Читаем без скачивания Желанная для орка (СИ) - Файер Ани

— Женщину, — поправила его Лиз, а я с укором посмотрела на неё, потому что мы находимся совсем не на своей территории, и бесцельно дрейфовать в космосе остаток своих дней совсем не входило в мои планы.

— Женщину, — согласился тот, кивнув. Странно. Такой большой и здоровый Адмирал, нет, огромный, просто реальная скала, пусть и не Дуэйн, но всё же, несокрушимый, и так легко соглашается с обычным человеком. Женщиной. Лизи благодарно кивнула ему в ответ, а тот еле заметно ответил ей. Уважение. Он нас уважает! И тут его взор снова устремляется в меня, потому как голова поворачивается именно в мою сторону.

— Есть что ответить, Оливер? — спрашиваю я у завхоза.

— Есть! — недовольно цедит тот. Такой злобы в его взгляде я ещё не видела прежде, хоть и встречались мы всего пару раз. — Я застукал её в секторе «Е», где она лобызалась с ихтом!

— Неправда! — встревает Миа. — Мы всего лишь разговаривали!

— Не пизди, шлюха! Я всё видел! — орёт Олли.

— Заткнулись! — снова всех перебивает Лиз. — Идёт запись. И любое слово может быть использовано против вас! Поэтому, соблюдайте приличия!

— Миа, тебе есть, что пояснить? — спрашиваю у неё.

— Есть! — кивает она головой. — Я находилась в рабочем секторе «Е» по запросу одной из человеческих женщин, — начала кадровик. — Так как Челси нет, мне приходится исполнять обязанности за двоих. Некая особа попросила понаблюдать за процессом работы в лаборатории номер семь. Незаметно и негласно.

— А что там не так? — неожиданно задал вопрос Кирк, который оказался Кирканером.

— Я не могу разглашать эти сведения, — твёрдо ответила Миа. — Это личная информация.

— Миа Салливан, всё, что тут будет сказано, останется в этих стенах, — сказала Лиз.

— Да, я понимаю¸ — ответила кадровик, косясь на Олли. Я всё прекрасно поняла, тут и понимать нечего. Это что-то слишком личное и возможно даже окажется похуже, чем разборки этих вот двоих. То, что не положено слышать посторонним ушам, тем более Оливеру, который открылся для меня с другой неожиданной и неприятной стороны. Миа ему не доверяла. Элиза тоже всё поняла без слов. — Просто, я должна была в кое-чем убедиться, но где именно находится нужная мне лаборатория, я не знала, так как у меня не загружена на консоль карта данного сектора. Мне навстречу как раз шёл ихт, и я просто спросила его о том, где мне можно найти нужную мне девушку. Он был очень добр и участлив и вызвался помочь мне. И в этот самый момент вошёл Олли, и наорал на нас на всех, обвиняя меня в самом низком. Хотя мы с ним уже расстались!

А вот это новость и для меня! Я уж думала они всё ещё вместе, но даже это условие никак не позволяло этому хорьку следить за Мией. Так, стоп!

— Олли, а как ты узнал, что Миа находится именно в этом секторе? — спрашиваю я и все пять пар глаз тут же впиваются в виноватое лицо завскладом.

— Я…Я… — начал было оправдываться тот.

— Олл! — надавила на него Лиза.

— У неё браслет с маячком слежения. Я всегда знаю, где она, — признается он, спрятав голову в своих ладонях.

— Миа, — тихо произношу, глядя ей в глаза, — забудь, что здесь кто-то есть, буквально на секунду, и скажи, что ты думаешь по этому поводу. Ты хочешь достойного наказания для Оливера? Тебе стоит лишь написать заявление…

— Я… — бубнит под нос Миа, нервно выгибая руки, скидывая на стол подаренный Оливером тоненький красивый браслет. Вижу, что она мечется, не уверена совсем. Плохо. Типичная жертва. Не может, или стесняется сказать то, что думает на самом деле. Ещё не хватало, чтобы пожалела этого козла!

— Что ж, — перебивает её Лизи, понимая, что её ответ приведёт к катастрофе, — как человеческая женщина и старший юрист, неоднократно имеющая дело с тупыми и напыщенными человеческими мужчинами-абьюзерами и зная их истинную ипостась, могу сообщить следующее, что в нашем мире, как это не прискорбно, избиение женщин многие считают нормой. Даже если Миа в чём-то и виновата, это никак не освобождает тебя ответственности, Оливер Ноут! Учитывая, что именно за этим тебя застукал сам Адмирал и его заместитель, и не верить им нет смысла, мы бы не стали вмешиваться, и с большим удовольствием посмотрели бы, как они сделают из тебя отбивную. Но! Беря в расчет твою работу, жалобы, которые поступали в твой адрес, сколько их, Энни?

— Я насчитала три, — отвечаю, вспоминая, что буквально на днях сортировала заявления, запыленные в архиве юридической файловой системы, с которой уже почти полгода никто не работал. — Две из которых об умышленном сокрытии и недодачи первичных наборов жизненной необходимости.

— Так вот, — кивает мне Элиза, — думаю, что мой приговор будет вполне одобрен остальными, — вздыхает сестричка. — Хоть многие наши женщины и могут дать достойный отпор таким, как ты, но Миа, видимо, совсем не такая! Она что-то чувствовала к тебе, и ты не имел никакого права её бить и унижать, уж тем более прилюдно, сраный ты кусок дерьма! — Кирк хмыкает, подёргивая плечами из последних сил сдерживая свой смех. — Поэтому, я искренне считаю, что несколько месяцев карцера тебе, Олли, никак не помогут, и лишь дадут новый виток злобы на Мию. Что чревато неконтролируемыми последствиями в её адрес и последующими деяниями, которые могут быть в стократ хуже, чем сегодняшний инцидент. И тогда мы будем рассматривать уже другое дело, и карцером тут будет не обойтись, — хлопает она по столу, поднимаясь в полный пост, выпячивая свою объёмную грудь. — Нам необходимо пресечь на корню любую агрессию, и я вижу только один выход. Итак, данной мне властью Адмиралом корабля при приёме на работу, приговариваю Оливера Ноута к разрыву договора со «Созвездием» незамедлительно…

— Ты не имеешь права, сука! — вышел из себя Олли, сжимая кулаки, нападая на Лиз. Я подскочила со стула от неожиданности, а Адмирал почти перепрыгнул через стол, проехав по нему своим накачанным задом, закрывая меня собой, крепко прижимая к крепкой груди. И вдруг я четко слышу тихий и размеренный стук сердца Динамара. Он нисколько не взволнован и это меня успокаивает. А ещё от Адмирала приятного пахнет. Настолько хорошо, что хочется уткнуться носом ему в грудь, что я и делаю, чуть потерев свою пипку о его униформу. Он высок, нет, просто огромен! Для меня, по крайней мере. Он около двух метров ростом, возможно и больше, потому как моя голова спокойно покоится на его широкой груди. Его аромат не кажется резким, наоборот, что-то тягучее, но ненавязчивое, терпкое, но обволакивающее, это напоминает сандал, мяту, цитрус, даже яблоко почувствовала, что-то свежее и очень необычное. Инстинктивно кладу руку ему на грудь, чуть сжав свои пальцы. Меня приводят в себя очередные вопли Ноута. Неадекватного Олли тут же скрутил другой орктанец, завернув его в узелок практически в прямом смысле этого слова, отчего тот заверещал, словно баба.

— … о чём гласит пункт три один раздела о людях Устава звездолёта, — договорила подруга, удерживая хладнокровие. — Голосуем!

— Тут и голосовать нечего! — слышу, как вибрирует в груди Адмирала. Он меня так и не выпустил из рук, держа в своих объятиях всё это время, чуть слышно порыкивая. — Единогласно! — рявкает он. — Через три недели шаттл отвезет тебя на Землю, человек, без права покидать её, а пока это время побудешь в карцере. В этом и будет твоё наказание, Оливер Ноут. С этих пор на любой звездолёт дорога тебе закрыта!

— Вы тупые зелёные козлы! — орёт он. — Вы не имеете права! На судне дерутся каждый день, и ничего! А вы меня дискредитируете только потому, что я замахнулся на обычную шлюху?

— Я не шлюха! — чуть слышно отозвалась Миа. — И это уже не в первый раз!

— Да насрать! — брызжет тот слюной, неожиданно для всех открывая своё истинное лицо. — Вы хоть знаете, кто я такой, уроды? Вы все ещё будете валяться у меня в ногах и просить прощение. Да я на вас подам в суд Межгалактического Союза! У меня связи! Вы все ещё пожалеете об этом!

— Подавай! — отзываюсь, инстинктивно сжимая крепкое мускулистое тело Адмирала своими руками. Неожиданно для себя осознаю, что стук его сердца увеличился в разы и дыхание участилось, потому что всё ещё бесстыдно прижимаюсь к его широкой и мощной груди, которая то и дело расширяется с каждым вдохом. Естественно, он еле сдерживает себя от неприязни к такому слабому и отвратному существу, как человек. Я — и есть человек, пусть и не такой противный, как Олли, но другим расам всё равно. И неудивительно. Я сама прекрасно понимаю его чувства, потому как пример данного вывода вякает и угрожает прямо напротив. Ужасно злюсь на него за это. Потому как именно из-за таких ничтожеств нас всех гребут под одну гребёнку. А Динамару нельзя показывать эмоций, он же Адмирал нашего звездолёта! — Запись идёт до сих пор, — продолжаю. — Именно потому, что Миа не подала на тебя официальную жалобу, твоё дело не передаётся в Альянс, тупица! Давай, жалуйся! Мне есть что им предоставить в ответ! Я думаю, Межгалактический Совет посчитает твоё наказание недостаточным, и впаяет тебе штраф с отбыванием наказания в виде общественных работ на какой-нибудь колонии арохноидов (Арохноиды — паукообразные существа высшего типа, имеющие развитую систему колоний, на которых держат рабов гуманоидных рас и которыми питаются) хотя бы на пару лет!