Уже не в первый раз Джози пыталась не обращать внимание на его очевидное влечение к ней, но по мере того, как росло вожделение, способность Даниэля контролировать себя все уменьшалась.
— Я не отвечаю за свою реакцию. Когда женщина прижимается ко мне, подобно суккубу,[11] моя плоть твердеет.
— Я совсем не прижималась к тебе, как какой-то суккуб… я вообще к тебе не прижималась. Это, ты, кретин, настаивал на том, что меня надо нести, а потом, потом…
— А потом? — он криво усмехнулся.
— Позволил мне идти дальше самой, — выпалила Джози, сердито поглядев на него, но в ее глазах застыла обида.
Черт побери! Она была права. Неуправляемая эрекция стала его проклятьем, еще одним проступком; плотно сжатые челюсти Нитро приоткрылись, чтобы произнести слова извинения, но он не знал, что сказать.
Джози пренебрежительным жестом отмахнулась от него и, развернувшись, бегом припустила к лагерю. Даниэль последовал за ней и, делая скидку на усталость, весь обратный путь позволял девушке самой задавать темп, но гнев, должно быть, придал ей сил, потому что ему пришлось бежать трусцой, чтобы не отстать.
Когда они достигли лагеря, Даниэль, быстро выбросив вперед руку, ухватил ее за плечо.
Джози упрямо бросила:
— Ну, что еще?
Он не злился на нее. Нитро испытывал сексуальную неудовлетворенность, но в этом не было ее вины, за исключением того, что Джози являлась объектом его страсти, но едва ли ее можно было в этом упрекнуть. Она никогда не преследовала цель соблазнить его.
Джози Маккол этого попросту не умела.
— Извини. — Даниэль мог бы по пальцам перечесть все случаи в жизни, когда ему приходилось произносить это слово. Последний, насколько помнится, произошел, когда он стоял у могилы матери.
Ее плечи внезапно опустились.
— Да ладно, велика важность!
Он развернул ее лицом к себе и, увидев влажно мерцающие зеленые глаза, почувствовал себя так, словно ударил ребенка.
— Ты не виновата, что порой заставляешь мою плоть походить на римскую свечу.[12]
— Я… что?
— Не имеет значения. Просто постарайся забыть о том, что произошло.
Джози кивнула, собираясь снова отвернуться.
— Это не из-за того, что ты мне якобы не нравишься, — поспешно произнес Даниэль. — Наоборот, ты мне нравишься даже слишком сильно. — И снова повторил: — Но в этом нет твоей вины.
— Я…
— Пойдем, покажешь мне, где хранится этот походный ранец.
Девушка позволила ему первым пройти к сгоревшим постройкам и проложить путь сквозь развалины к самому отдаленному участку. Он не знал наверняка, но, судя по тому, что осталось от здания, предположил, что именно здесь и была засекреченная спальня Тайлера. Низко наклоняясь, Джози начала разгребать пепел, пытаясь отыскать нечто похожее на металлическую пластину. Даниэль оглянулся в поисках какого-нибудь предмета, намереваясь помочь ей, и обнаружил каску.
Вдвоем работа пошла быстрее, и вскоре они докопались до перекрытий. Потом обнаружилась прямоугольная пластина из легкой, но чрезвычайно прочной авиационной стали, состоящая из двух частей. Нечто подобное Вулф, как, впрочем, и сам Даниэль, использовали при проектировании своих домов, и Тайлер, очевидно, позаимствовал у них эту идею.
Взявшись за две ручки, расположенные на пластине, Джози потянула ее на себя, и Даниэль понял, что это была дверь в подземное хранилище.
Ступени бетонной лестницы вели вниз, в темноту. Джози сделала шаг, но прежде чем она смогла сделать второй, Даниэль удержал ее.
Глава 3
— У нас нет фонарика, — отрывисто бросил ей Даниэль. — Жди здесь, пока я достану один из машины.
— Не волнуйся об этом. Внизу лестницы есть выключатель. В отцовском бункере есть все.
Это «все» оказалось внушительным оружейным арсеналом, которым можно было обеспечить маленькую армию, а еще армейский фонарь, продовольствие, койка, два стула, маленький стол и потрепанный походный ранец.
— Он что, готовился к Армагеддону?
Джози только пожала плечами.
— Что-то вроде того. Отец мало верил, что чинуши из Вашингтона не втравят нас в новую войну.
Это было похоже на Тайлера.
— Бери дневник и пошли отсюда.
Она откинула крышку походного ранца и вытащила из него сумку из тюленьей кожи, достаточно объемистую, чтобы в нее вместилось несколько дневников.
— Они все находятся здесь. Он не сказал, какой именно я должна прочесть, но, насколько помню, всегда держал их все вместе.
— Тебе еще отсюда что-нибудь нужно?
Девушка не ответила, но около минуты потратила на отбор оружия, включая поясной нож, явно предназначенный для женщины. Тайлер говорил, что Джози хотела оставить военную службу, но теперь, когда ей предстояла еще одна последняя миссия, приступить к ее выполнению девушка собиралась соответствующим образом экипированной.
— Все остальное ни для кого не представляет опасности, если мы снова перекроем сюда доступ.
Даниэль решил, что она права, и оставшееся время они потратили на то, чтобы замаскировать свое пребывание в развалинах и придать им нетронутый вид.
Они были уже на полпути вниз с горы, где находился тренировочный лагерь, когда Даниэль сказал:
— Ты могла бы немного поспать. Нам придется заехать ко мне в отель, чтобы я мог забрать свои вещи прежде, чем подброшу тебя до дома.
— Тебе ни к чему подвозить меня. Я могу взять машину напрокат.
— Ты всерьез считаешь, что в этом маленьком пригороде есть агентство по прокату автомобилей?
— Он вовсе не маленький, — Джози прикусила губу, задумавшись. — Я так не считаю.
— Даже не думай, я не оставлю тебя разбираться с этим в одиночку.
— Я уже большая девочка.
— Формально это так. Хотя ты мелковата даже для среднестатистической женщины. Меня всегда удивляло — с чего тебя потянуло в наемники? Ты же лишаешься всех преимуществ во время рукопашного боя.
— На самом деле у меня почти не было выбора. А что касается ближнего боя, то отец показал мне, как нейтрализовать взрослого мужчину в бою один на один прежде, чем я достигла половой зрелости.
— А он научил тебя, как преодолевать преграды, в виде враждебного отношения после?
— Мужчины даже более уязвимы, чем иные женщины, особенно с такой мальчишеской внешностью, как у меня.
— Ты совсем не похожа на мальчика, и я не имею в виду небольшой размер твоей груди.
— Изнасилованию подвергаются не только женщины.
Джози была права, но ее небольшие габариты не оставляли сомнений в том, что она всегда будет находиться в большей опасности, чем он. Она, наверняка, обозвала бы его шовинистом, если бы Даниэль это сказал, и его радовало, что девушка решила оставить стезю «солдат удачи» в своем прошлом.
