— Зафиксирован неопознанный корабль. На запросы не отвечает. — Доложил искин.
— На каком он расстоянии?
— Триста тысяч километров.
— Подходи.
Через три минуты на экране попаданцы увидели незнакомую конструкцию.
— Шахтёрский фрегат четвёртого поколения «Вентура» номер 042. Пропал двадцать лет назад. Экипаж три человека. В списках указано, это частная собственность, наследников нет.
— То есть, кто найдёт, того и будет! — вспомнил Семён законный акт описывающий такие случаи. _ Мы можем к нему пристыковаться?
— Да капитан. выполнить манёвр?
— Действуй.
Через пять минут попаданцы почувствовали лёгкий толчок.
— Шлюз полностью герметизирован. Датчики внешнего люка указываю на отсутствие внутри 042 воздуха. рекомендуется одеть скафандры и взять с собой дроида.
— Ясно. «Конус», а почему корабль не упал на звезду? Нас учили учили, что корабли у которых не работает двигатель или движутся по прямой в бесконечность, или их захватывает звезда, на поверхность которой они падают и сгорают.
— Ты забыл про планеты. Потерпевший аварию звездолёт может упасть на ближайшую планету, когда зайдёт в зону её притяжения. — Добавила Глаша.
— Да, жаль нету никаких кладбищ разбитых кораблей, как это написано в тех романах! — Вздохнул Семён.
— По моим расчётам это должно было произойти через семь лет. Он не смог преодолеть притяжение местного солнца, но находился слишком далеко от него. Поэтому и сохранился. В системе только три газовых гиганта, а они тоже далеко от звезды. — Объяснил «Конус».
— Ладно. давай, пошлём вперёд робота.
Дроид по команде вылез о открытый люк и перешёл на мёртвый корабль. У дроида были инфракрасные телекамеры. поэтому ребята видели на экране в рубке «Вилы» всё, что попадало в кадр. Дроид прошествовал по центральному коридору к реакторам. В манипуляторе у него был зажат ручной сканер для проверки оборудования. Через час стало ясно, что реакторы остановились из-за отсутствия топливных стержней. Глаша погнала робота за ними в склад «Вилы». а потом обратно. На этом 042 реакторов было шесть и по мощности они уступали аналогам с корабля попаданцев примерно вдвое. «Конус» вывел схему фрегатов этого типа и определил, что нужно включить только два энергоагрегата на правой стороне коридора. Дроид успешно осуществил операцию.
— Через пять часов можно будет закачать воздух, — сообщил искин.
— Пока продолжим, гони ремонтника в рубку этого «Вентура», — Приказал Семён своей напарнице.
Дверь в командный пост была наглухо задраена. Дроиду пришлось вернуться на «Вилу» за резаком — ребята не подумали, что он может пригодиться. Ещё три час понадобилось на вскрытие бронедвери. Камера высветила страшную картину. В разных позах на креслах лежало три мумии, на лицах которых застыла маска ужаса. Сдвух сторон на стенах рубки зияли огромные отверстия с неровными краями. Внутри был рабитые экраны и пульт и отсутствовала бронекапсула искина.
— Попадание метеорита. — «Конус» сразу определил причину гибели корабля. — Автоматическое глушение реакторов.
— Скорее всего, они не включили защиту, вот метеорит их и продырявил. — Предположил Семён.
— Наверное. Но мы не сможем утащить этот корабль. Сейчас пришли новые данные от дроида. Двигатели тоже разбиты в хлам. Наверное, в них потом ещё метеориты попали, всё — таки двадцать лет здесь висел. — Добавила Глаша.
— Жаль! Тогда снимем, что сможем. Трюм у нас пустой. туда и погрузим.
Дверь в рубку «Вентура» опять заварили. Потом трое суток перетаскивали реакторы, ЗИП, испытательный стенд, минифабрику для обработки металла. Сняли шесть лазеров старого типа, два пылесоса. А одной из ниш обнаружили дроида третьего поколения, у которого просто кончился заряд. Глаша восстановила его, и подключила к работе. В техническом отсеке нашлись ручные инструменты, а в помещении рядом — три хороших инженерных скафандра с полным набором приспособлений. Там же нашли огнестрельное оружие — похожие на советские ТТ пистолеты и ящик патронов к ним. Но больше всего обрадовались другой находке — медкапсуле с лечебным генератором. Правда, всё это было третьего поколения, но имело работоспособность около 80 %. В отличие от медкапсул четвёртого и пятого ранга, с гелем и картриджами, генераторный аналог лечил индивидуально подобранным для каждого пациента излучением. состоящим из волн различной длины и амплитуды. После этого Глаша начала снимать с корпуса бронеплиты.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— А зачем они нам? — Поинтересовался Семён.
— Если сможем. то прицепим на наш корабль — у нас ведь практически нет брони. если не повезёт, то просто сдадим их на металл. хоть деньги возьмём!
— Тоже верно! Как я не сообразил!
Весь трюм заполнился бронеплитами, реакторы пришлось закрепить снаружи корпуса корабля, остальное поместилось в техническом отсеке и на складе ЗИП. Медкапсулу проверили, убедились в её работоспособности, а затем установили в углу рубки — там было ещё много пустого места.
Наконец двинулись в путь. Пролетели ещё десять систем без приключений. До цели осталось столько же.
— Семён. Я подумала, проконсультировалась с «Конусом», и решила подключить все реакторы с «Вентура». Просто надо будет остановиться на торговой станции на один день. заодно узнаем цену на металлы, и может избавимся от бронеплит — их почти восемь тысяч тонн. Нам они не подойдут, я уже выяснила. Они овальные, а для нас нужны шестиугольные.
— Ладно. Какая у нас ближайшая станция?
— «Протон — 800». командир! — Отозвался искин.
— Курс на станцию!
— Выполняю.
Глава 4
Работа. работа и ещё раз работа
— «Вила», становитесь в очередь! Перед вами ещё пять кораблей должны отшлюзоваться! — Орал диспетчер станции «Протон».
— Слышу, слышу! — ответил Семён. — Выполняю ваши требования!
Звездолёт медленно тащился за шедшим впереди торговым грузовиком. Глаша с помощью камер искина рассматривала идущие к станции корабли.
— Сёма, а они все вооружены! И ракеты у них есть и лазеры, плазменные и протонные пушки, а у некоторых похоже обычная артиллерия, как во время войны. А у этого смотри, какие-то большие дыры впереди…
— Хозяйка! Это электромагнитные орудия, а они металлическими болванками стреляют. — Влез в разговор «Конус».
— Значит, нам тоже надо купить, пушки для корабля. Не зря же, даже на торговце, они стоят.
— Но тот шахтёрский фрегат, что нам попался, тоже не имел никаких стрелялок!
— Пока денег нет….
— Сейчас броню продадим, тогда появятся.
До станции добрались через три часа. Искин включился в местную сеть, и вошёл на биржу. Оттуда были скачаны цены на руды и металлические слитки:
— алюминий, марганец -15 земов/тонна;
— железо, магний, никель — 7 земов/т;
— медь — 10 земов/т;
— титан — 20 земов/;
— ванадий, уран — 60 земов/т;
— вольфрам, стронций, цезий — 150 земов/т;
— серебро — 16 земов/т;
— золото — 100 земов/т;
— скандий — 200 земов/т….
Отдельной строкой шли неметаллы. Готовая броня стоила в зависимости от изношенности пластин, материалов, применённых для её создания и ранга корабля, где она ставилась. От «Вентура» четвёртого поколения броневые овальные при 100 % работоспособности стоили в районе 40 земов за тонну. Глаша послала дроида проверить сканером лежащую в трюме броню. Через полчаса стало ясно, что больше 20 земов за тонну получить просто нереально. Семён выставил товар на торги. Прошло четыре часа, прежде чем к ним позвонил покупатель:
— Сколько у вас брони?
— Восемь тысяч тонн! — Ответила Глаша.
— Сколько? Это просто нереально!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Почему? Мы сняли полный набор пластин с погибшего корабля. Можем прислать запись с нейросеток.
— Вы меня не разыгрываете?
— Мы вас не знаем, почему мы должны вас разыграть?
— Но последний корабль этого типа порезан на металл восемь лет назад!
— Нам попался фрегат, который пропал двадцать лет назад. Его номер 042. Можете проверить в Галонете. У нас есть и снятые с него реакторы, можем показать….
