лапами, цепляясь за рубашку и брюки и расцарапав живот и ногу в кровь.
Адски больно, но зверь опасен только из-за своей скорости. Попаданец взял меч в целую руку, но Накарат, заметив это, в ту же секунду разжал зубы и отскочил на безопасное расстояние, скалясь окровавленной пастью. Прижался к полу и прыгнул, целясь в шею. Степан едва успел прикрыться мечом, словно щитом. Тварь зло рычала, вцепившись в лезвие, и не сводила с жертвы взбешённого взгляда, попаданец тряхнул мечом, сбрасывая с него монстра.
Накарат хрипло дышал, открывал и закрывал кровоточащую пасть, нарезал круги вокруг Степана, стараясь найти слепую зону вампира. Бросался, но тут же отскакивал, проверяя, пару раз цапнул за ногу. Попаданец начал понимать, по какому принципу нападает монстр, отвёл взгляд, делая вид, что отвлёкся и открылся. Тварь в тот же миг прыгнула и так и зависла в воздухе, повиснув на мече.
Монстр дико завыл, пытаясь спрыгнуть, но лезвие насквозь пронзило брюхо.
— Веце, он ещё живой. Как эту тварь добить? — полукровка высунулся из кокона шторы, опасливо покосился на шумного и прыткого монстра и ответил:
— Подождите десять минут и Накарат умрёт, но не дайте ему соскользнуть с меча, иначе он регенерирует. Или просто отрубите ему голову. — посоветовал полукровка, раскутываясь.
Спустя пять минут с монстром было окончательно покончено, Степан обессиленно опустился в пыльное кресло и откинул голову назад. Правая рука онемела, кровь пропитала одежду и та неприятно липла к телу, хотелось спать.
— Господин, мы должны обработать ваши раны, встаньте! — попаданец стиснул зубы, даже дышать было тяжело, он и с места не сдвинется, пока тело не регенерирует. В лесу с этим всё было нормально, главное потерпеть.
— Веце, я же вампир. Само заживёт, подожди немного. — через силу выдавил Степан. Как оклемается, непременно составит справочник по местным монстрам и заучит его, информации с Веце, как с кошки молока.
— У нормальных вампиров и зажило бы! Но не у вас! Вы же не хотите пить кровь! — ощетинился полукровка, вынимая из пространственного кольца бинты и несколько зелий.
— Слушай, что за ограниченное мышление? Отказаться от крови то же самое, что и отказаться от мяса, в это нет ничего фатального. — недовольно отмахнулся Степан, боль не утихала, хотелось встать и отпинать монстра, из-за этого Накарата ему теперь и вздохнуть больно.
— И это говорит мне вампир?! — всплеснул руками Веце. — Всё, что у вас есть, зависит от того, пьёте ли вы кровь: продолжительность жизни, здоровье, сила, магический резерв, регенерация, выносливость и скорость. Господин Кифен, вы должны пить кровь. — Степан полуприкрыл глаза. Если бы он мог, он бы пил, но это не то, что зависит от него. — Чтобы восстановиться, вам нужна кровь, я дам вам своей. Подождите минутку. — Веце зашарил в пространственном кольце в поисках кинжала.
— Не надо, я всё равно не смогу её выпить, от одного запаха уже тошно.
— Вы все так же упрямы. — вздохнул Веце. — Как вы намерены выживать в этом замке, если мы даже не в силах покинуть эту комнату? — полукровка не мог бросить своего раненого хозяина, да и замок, это не то место, где просто выжить в одиночку. Добраться живым до первого этажа уже можно назвать чудом, но пока такая перспектива даже не маячила на горизонте.
— Я сейчас немного приду в себя и пойдём дальше. — болезненно выдохнул Степан, корчась.
— Когти и клыки Накарата смазаны ядом, вы бы и в хорошем состоянии сутки от такой травмы отходили, а про сейчас я вообще молчу. — зло бросил Веце, отрывая правый рукав рубашки господина, чтобы обработать рану. Попаданец измученно простонал что-то нечленораздельное, рука была парализована, а сил пошевелиться или оказать хоть какое-то сопротивление попросту не было.
— Вот и молчи. — сквозь зубы ответил Степан, когда полукровка задел рану. В глазах потемнело и лёгкие сковало от боли, так что ни вдохнуть, ни выдохнуть.
Веце оскорблённо фыркнул, пробормотал что-то о бестолковых переселенцах и начал вытирать кровь. Степан был готов или потерять сознание, или согласиться умереть от яда, лишь бы не терпеть эти муки. Полукровка перевязал раненую руку господина, попросил того открыть рот, и влил одно из зелий.
— Скоро вам станет лучше. Вы ещё легко отделались. — нравоучительно сказал Веце, Степан закатил глаза. И это ему говорит тот, кто почти весь бой отсиживался в углу и трясся от страха, завернувшись в штору. Это задевало.
Степан всегда считал себя самодостаточным и оказаться беспомощным до такого состояния, что за ним должен приглядывать мелкий сопляк, раздражало.
На Степана можно было положиться, он был надёжным, ответственным и исполнительным, опекал свой класс, как умел, и был опорой своей семьи.
Но какой же Веце? Попаданец скосил взгляд на полукровку, копающегося в пространственном кармане. Кем был этот пацан, что глава старейшин подарил его Степану? Рабом? Значит ли, что в этом мире есть рабство?
— Слушай, мне вот что интересно. Как тебя угораздило связаться с вампирами? Они тебя купили? — спросил Степан. Веце оторвался от своего дела, глянул на господина, как на идиота и заржал, хватаясь за живот и чуть ли не катаясь по полу.
— Аха-ха-ха! Купили! Придумали же вы! Аха-ха! Ну и дурость! Как вам такое вообще в голову пришло? — не мог перестать смеяться Веце. — Ничего глупее не придумали? Пха-ха-ха!
— Хватит ржать! — недовольно цыкнул Степан. Что он такого сказал, что пацан заткнуться теперь не может?
Веце вытер выступившие от смеха слёзы, сел на старый шаткий табурет, и обмахнулся. От смеха стало жарко и он весь покраснел.
— В нашей стране нет рабства, господин Кифен. Такое тут карается смертной казнью. Меня милостиво приняли в услужение клану, когда я был примерно пяти или четырёх лет от роду. Это большая честь, не каждый её удостаивается, поэтому я служу вам, господин Кифен, со всей искренностью и преданностью. Моя жизнь — это забота о моём господине. — искренне сказал Веце. Но Степана подобное раболепство не впечатлило.
— Это, знаешь ли, мало чем отличается от рабства. — скорчился вампир, от слишком глубокого вдоха ребра кольнуло, а царапины на животе снова защипало.
— Это только ваше мнение. Вы не в своём мире, здесь всё иначе. Для
