Шестая глава
«Логика может привести Вас от пункта А к пункту Б,
а воображение — куда угодно…»
Альберт Эйнштейн. Я стояла в позе испуганного суслика, быстро вертящего маленькую головку. Волосы, которые при каждом повороте взмывали огненной волной, сильно мешая осматриваться, хотя мои успехи были ничтожны. Кроме как огромного валуна и трёх сосен я ничего не нашла. Я уже подумала, что это была ложная тревога, но тут близ моего лица пролетела пуля, слегка зацепив кожу щеки.
Парень резко дёрнул меня за руку вниз, а затем быстрыми движениями потащил вперёд. Теперь я перестала спотыкаться, я бежала сломя ноги, лишь изредка цепляя корни деревьев, которые попадались на пути. Мимо нас свистели пули, задевая одежду. Мне было страшно. Сердце в бешеном темпе колотилось, отдавая барабанной дробью в виски. Когда пуля в очередной раз пролетела, прям перед лицом, я поспешила ускорить шаг и оказалась наравне с парнем. Тот старался не смотреть, откуда летят пули, казалось, он чего-то ждал, но я не могла понять чего.
Наконец я начала замечать, что деревья перестали сгущаться, наоборот, они стали расходиться, и вскоре мы увидели поляну. Огромное большое пространство с высокой травой и цветами. Макс ускорил бег, и я снова отстала. Пули, летевшие слишком часто, стали отдаляться. Парень небрежно схватил мою руку и резко дёрнул вперёд. От такой неожиданности я пролетела пол поляны, проехавшись всем телом по влажной земле, и остановилась.
Как только мой полёт закончился, я увидела подле себя Макса. Парень вопросительным взглядом посмотрел на меня, «Мол, а чего ты хотела?». Мы вжались в траву.
Движение утихло, холодный ветер медленно шевелил высокую траву. Та была мне по пояс, поэтому наши валяющиеся тела нельзя было разглядеть, не подойдя вплотную. Здесь среди цветов был головокружительный аромат цветущего мака, и других цветов. Но даже вся идиллия не могла затмить шум бьющегося сердца. Кровь быстро бежала по венам, снабжая каждую клетку. После такого марш-броска я не чувствовала холод, наоборот я чувствовала себя раскалённой сталью.
Краем уха я уловила движение. Макс зря не терял времени, он уже успел достать АК, и два магазина. Он уверенно держал палец на курке и водил оружие из стороны в сторону, с опаской поглядывая в сторону, откуда мы прибежали. На краю поляны я уловила шорох, и только сейчас поняла, что вновь могу улучшать слух.
Я посмотрела на парня и мысленно спросила, слышит ли он их мысли, и если да, то сколько их. Парень посмотрел в мою сторону и покачал головой. Решив, что потом узнаю, почему именно он их не слышит, я вновь закрыла глаза и напрягла слух.
Получилось, в мои уши ударило огромное количество ночных звуков. Пару минут я просто сидела, стараясь отфильтровать звуки в нужное русло. И скоро лишнее отодвинулись на второй план, оставив лишь главное. Почти моментально я открыла глаза, сохраняя слышимость.
— Их всего шесть, у четверых есть оружие, у остальных копья и дубины. Двое скоро будут возле нас, — шёпотом сказала я. — Подожди, ещё рано, рано… Есть, справа.
Парень без лишних слов дал короткую очередь в правую сторону луга. И послышался звук падающего тела. Теперь по нам открыли очередь, никто из них не знал, где мы есть, поэтому они стреляли наугад. Я вновь закрыла глаза до полной концентрации.
— Прямо пред тобой, двое! — скомандовала я.
Длинная очередь, и к нашим ногам упали тела двух. Это не были люди. Их лица были замотаны грязными бинтами, но даже сквозь них просвечивалось ужасные травмы и мутации.
Низкого роста, в песчаных балахонах, с ружьями и копьями в руках они были похожи на песчаных людей, из фильма «Звёздные войны». Но от людей у них фактически ничего не осталось.
Их осталось трое. Я повертела головой, проверяя координаты тех, кажется, они догадались, где мы находимся, потому что двое из них пытались нас окружить. Пара выстрелов прошлась совсем близко, и Макс дал короткую очередь в ту сторону. Ещё один упал, зато его сородич, у которого не было оружия, выпрыгнул из зарослей и кинулся прямиком на парня. Они повалились в схватке. Я хотела помочь. Но меня схватили за ногу и хотели потащить в сторону глубокой травы. Сделав слух обычным, я посмотрела на чудовище.
Мои глаза вновь наполнились кислотным оттенком, и я буквально кинулась на монстрика. Тот был в шоке от моего поведения, но этим я и воспользовалась. Мой мозг окончательно отключился, давая волю ярости. Краем глаза я уловила красноватое свечение у поляны. Камень. Догадалась я, мои ноги со всей силы толкнули чудика.
Вытащив свой нож, я ковырнула землю, и на свет показался яркий, чуть больше ногтя рубин. Он ударил сильным красным светом. Мои руки со всей силы ударили ручкой ножа по камню. На секунду меня ослепило. Потом мой нож охватило красное сияние, как у сиреневых мечей Влада. Нож на моих глазах стал превращаться в длинный, средневековый клинок с камнем в середине. Я воткнула новое оружие в грудь монстра. Тот, едва соприкоснувшись с лезвием, медленно стал превращаться в прах, развиваемый ветром.
Ни секунды не медля, я ударила тварь, душившую Макса, та последовала примеру сородича и медленно рассыпалась. Парень поднялся на локтях, и ошарашенными глазами посмотрел на меня, затем на клинок. Я покачала головой не в силах ответить. Меня захлестнула волна боли.
Первый раз в своей жизни я убила человека. Пускай, они больше похожи на мутантов, но всё же они люди, были людьми.
Я убрала клинок в ножны и упала на колени, роняя голову в ладони. И заплакала. Раньше я убивал мутантов, но сейчас я первый раз в жизни убила живого человека. Я понимала, что это было глупо плакать, когда сама уже убила тысячу тварей, и что эти мало, чем отличались от животных, но я всё равно ревела, потому что мне было нужно. Злость, страх, ужас, потери, давно пора было просто поплакать, очиститься от этой грязи. И почему-то именно сейчас меня прорвало. Мои нервы, наконец-то сдали, отпустив всё давно накопившиеся во мне.
Я почувствовала, как меня оплели тёплые руки и прижали к груди. Я не сопротивлялась, наоборот, как маленький ребёнок прижалась к горячей груди. Слёзы текли по моим щекам, а я не могла их остановить, да и несильно-то хотелось. Я как пятилетняя девочка, разбившая коленку, крепко прижималась к плечу. Вот именно этого мне не хватало все те годы. Обычной любви и ласки, которую я не могла получить от Хэнка и других убийц. Мне впервые за многие годы стало хорошо, будто глубокие кровоточащие раны стали затягиваться. Я успокоилась и скоро уснула…
Странный, неправильный, совсем неправильный сон. Большая, просторная комната. Приятных тёплых бежевых и кофейных цветов. Большая кровать с балдахином, в оттенок к стенам, огромный комод с зеркалом, стол и пара стульев, только всё это я вижу перевёрнутым. Будто комната стоит вверх ногами, и тут я понимаю, что не комната вверх ногами, а я. Я сидела на потолке, возле хрустальной перевёрнутой люстры. Мои рыжие волосы свисают к потолку.
Я хотела встать, но упала, и теперь оказалось в правильном положении. Странное место это комната. Огромное количество богатых тканей, рюшей, свечей, дорогих золотых украшений, большой каменный камин. Комната была отдела по-другому, раньше, я таких не видела. Хотя давно мне рассказывала очень старинную историю мама про принцесс и королей. Конечно, всё это было фантастикой, и я не верила, что раньше наши предки так жили. Хотя прямых доказательств не осталось из-за войны.
В комнату распахнулась дверь, и я увидела девушку, до чего же она была похожа на меня. Такие же короткие волосы были красиво убраны в высокую причёску. На ней была надето длинное, почти прозрачное платье до пят, с большим количеством рюшек и бантиков. Зелёные яркие глаза, большие ресницы и такая же детская улыбка. В руках у неё был поднос с горящей свечкой.
Девушка увидела меня и вскрикнула, но потом быстро подошла и взяла за руку. Но мою руку держала не тонкая женская ручка, а тёплая рука Макса. Лицо девушки дрогнуло и исчезло, а на месте неё оказался парень.
