Учитывая его осторожное отношение к алкоголю, становление синим магом выглядело насмешкой, черной сатирой природы.
Разговор же, тем временем продолжался...
— И... знаете... а с какой стати его талант сейчас на что-то должен влиять? — спросил эксперт.
— Он ведь из мира Мора и почти наверняка еще не знает, что стал одаренным. — поддержал его самый старый маг. — И уж точно не умеет этим всем пользоваться. Сам же дар не успел его хоть как-то изменить.
Все помолчали.
Подумали, переглядываясь.
— Значит, синий дар. — подвел итог Фарим. — Занятно... занятно...
— И, судя по всему, он не стремится встречаться с нами. Ведь явно же уходит и пытается спрятаться. — добавил эксперт.
— А как он догадался, что для этого нужно есть фонящее мясо? Он же еще не должен ни в чем таком разбираться.
— Совпадение, — пожал плечами эксперт. — Я могу предположить, что мясо маг-скорпионов он жрет, потому что другой еды нет. Почему нет? Но ведь он целенаправленно старается забраться как можно глубже в город. Разве это не попытка оторваться от нас?
— Ты его отследить еще можешь?
— Уже только по косвенным признакам. Но чем ближе он к аномалиям, тем сложнее подобное определять. А упорядоченное сознание, как вы знаете, дальше пятидесяти шагов не найти. Вполне стратегия.
— А если нет? — тихо спросил один из магов-бойцов. Молчаливый. Он обычно не отличался особой разговорчивостью, но встревал только по делу.
— Что «нет»?
— А если у него другие мотивы? Мы ведь пытаемся понять его поступки, исходя из своего видения ситуации. Поставьте себя на место этого гостя. Он жил в мире, в котором нет магии. Столкнулся с ней. Да еще и угодив в чужой для себя мир, полный всякого странного и непонятного. Насколько я знаю, в мирах Мора такой дряни, как маг-скорпионы, обычно не обитает. А тут вон — в достатке. Да и другую мерзость он тоже видел. Один контакт с Харламом чего стоит. Тот ведь после возрождения, скорее всего, ходил в своем излюбленном облике — мумией. Ну и что бы вы на его месте делали?
— Уж точно не полез бы в аномалии. — буркнул старший.
— А он знает, что это аномалии? И чем они опасны? Представь, что у них там всего этого нет. Для него этот город просто брошен и населен всякими тварями. Разве нет?
— От нас же чего тогда он бежит?
— Если из нашего мира ты бы знал только Харлама... чтобы ты о нас подумал?
— Ну... — задумчиво протянул Фарим. — Да... Но зачем он прет в центр города?
— А куда ему еще лезть? — улыбнулся самый старый маг. — В пустыню? К нам?
— Мне кажется, вы все усложняете, — пожал плечами один из бойцов. — Он просто безумен. Это отлично все объясняет.
— Безумен? Вряд ли. Все, что мы видим, говорит о другом. — серьезно произнес Фарим, нахмурившись.
Он держал этого парня в своей команде только из-за давления начальства. Хороший красный маг, сильный, но думал он плохо и совершенно не подходит для оперативной работы. Ситуации-то разные случались, и часто им требовалась гибкость. А этот постоянно влипал во всякие неприятности из-за дубовости, втягивая в них остальных. Вот и тут Фарим прямо почувствовал, как это «боевое полено» лезет на рожон.
— Так может нагоним его и скрутим? — не унимался «дуб».
— А ты уверен, что обойдется без потерь? — усмехнулся эксперт, кивнул на останки маг-скорпиона. — Он, судя по всему, за словом в карман не лезет. За топором тоже. И вообще — парень резкий. Если, предположить, что он от нас бежит, то попытка захвата может закончиться фатально. И для него, и для кого-то из нас.
— Но он же еще не маг... так, зародыш. Неужели ты его боишься? — презрительно скривился «дуб».
— Маг-скорпионы тоже так думали... — криво усмехнулся Фарим. — Только представь какие новости будут греметь по всему городу. Что он тебе первым отрубит? Хвостик?
— Хватит! Не смешно!
— Почему же?
— Любой из нас легко с ним справиться.
— В обычных условиях — да. Но, как ты заметил, — кивнул Фарим на останки маг-скорпион, — он не спешит вступать в бой на обычных условиях. А из засады удар топора — это удар топора. Ты видел, как он клешни им пытался разделывать. У тебя такого крепкого хитинового покрытия нет.
— Да и Харлама он убил показательно, — добавил самый старый маг. — Видимо, человечек не простой. Очень.
— К тому же, — язвительно улыбнувшись, резюмировал эксперт, — ты разве забыл, какой у нас приказ? Он магистру нужен живым. Мы, кстати, тоже.
— Ой, да хватит! Хватит! Я все понял. А то набросились. Ну... погорячился. Виноват.
— Виноват он... — буркнул Фарим, но жестом остановил галдеж. — До доклада всего ничего. Давайте подведем итоги...
* * *
Илья медленно шел по занесенной песком улице.
Здесь, ближе к центру города, следы мародерства встречались реже. И выглядели жиже. Хотя чувство опасности постоянно заставляло его активно маневрировать. Больше он не задумывался о всяких философских вопросах на марше — слишком опасно. Один раз повезло. Но это не значит, что везение не оставит его в самый неподходящий момент...
Переночевал он во второй башне, которую достиг накануне, ближе к закату. Там тоже у верхних этажей были обвалены лестничные пролеты. Видимо, стандартная методика защиты.
Вещей в сундуках, кстати, оказалось больше. Запасы одежды, какие-то ткани, инструменты и непонятные предметы. Да и вообще — по самому лагерю было много всего разбросано, наводя на мысли о спешном бегстве. Словно кто-то или что-то спугнул обитателей, и они убежали, сверкая пятками. Или того хуже.
Одежда лежала в сундуках не навалом, а упакованная такими компактными, плотными «брикетами». На них даже бирки какие-то имелись с надписью на непонятном языке. Он добрые минут пять пытался хоть с чем-то его проассоциировать, но тщетно. Никаких зацепок в его воспоминаниях не нашлось, и все эти символы продолжали оставаться «каракулями».
Вскрыл одну пачку, которая казалась покрупнее.
Ничего особенного там не обнаружилось. Обычный плод конвергенции — типовая одежда для пустыни. Белая, легкая, просторная. Какие-то шаровары, просторная туника и накидка вроде халата. Никаких резинок и пуговиц. Ничего. Просто ткань и завязочки. А вот материал... он был изумительный. Чем-то напоминал шелк, только еще более невесомый. Ткань не мялась, отличалась эластичностью и чрезвычайной прочностью — руками он ее порвать не смог, хотя на хилость не жаловался. При этом она дышала и легко пропуская воздух. А вот пачкалась и намокала плохо. Крайне плохо. Он специально проверил. Казалось, будто она чем-то пропитана непонятным, защищающим от подобных угроз.
На огонь он ее испытать не смог —
