земли и их участию в военных действиях, но постепенно привыкла к этому. Тем более, они всегда возвращались. Она начала готовить ужин на всю компанию заранее, как будто знала, что они вернутся именно сегодня.
В доме мужчины сначала умылись, потом разбежались по комнатам чтобы одеть чистую одежду. Наконец, все собрались за столом, и Морриган прочитала молитву. В эту минуту каждый думал о своем, немного оторвавшись от земных проблем. Для людей этого времени, когда жизнь — это напряженный путь и борьба, молитва перед ужином еще на стала простой формальностью.
— Это оказалось легко! — ответил Джеро на первый вопрос Морриган, когда тарелки перед мужчинами были пусты, и они начали осматриваться. За ужином женская половина не позволяла себе отвлекать мужчин от еды.
— Сначала мы с Сэтору израсходовали все патроны в своих револьверах, а потом тех, кто остался, я бы смог завалить один…, - тут же добавил он без ложной скромности.
— В реальности мы и собирались убить их всех. Хотя нет, надо было оставить одного или двух для допроса, но не получилось… — сухо заметил Сэтору, и прибавил еще:
— Не забудьте, что мы обещали подойти к церкви через час. Десять минут осталось, если посмотрите на эти прекрасные часы…
Часы с боем, в деревянной оправе, висевшие в кухне-столовой на стене были великолепны. Они были подарком властей города японцам за участие два года назад в большом рейде по Диким землям, простиравшимся к западу от Миссисипи.
Когда друзья закончили с едой, и одев шляпы, направились вместе с Морриган и ее дочками к церкви, то увидели всех жителей поселка в сборе. На ступенях у входа в недавно построенное деревянное здание церкви стояли оба пастора. Тут же выше и ниже расселись дети, а жители в полном составе устроились кто как мог: на ступенях с малыми детьми на коленях, на бревнах для сидения — кто успел, на траве рядом с ними. Подошли тихо и стали слушать, что там рассказывает четвертый участник их вчерашней погони.
— Джеро двигался очень быстро, и каждое движение меча приносило кому-то смерть… Бандиты были вооружены, но ничего не могли с ним поделать…
— …трое бандитов смогли выстрелить по разу, но никто не смог попасть. И никто не мог остановить его. Никто! — Перед ступеньками Ласло в окружении старшей детворы вел свой рассказ, помогая себе руками.
На подошедших друзей пока не обратили внимание, все оно было направлено на рассказчика, который продолжал:
— … те бандиты, которые остались после нашей стрельбы из всех стволов до полного опустошения магазинов, ничего не могли сделать в рукопашной схватке…
— … наши японцы были воплощением смерти. Понабилось не больше двух минут, чтобы уничтожить всех бандитов. И представьте, они не получили при этом ни одного ранения, как оказалось. Ни одного!!! Только были забрызганы чужой кровью с ног до головы…
— Страшно было? — спросила рассказчика маленькая Магда, одиннадцати лет, единственная дочь оружейного мастера Генриха, очень серьезная девочка с огромными глазами.
— Немного… Когда стоишь и смотришь на это, и слушаешь крики, предсмертные хрипы, бульканье и стоны падающих…
— До чего складно излагаешь, сын мой, — или похвалил, или изумился отец Салливан рассказу юноши.
— Он от рождения такой, падре…, - ответила за него мать.
— А сколько их было, ты не поведал…, - добавил отец Уильям, который недавно прибыл в поселок к своему старому другу Салливану. Невысокого роста, с лысиной, всегда прикрытой круглой шапочкой. Католический священник, кюре, он успел поговорить со всеми немногочисленными католиками, которые были в поселке.
Его широкое лицо с мясистыми губами было серьезно, а взгляд при этом обращен через головы Ласло и его слушателей. Туда, где остановились только что подошедшие герои рассказа.
— Насчитали всего одиннадцать, падре. Белые и два индейца. Живого не смогли взять, чтобы расспросить… — Сэтору громко, в нескольких словах ответил на ожидаемые вопросы.
После этих слов японца вопросы посыпались отовсюду. Как и ожидалось, общество занялось этим со всем рвением, несмотря на опускавшуюся на поселок темноту. Священники с интересом наблюдали за поведением людей на сходе. Особенно интересно было прибывшему католику Уильяму, ведь там и часть его паствы.
В толпе, вот где раскрываются характеры людей! Где еще увидишь?
Но поговорить людям всласть не получилось. Одновременно с наступлением темноты с юго-запада быстро стали надвигаться тучи, вокруг сразу потемнело, а потом неожиданно на землю стали падать первые крупные капли дождя. Тут же пыль на земле стала вспухать в месте падения капель.
И сразу начался ливень. Народ с криками похватал детей и ринулся по улице к своим домам. Люди убегали и одновременно смеялись, и радовались, потому что дождей не было целую неделю.
Айвен подхватил дочек Морриган, и они втроем помчались к своему большому дому, весело переговариваясь. За ними медленнее, сначала быстрым шагом, потом рысью, передвигались Сэт и Джеро, подхватив с двух сторон под руки Морриган. Женщине только оставалось своими руками немного поднять длинную юбку, чтобы успевать переставлять ноги.
Полминуты не прошло с начала падения первых капель, как дождь обрушился на землю плотной стеной. Как не торопились, все равно в дом друзья забежали с мокрыми и прилипшими к голове и лицу волосами и мокрой одеждой. На веранде Морриган похватала с веревки три полотенца, одним стала вытирать мокрые волосы дочек, а два отдала мужчинам.
Спать еще было рано. Постояли немного, чтобы смотреть на разбушевавшуюся стихию, потом решили пойти переодеться и собраться в столовой на чаепитие. Японцы любили чай и давно приучили остальных к этому напитку.
Спиртным мужчины в этом доме не увлекались совсем, и пили его только в исключительных случаях и по значительным поводам. Те ежедневные тренировки, которые проводил Айвен под руководством и при непосредственном участии наставников, не позволяли принимать спиртное. Как говорил Сэтору: «один стакан виски или джина, или другого крепкого напитка приводит к нарушению работы сердца бойца так, что вернуться к хорошей физической форме можно только через две недели. Последствия от бокала вина — в два раза меньше».
За столом расспросы продолжились. Теперь женщинам было не страшно, а весело слушать Джеро, который им вдруг заявил:
— Я бы там еще один десяток бандитов завалил, не слишком напрягаясь, но их осталось слишком мало после стрельбы трех человек…
— Верим тебе, дорогой ты наш, — с улыбкой заявила Морриган, — а если и вас бы один из них в тесной схватке достал?
— Конечно, шанс завалить кого-то из нас у них был, ведь бандиты по выражению Ласло «спали на ружьях», но применить их они не
