Энн пожала плечами, мало ли что могло понадобиться с утра пораньше шефу, и свернула к кабинету своего начальника. Она постучала и вошла.
– Ага, значит, вы все же пришли. А мы уже и не ожидали!
Энн удивленно посмотрела на заместителя Польмертца Грегори Джоулса. Он всегда недолюбливал успешную Энн Ланкастер, уверенно продвигающуюся в направлении его кресла. Но чтобы так открыто выражать свою неприязнь! И вдруг Энн поняла, что в кабинете сидит совет директоров в полном составе. Она ошеломленно посмотрела на своего начальника. В ответ Польмертц лишь нервно дернул плечами и жестом предложил ей садиться в кресло. Энн сразу же почувствовала себя будто перед судом присяжных. Двенадцать пар глаз обвиняюще смотрели на нее. Глаза Джоулса – радостно, наконец-то он избавился от серьезного конкурента; глаза Польмертца – укоризненно, он разочаровался в своей любимице; еще десять пар глаз – с вежливым любопытством, ожидая объяснений.
– В чем дело? – сухо спросила Энн.
– Хватит ломать комедию, мисс Ланкастер! – воскликнул Джоулс, вскакивая с места.
– Потише, Джоулс, пусть говорит мистер Польмертц, он ваш начальник! – осадил кто-то из директоров не в меру ретивого подчиненного.
– У нас есть подозрение, что вы находитесь на дотации у наших конкурентов, – мрачно, стараясь не встречаться с Энн глазами, сказал Польмертц.
Энн недоуменно уставилась на него.
– Контракт на поставку сырья, того самого сырья, сегодня подписали не с нами, а с «Шип корпорэйшн». Как вы объясните тот факт, что всеми силами затягивали заключение сделки?
– Я не доверяю поставщику. У меня есть предположение, что нас собирались кинуть с этой сделкой. Я сразу же сказала, что от нее нужно отказаться, каким бы заманчивым это предложение ни выглядело.
– Доказательства, мисс Ланкастер! – попросил кто-то.
– Если мне будет позволено отправиться на мое место, я представлю вам доказательства. Утром на мое имя должен был прийти факс, подтверждающий мои подозрения.
– Вот этот факс! – Голос Джоулса просто звенел от счастья. – Как видите, господа, ничего криминального нет.
– Не может быть! – растерянно произнесла Энн. – Я была уверена…
– Вы временно отстранены от работы, мисс Ланкастер. Мы возбудили в отношении вас служебное расследование. Я бы настоятельно просил не выезжать пока из города и находиться дома, – голосом робота сказал ее босс.
Мистер Польмертц смотрел мимо Энн. На лице его читалось разочарование. Он давно приглядывался к молодой и инициативной сотруднице и думал, что она вполне могла бы занять его место в недалеком будущем. Но сегодня Энн его разочаровала, и сильно разочаровала.
– Все ясно, – спокойно сказала она.
– Мы будем держать вас в курсе. До свидания.
– До свидания.
Из кабинета она выходила, держа спину прямой и высоко подняв голову. Ей вовсе не хотелось показать всем, насколько сильно она выбита из колеи, и тем самым доставить удовольствие Джоулсу. Выдержки Энн хватило, чтобы добраться домой. Но как только она закрыла дверь, слезы фонтаном брызнули из глаз.
– Все из-за тебя, Фредерик Стрейт! – сердито сказала она, вытирая глаза кулаком. Тушь размазалась, и под глазами появились ужасные черные круги. Но сейчас Энн это совершенно не волновало: ее выстроенная, выверенная жизнь рушилась от одного толчка, словно карточный домик. – Ты ворвался в мою жизнь для того, чтобы разрушить ее?
5
Энн валялась на диване и смотрела в потолок. К сожалению, ничего нового за последние два часа там не появилось. Тогда Энн вздохнула и перевернулась на бок: все же с такой позиции гораздо удобнее пялиться в пространство. Впервые в жизни оставшись без работы, она не знала, чем себя занять. Энн всегда с некоторой долей презрения относилась к людям, которые имели какое-то хобби. Для нее это значило одно: человек занимается на работе нелюбимым делом, а любимое так и не смог сделать своей работой.
Но сегодня Энн сожалела, что так и не научилась вышивать крестиком или плести макраме: все лучше, чем разглядывание потолка или обоев на стенах.
Интересно, сколько продлится расследование? – вяло подумала Энн, словно речь шла о расследовании кражи мешка кокосов где-нибудь на полинезийских островах. Одно радует: я успела заплатить за этот семестр. Конечно, узнав, что произошло, Кэтрин ни за что не стала бы обвинять меня, но до конца жизни я бы чувствовала себя виноватой в том, что она так и не окончила университет.
Энн чуть-чуть успокоилась и уже начала подумывать о том, чтобы приготовить себе чашечку кофе, как в дверь кто-то позвонил. Она удивленно посмотрела на часы. К ней и так не слишком часто заходили гости, а в разгар рабочего дня тем более.
Может быть, не открывать? Мне и так плохо. Не хочу никого видеть! – подумала Энн, но тут же упрекнула себя в безответственности. Пришлось вставать и тащиться к двери.
– Кто там? – спросила она, искренне надеясь, что это посыльный с документами от адвоката Бернера и через пять минут она вновь останется в одиночестве. А раз уж поднялась с дивана, можно будет действительно приготовить кофе.
– Это я, Кэтрин!
Энн распахнула дверь и в недоумении уставилась на сестру. Кэтрин выглядела отвратительно: давно не мытые волосы висели сосульками, глаза обведены огромными черными кругами совершенно натурального происхождения. Кожа Кэтрин цветом неприятно напоминала кожу утопленника, а лицо казалось раздувшимся, словно все у того же утопленника.
– Что с тобой? – испуганно спросила Энн. – Ты заболела?
– Могу я войти? – поинтересовалась Кэтрин.
Энн отступила и пропустила сестру в квартиру.
– Что случилось-то? И почему ты не в Оксфорде? Ведь сейчас разгар учебного года! Ты больна чем-то серьезным? Это лечится только в Лондоне?
– Прошу тебя, Энн, замолчи! – попросила Кэтрин. – Меня сейчас стошнит!
Энн подумала, что это просто оборот речи, но сестра не слишком вежливо оттолкнула ее и бросилась в ванную. Она вышла оттуда через пять минут с лицом еще более землистого цвета. Хотя, казалось, куда уж землистее!
– Господи, Кэтрин, да что же это такое? – совершенно растерялась Энн. – Хочешь чаю?
– Мне при одной только мысли о чем-то в моем желудке становится плохо, – пожаловалась Кэтрин.
– Это отравление, да? Может быть, тебе лучше прилечь? – Энн была серьезно обеспокоена. В последний раз сестра болела в средней школе, и это была обычная простуда. На этот раз все обстояло гораздо серьезнее.
– Ты уже не хочешь получить ответы на свои вопросы? – Кэтрин вымученно улыбнулась.
– Хочу, конечно, но тебе сейчас лучше лечь и поспать. Как только ты немного придешь в себя, мы поедем в больницу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
