— Сейчас он жив. Судя по всему, волхвы старых Богов могут что-то такое, к чему мы не привыкли. Но разве меня, как Государя, должно это волновать? Он служит мне. И он полезен.
— Хорошо, — покладисто кивнула Анастасия. — Вот летом он покажет себя. И что ты будешь делать с ним? Сюда притащишь?
— Для начала он должен показать себя.
— Боже-боже…
— Не пищи!
— Мне страшно! За тебя страшно!
— Так молись усерднее! И не забывай — этот мертвец уже помог, дав дельные советы про яды. А значит будет черной неблагодарностью отвечать ему, следуя твоим советам.
— Боже… Ты сказал, что советовался с духовником. И что он сказал?
— Он сказал, что у старых Богов ныне силы нет. И если что и творится от их имени, то с попущения Всевышнего. Так что успокойся. Нету тут ничего дурного.
— Но он же мертвец!
— А в Святом писании ожившие мертвецы тебя не пугали?
— Но там же их воскрешали пророки!
— Там их воскрешали люди с попущения Господня. А тут разве что-то иное произошло. Опасность взятия Тулы действительно была. Округа в тяжелом положении. Татары лютуют. И я не удивлен, что Всевышний позволил этому язычнику преуспеть в своей волшбе…
Часть 1. Глава 6
Глава 6
1554 год, 23 апреля, вотчина Андрея на реке Шат
Зима отступала.
Река вскрылась и очистилась, став вновь судоходной.
Снег в целом ушел, оставшись только в оврагах, затененных деревьями. Но земля еще толком не прогрелась, а потому растительность буйством своим все вокруг не заполонила. Это облегчала видимость. Сильно. Поэтому о приближении гостей Андрей узнал загодя.
— Лепота, — заметил Кондрат, подошедший к Андрею, что наблюдал за выгребающим против течения лодкам.
— Лепота… — согласился с ним молодой вотчинник, правда довольно кислым тоном. Он слишком устал, чтобы радоваться…
Работа все эти месяцы велась очень серьезная.
Поход походом, а вотчина вотчиной.
Крепость, которую он построил годом ранее, стала тесной. Да и строил он ее на скорую руку. Держа в уме тот факт, что поместье у него в любой момент могут отнять. А вместе с ним и крепость. Ведь помещик — это временщик. Сегодня тут, а завтра там. Ибо положение его было очень нестабильным. Поместье ведь давали за службу и на время службы. И легко могли его обрезать или заменить, например, тут забрав и дав в ином служилом городе. Поэтому никто из них не спешил строить какие-то капитальные постройки или как-то иначе закрепляться на земле. И Андрей тоже, построив крепость самого «колхозного» типа.
Сейчас же ситуация переменилась.
Эту землю ему отдали в вотчину. И только царь, да и то, за весьма серьезные проступки, вроде измены, мог ее у него отнять. Даже если бы на службу не явился, и то не отобрали бы. Штрафом могли обложить. Налогами. Но вотчина — это святое. На нее покушаться можно только если человек серьезно гадит своему сюзерену. А значит, что? Правильно. Стало можно обустраиваться более основательно. Так что Андрей, кроме подготовки к походу, занимался еще и связанными с развитием вотчины делами. Прикидывал. Считал. Строил простенькие макеты. И думал… думал… думал…
Перед Марфой, которая оставалась за старшую в вотчине, ставилась достаточно сложный комплекс задач.
С одной стороны, это организация сельскохозяйственных работ. А также заготовка иного рода продовольствия. Например, ловля рыбы и ее сушка, копчение, соление. Или сбор да засушка ягод, грибов, орехов и полезных трав.
С другой стороны, Андрей поручил ей провести обширные подготовительные работы для перестройки крепости…
Что Андрей задумал?
Опыт предыдущих боевых столкновений показал — неприятель рубит в ближайшем лесу палки и вяжет из них штурмовые лестницы. И это создает совершенно ненужные проблемы, связанные с активными боевыми действиями на стенах и внутри периметра. Поэтому, для того, чтобы качественно повысить уровень защищенности, требовалось сделать стены высокими. Достаточно высокими, чтобы недруги не могли соорудить «на коленки» подходящие лестницы. Во всяком случае, без наличия в команде опытных ребят с подходящим инструментом да крепежом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Делать земляной вал он не хотел.
Тут и очень большой объем работ. Каждый метр высоты в данном случае аукался по правилу «квадрат-куб». Да и взобраться по такой стене, в принципе, можно. Ведь не отвесная же, а наклонная, причем минимум на сорок пять градусов.
Противников, против которых Андрей планировал использовать крепость, артиллерией не имели. Во всяком случае ради него осадные бомбарды сюда никто не попрет. И даже серьезные пищали. Поэтому в его случае вполне сгодился классический средневековый вариант, при котором стены высоки и тонки. Чтобы супостаты взобраться не могли, а просто хороводы водили вокруг. То есть, что-то из архитектурных решений классических крепостей Западной Европы.
Еще, правда, оставались, подкопы. Но это дело чрезвычайно сложное в текущих условиях. И без грамотного специалиста их проводить не станут. А на кой бес кому-то его тащить сюда? Таковых на все царство было пара человек, да и те — итальянцы наемные. У татар — аналогично, разве что специалисты уже османские. Но их также имелось на пересчет… если вообще имелось, так как на взятие крепостей татары не специализировались. Из-за чего даже маленькие укрепления для них представляли серьезную проблему.
Для реализации своей задумки ему требовался строительный камень. Много. Тесанный. Ну или кирпич.
На Оке имелись каменоломни известняковые. Но обращаться к ним — не по Сеньке шапка. Ибо степень борзоты он демонстрировал и так зашкаливающую. Красный керамический кирпич купить в нужном объеме Андрей также не мог. Ибо основными заказчиками выступали царь и церковь. И шел он на крепости, церкви да монастыри. И лезть со своим «свиным рылом» в этот «калашный ряд» выглядело очень глупо. Сделать же самостоятельно он его в нужном объеме не мог в разумные сроки. Слишком много разного рода проблем потребовалось бы решить и, что немаловажно, добыть целую прорву дров на обжиг.
Оставался так называемый римский кирпич. Обычный наполнитель, замешанный на известковом растворе. После формовки такой блок помещали куда-то вне прямых солнечных лучей, чтобы он схватился и окреп. Месяца на два-три. Дешево и достаточно сурового, потому как в качестве наполнителя можно было использовать даже просто просеянную землю.
Крепостью такой кирпич, конечно, уступала керамическому. Но это только поначалу. С каждым годом шло их укрепление, вплоть до состояния плохонького известняка. Но главное — их можно было сделать много и быстро, обладая даже очень скромными человеческими и материальными ресурсами.
Изготовлением вот таких вот римских кирпичей и должна была заняться Марфа. Точнее люди под ее руководством. Ради чего кузнец Илья даже выковал пресс-форму.
Понятное дело, что сам он понятия не имел о том, что такое пресс-форма. Просто следовал инструкциям Андрея, который контролировал каждый его шаг. По идее — ничего сложного. Обычный клепанный железный ящик на ножках с рычажным прессом. Однако мороки в изготовлении такой сложной объемной кованной конструкции для Ильи вышло немало. Он просто ничего подобного никогда не делал. И Андрею изредка приходилось подключаться не только на словах, но и на деле. Он то умел это делать, но ему было невместно. Не говоря уже о том, что вообще-то это работа кузнеца…
Так вот. Люди, под руководством Марфы, должны были все лето лепить такие «куличики» да складывать их под навесами. Слишком просто? Может быть. Только вот кирпичей этих требовалось много. ОЧЕНЬ МНОГО.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Кроме того, для формирования фундамента нужно было где-то добыть крупных камней природных. Скорее всего через купцов. Благо, что требовалось их несравненно меньше кирпича. Но и это было не все. Задач хватало…
Тем временем, пока молодой вотчинник рефлексировал, погрузившись в очередной раз в размышления, подплыли гости. Это были дяди Марфы — Данила и Спиридон, а вместе с ними и Агафон собственной персоной. Они передали ему заказ Андрея, и он постарался исполнить его со всем возможным рвением…
