Читаем без скачивания Тринадцатое чувство - Женя Виненко

локоть и молча поволок за машину. Можно представить какие в тот момент в голове бедолаги блуждали мысли. Но он всего-то раскопал в закромах багажника швейный набор и бутылку водки.

‒ Предлагаешь сначала выпить? ‒ пошутила Лина, протягивая руку к алкоголю.

‒ Повернись спиной и убери волосы, ‒ грубо потребовал Сева. ‒ Прежде, чем я куда-то с тобой отправлюсь, избавимся от чипа. Будет больно, ‒ с издевкой предупредил он.

***

Такой тишины, как ночью на кладбище, не встретишь, пожалуй, нигде. Дождь придавал обстановке дополнительную атмосферность. Он тарабанил по сухим листьям, надгробным плитам, памятникам и создавал унылую какофонию звуков, присущих моменту и месту.

Дубравина вела себя тихо, пару минут стояла возле могилы Ступова, не проронив ни слова. Мирный не знал, плачет она, или капли стекают с капюшона на лицо, но глаза девушки блестели в свете фонаря от влаги. Чувство скорби Северину Владленовичу не было знакомо. Никого важного в жизни он прежде не терял, а «особые» обстоятельства иной раз заставляли задуматься, что лучше бы некоторые близкие умерли. Тем не менее он решил проявить уважение и стоял рядом, ожидая, когда напарница заговорит первой.

‒ Я ни разу сюда не приходила, ‒ созналась Лина, нарушая молчание.

Сева немного удивился, но виду не показал. Дубравина с такой скоростью и точностью нашла в темноте, в непогоду, нужную могилу, что он предположил, она посещала ее ни раз.

‒ Ты ни на минуту не поверила, что Алекс погиб, ‒ допустил Мирный, пожимая плечами.

Он хотел выразить поддержку, ‒ похлопать напарницу по плечу, но, взглянув на ее суровое лицо, отступил. Не так они близки, чтобы проявлять слишком явное сострадание.

‒ Нет, ‒ возразила Лина. Чихать она хотела, что подумает коллега и потому честно высказалась вслух: ‒ Признаться, черные мысли меня посещали. Однажды, слегка перебрав, я заявилась сюда, чтобы спросить, какого дьявола он меня бросил. Но так и осталась стоять возле ворот кладбища. Не хватило смелости. Я боялась, если увижу проклятую надгробную плиту, ‒ сдамся, приму, что Ступов мертв и перестану искать ответы. В тот единственный раз я дала себе зарок, ‒ попрощаюсь, только когда воочию увижу его мертвое тело. Надеюсь, я не ошиблась, и Алекса нет в гробу.

Дубравина отбросила сомнения и схватилась за лопату. Северину Владленовичу ничего не оставалось, как присоединиться. Вода противно холодила руки, ноги по колено увязли в грязи, а Лина, как робот, с остервенением продолжала отбрасывать землю. В какой-то момент она так перестаралась, что упала ничком в скопившуюся лужу. Рассердившись, Мирный вырвал инструмент из ее запачканных рук, выгнал из ямы и, проклиная все на свете, стал копать один.

‒ Сходи в машину, переоденься, ‒ приказа он. ‒ Я не выложил из багажника спортивный костюм с тренировки. К моменту, когда вернешься, я закончу.

Поразительно, но напарница послушно поплелась в сторону забора, где они незаконно проникли на территорию кладбища. Почти сразу после ее ухода лезвие глухо ударилось о крышку гроба. Судя по звуку, внутри и правда, было пусто. Как только Сева замахнулся лопатой ‒ разломать деревянную конструкцию, кто-то прыгнул на него сверху и стал душить. Выронив инструмент, Мирный попробовал разомкнуть пальцы нападавшего, но тот вцепился мертвой хваткой и не позволял увернуться. Освободиться агенту помогла удача. Почва под ногами превратилась в кашу и обидчик, случайно скользнув по ней, на секунду потерял равновесие. Северин, воспользовавшись ситуацией, прижал противника к земляной стенке и наконец смог его рассмотреть.

Незнакомец с ног до головы был облачен в плотно облегаемый черный экзоскелет, состоящий из множества подвижных частей. Местами по нему проходили тонкие синие прожилки, будто сосуды, а шлем на голове скорее напоминал тонкую непроницаемую маску. Ни с чем подобным Сева раньше не сталкивался. И, насколько мог судить по рассказам Шеврун, его бывшие коллеги и близко не подошли к столь безупречному результату. Легкий, эргономичный, без габаритных металлических деталей, костюм злоумышленника смотрелся как единое целое: будто и не броня вовсе, а собственная кожа. Но и без экипировочной защиты в сопернике чувствовался отменный специалист ‒ сильный, здоровый, быстрый.

Не желая упускать преимущество, Мирный со всей силы ударил негодяя лбом в нос. Тот лишь слегка пошатнулся, зато голова агента затрещала от боли, как если бы встретилась с камнем. Сева потерял координацию и тихо завыл. Противник мгновенно напал, заставляя точными мощными ударами отступать. Мирный оборонялся, как мог. Он никогда не считал себя слабаком и не искал оправданий, но нападавший объективно оказался сильнее и не чувствовал усталости. Бедный Северин Владленович, упав навзничь, упорно барахтался в грязи, пока безумец сидел на нем сверху и бил кулаками.

Когда рядом раздался спасительный свист пули, Мирный окончательно обмяк.

‒ Это ‒ предупредительный, следующий будет точно в цель, ‒ пригрозила Дубравина, медленно приближаясь к мужчинам. ‒ Слезь с него, отойди в сторону и сними маску, ‒ внушительно помахивая пистолетом, приказала она.

Незнакомец на мгновение отвлекся на девушку, затем молча отвернулся и продолжил впечатывать жертву в землю. Разъяренная Лина незамедлительно выполнила обещание и выпустила по мерзавцу три пули. Они и царапин не оставили на его броне. Агент высвободила бы всю обойму, но головорез пришел ни один. Она ощутила на своем горле прохладную сталь.

‒ Опусти, ‒ потребовал голос над ухом Дубравиной.

Второй подлец выглядел как обычный наемник: черный защитный костюм, лицо спрятано под балаклавой.

Тем временем, первый громила, потеряв интерес к Севе, грубо и без усилий, как куклу, вышвырнул его из ямы, и злобно рыча, выбрался сам. Поставив еле живого мужчину на ноги, человек в экзоскелете указал на могилу и приказал: «Закопай». После он повернул голову в сторону Дубравиной. Глаз Лина не видела, но поняла, что негодяй пристально за ней наблюдает.

Едва Мирный закончил, незнакомец грубо пнул его ногой. Только когда Сева упал на четвереньки, злодей оставил его в покое. Сравнявшись с заложницей, мерзавец склонился низко-пренизко к ее лицу и тихо произнес:

‒ Вспомнить не получится, но и искать не пытайся.

В следующее мгновение он исчез в темноте. А следом за ним и сообщник. Завыли приближающиеся сирены. Нужно было уходить.

***

Кое-как дотащив напарника до дивана, Дубравина рухнула рядом. Мирный отдавил ей плечи, спина ломилась от усталости, а ноги дрожали. Но