Читаем без скачивания Белые ночи с Херувимом - Наталья Александрова

На картонке был отпечатан логотип известного риелторского агентства, а ниже, более мелким шрифтом, – «Баранкина Нина Петровна, специалист по недвижимости».

– А в это агентство вы не стали обращаться? – осведомился Василий Макарович.

– А смысл? – Екатерина пожала плечами. – Ведь это был ее личный вариант, так что в фирме о прежних хозяевах квартиры наверняка ничего не знают.

– Но там вам хотя бы могли помочь найти эту Нину Петровну!

– Ну вот вы этим и займитесь! Я с вами заключила договор, так что вам, как говорится, и карты в руки!

После этого она сказала, что спешит на работу, и удалилась, на прощание присовокупив, чтобы мы не тянули резину и поскорее приступали к заданию.

– Даром деньги с клиентов мы не берем! – обиделся дядя Вася.

После ухода клиентки мы с дядей Васей несколько минут просидели молча. Наконец я не выдержала и нарушила молчание:

– Дядя Вася, я же вам сигналила! Не нравится мне эта история! И клиентка не нравится – нервная она какая-то!

– Мне и самому не очень нравится! – ответил он, поморщившись. – А что делать? Ты вот это видела? – И он бросил передо мной на стол несколько платежек.

Разумеется, я их видела – ведь не кто иной, как я, выполняет в нашем скромном агентстве обязанности главного бухгалтера. Это были уведомления о налоговых платежах за первое полугодие, и внести эти платежи нужно было в десятидневный срок. В противном случае нам грозили серьезные штрафные санкции.

– А ты говоришь – клиентка не нравится! – протянул Василий Макарович. – Кстати, на мой взгляд, она нормальная женщина. И даже толковая. Вон как здорово насчет букета сообразила! Опять же в технике неплохо разбирается. Видеокамеру сумела установить. А что нервная… Ты бы, тезка, тоже нервничала, если бы к тебе в квартиру неизвестно кто в твое отсутствие приходил!

Тут я вынуждена была с ним согласиться.

– Ну и что мы теперь будем делать?

– Ну что делать? Не в засаде же у нее в квартире сидеть. Во-первых, люди опытные могут заметить, кто там входит-выходит. А во-вторых, клиентке тоже не нужно, чтобы у нее в квартире посторонний человек все время торчал. Человек на ответственной работе, ей дома покоя хочется, тишины…

– Все ясно, мы пойдем другим путем… – усмехнулась я.

– Точно! Я поеду в агентство недвижимости, наведу там справки насчет этой Нины Петровны Баранкиной, а ты съезди в дом клиентки и попытайся там что-нибудь разведать – с дворником поговори, с соседями, ну, что я тебя учу, ты девочка большая…

Спорить с таким разделением труда я не стала, хотя себе дядя Вася, как всегда, наметил более легкий фронт работ. В конце концов он начальник, значит, его слово – закон. Единственное, что я себе позволила, – это чисто технический вопрос.

– В каком качестве мне выступать? Изображать родственницу бывших жильцов, приехавшую к ним из провинции?

– Не советую. Можешь проколоться на деталях. Родственница должна про них хоть что-то знать, а ты ровным счетом ничего не знаешь, кроме имен…

– Бывает, что и родственники ничего друг о друге не знают, – проговорила я, чтобы оставить за собой последнее слово. На самом деле я понимала: на этот раз шеф прав.

– Ну так какую же выбрать легенду? – вслух задумалась я.

– Сама думай, – отмахнулся шеф, – ты же профессионал…

Ага, теперь он меня считает профессионалом! А когда дело доходит до обсуждения серьезных операций, не принимает мое мнение всерьез!

Я задумалась над легендой – и тут мне на глаза попались налоговые платежки. Идея созрела моментально.

Я села к компьютеру и в пять минут напечатала несколько похожих бумажек, только построже – чтобы в глаза бросались слова «штрафные санкции» и «постановление суда». Бумаги выглядели вполне официально, не хватало только печатей. Но тут у нас с дядей Васей имелся отработанный механизм: специально для таких случаев мы приобрели наборный штамп, на котором можно было установить любое название организации – от прокуратуры до общества охраны китов и кашалотов.

Я достала штамп из ящика и шлепнула его на одну из бумажек – проверить, что там набрано.

На листке появился неожиданный текст: «Органы грудной клетки в норме».

– Дядя Вася, что это такое? – Я показала шефу на странный оттиск. – Вы что, в свободное от работы время занимаетесь частной медицинской практикой?

Он заметно смутился.

– Да понимаешь, тезка, одному моему знакомому мальчику понадобилась справка о флюорографии. В кружке требовали, а он сходить не успевал…

– Мальчику? – удивилась я. – С каких это пор у вас появились знакомые мальчики? Что-то вы, Василий Макарович, темните!

– Ну, это племянник одного моего знакомого… то есть знакомой… – Он окончательно запутался в показаниях и смущенно уставился в стол.

– Ах вы, старый ловелас! – рассмеялась я. – Это что, племянник той… гм… полной немолодой блондинки из двенадцатой квартиры? Всегда подозревала, что вы донжуан!

– Ну почему старый?! – возмутился он. – И не такая уж она полная… И что значит – немолодая? Маргарита Николаевна только-только на пенсию вышла…

– То-то она при встрече не здоровается и на меня волком смотрит! – веселилась я. – Наверное, думает, что мы с вами находимся в преступной связи!

– Уж ты скажешь, – надулся дядя Вася, – ничего такого…

– Ладно, это меня не касается! – отмахнулась я. – Лучше помогите мне набрать на штампе нужный текст, у вас это хорошо получается.

Как уже говорилось, дядя Вася в свободное от работы время мастерил модели бронетехники. Благодаря этому хобби он очень хорошо управлялся с мелкими работами, и через десять минут на всех моих липовых бумажках красовался лиловый штамп: «Служба судебных приставов Василеостровского района».

Я рассудила, что эта организация, с одной стороны, достаточно серьезная, чтобы внушить почтение обывателям, а с другой – довольно новая, и никто толком не знает, чем она занимается.

Для большей убедительности я помяла все бумажки и удовлетворилась достигнутым результатом.

Теперь нужно заскочить ненадолго домой, чтобы подобрать соответствующий прикид.

– Этого негодяя оставляю здесь! – категорически сказала я. – Видеть его не могу! И не кормите его, он наказан.

– Хм, – дядя Вася отвел глаза, и я опомнилась.

Можно себе представить, во что превратит его квартиру голодный Бонни!

– Делайте что хотите! – рассердилась я и ушла.

Дома я быстренько перебрала одежду и остановилась на сером официальном костюме, который приобрела давно по настоянию свекрови. Она говорила, что такой костюм должен быть в гардеробе каждой приличной женщины – для разных официальных мероприятий.

Права оказалась свекровь, костюм пригодился для развода, в суд его надевала. Одна беда – костюм был дорогой, так что я повязала легкомысленный шелковый платочек и надела совершенно не подходящие к нему коричневые туфли на среднем каблуке. Волосы зачесала гладко, губы едва тронула помадой – сойдет. Ну, еще тени голубые на глаза. Сейчас так никто не носит, но зато это здорово меняет лицо.

Через четверть часа я остановилась около того дома, где проживала наша новая клиентка и который в ближайшее время должен был стать местом нашего расследования. Дом этот располагался совсем недалеко, на Третьей линии Васильевского острова, так что мне даже не пришлось воспользоваться транспортом.

Дом был красивый, дореволюционной постройки и отлично отремонтированный. Единственное, что меня немного смутило, – в воздухе перед домом витал какой-то неприятный аромат.

Перед входом в дом лениво возил метлой по тротуару гордый сын степей, таджикский гастарбайтер. Остановившись рядом с ним, я поправила очки (без диоптрий, я надела их для пущей солидности) и строго осведомилась:

– Третья линия, дом двенадцать? Я из службы судебных приставов!

Дворник побледнел, замер, взял метлу на изготовку и затараторил:

– Моя регистрация есть! Марфа Семеновна моя паспорт в ящик убрал, а так регистрация есть! Моя участковый платил, моя Степан Степаныч платил, моя всем платил! Регистрация есть, как положено!..

– Да я вовсе не к вам, – успокоила я гастарбайтера. – И не по поводу регистрации. В этом доме проживают господа Капустины?

Вместо того чтобы успокоиться, гастарбайтер еще больше перепугался:

– Это моя ни при чем! Моя Марфа Семеновна говорил, что нельзя капуста в дворницкая хранить, что капуста запахнет, санитарный врач придет, сердиться будет!

Я принюхалась: вот, оказывается, чем пахло возле этого памятника архитектуры начала прошлого века!

Поняв, что больше ничего полезного от запуганного дворника не узнаю, я направилась к подъезду.

В этот момент оттуда вышел высокий немолодой мужчина с йоркширским терьером под мышкой. Он галантно придержал передо мной дверь, таким образом решив за меня проблему проникновения на объект. В ответ на это владелец йорка ожидал от меня улыбки, но не дождался: я не хотела выходить из роли сурового судебного пристава.