивнул:
— Да. Ясно…
— Мне кое-что пришло в голову, — заметил тем временем Симон, — Не то, чтобы это помогло вам, барон. Но есть старые легенды, гласящие, что правящий род Багатур-Булановых каким-то образом украл свою родомагию у Рюриковичей. Проще говоря, магия Багатур-Булановых — это сильно измененная магия Рюриковичей. А ваш Царь ведь утверждал, что он Рюрикович из другого мира…
— Ну и бредни! — тут же ожидаемо забухтел Малой.
— Вообще имеет смысл, — ответил я, не обращая на Государя никакого внимания, ибо тот его не стоил, — Багатур-Булановы подавляют волю, и Царь делал тоже самое… Только вот он делал это совсем иначе, по-другому. По ощущениям — вообще ничего общего с золотой аурой Булановых.
— Вы правы. Я тоже этого не понимаю, — подтвердил Симон.
— На меня магия Багатур-Булановых действует, — буркнула вампирша Люда, — Старый Император… Ну в общем, он применял её на мне. Успешно.
— А при каких обстоятельствах он её на вас применял? — подозрительно спросил Шаманов.
Судя по всему, Акалу подумал о том же, о чем и я.
Люда до того, как стала изменницей, служила в Лейб-Гвардии при Императоре, так что логично было предположить, что Старый Император был не таким уж и Старым и регулярно таскал вампиршу себе в постель.
— Не твое дело, — в очередной раз послала влюбленного Шаманова девушка, — А что касается магии Царя, то возможно, вы попали под её власть, потому что вы оба мужики, вот что.
— Максимально идиотское предположение, — констатировал я, — Князь Взвешин тоже мужик, как и Его Величество. Но их Царь законтроллить не смог. И Симона тоже, кстати.
— Значит, потому что вы худородные! — победоносно ткнул в мою сторону пластмассовым пальцем Малой.
— Мда, но Аленка вообще холопка… — задумался я, — А кроме того, я не так уж и худороден. Нагибины — род обнищавший, но древний. Нет. Тоже мимо. Что-то другое. Надо найти нечто, что выделяет нас с Акалу среди всех здесь присутствующих.
— Эм… — Малой икнул, — Национальность?
— Ага, Шаманов — эскимос, я — русский, как и большинство здесь сидящих, кстати. Очень логичное предположение, Ваше Величество. Спасибо.
— Вы оба были в черных мундирах! — азартно взвизгнул Малой, который видимо решил, что мы играем в угадайку.
— Принцесса в таком же, — устало указал я на девушку.
— У вас у обоих низкий ранг!
— А у вас какой, Ваше Величество? — парировал я.
— Третий, — гордо ответил Малой.
— И у нас с Шамановым третий, — вздохнул я, — Нет, не то. Снова не то. Нужен другой признак. Симон сказал, что в нас с Шамановым уже была некая предрасположенность…
Принцесса вдруг ахнула, потом изменилась в лице.
— Что такое?
— Нет, я просто тут подумала… — Лада явно перепугалась, — Просто действительно есть один признак, который объединяет вас с Шамановым. Но если это правда, то… Это катастрофа. Если я права — Царь уничтожит нас всех.
— О чем вы, Ваше Высочество?
Я все еще не понимал. Принцесса смотрела на меня со страхом…
Глава 75. Самый таинственный клан
Канцлеру Российской Империи Великой Княжне Жаросветовой:
«Ваше Высочество!
Довожу до вашего сведения, что антикитайский погром в Петербурге продолжается со вчерашнего вечера.
По моей информации город покинуло 99 % всех китайцев, большей частью добровольно.
