с дистанции 7–8 километров открыла огонь. Спустя две минуты загремели орудия «Варяга», и закипел беспощадный артиллерийский бой, продолжавшийся ровно час. 1105 снарядов выпустил за этот час русский крейсер, нанеся тяжкие повреждения «Азаме» и «Такачио».
«Корабли и сражения», 1987 г.
Мельников Рафаил Михайлович. Историк кораблестроения.
Прикрывая поворот «Варяга», на палубе которого полыхало два сильных пожара, «Кореец» около острова Иодольми развивает особенно сильный огонь, введя в действие сразу оба 203-мм орудия. Их тяжёлые снаряды вызывают пожар на четвёртом корабле в строю японских крейсеров, на глазах всех тонет подбитый миноносец. Кипит море от разрывов и вокруг «Корейца», но прямых попаданий нет, и лишь одним осколком пробит борт в носу выше ватерлинии.
Постепенно по мере поворота включаются в дуэль ещё не стрелявшие орудия левого борта «Варяга». Всю свою ярость ожидания под огнём врага вкладывают комендоры в выстрелы по врагу, бесперебойно действует система электрической подачи, позволяя прислуге даже принимать в погреба не стреляющего борта беседки с пустыми гильзами. А вот и результат — взрыв на крейсере «Асама» свидетельствует о новом попадании. Ветер раздувает пожар на его кормовом мостике, «Асама» временно прекращает огонь, а его кормовая башня бездействует уже до конца боя. Удачный выстрел принадлежал старшему комендору Фёдору Елизарову, хозяину только что вступившего в бой 152-мм орудия № 12.
«Крейсер «Варяг», 1983 г.
Акунов Вольфганг Викторович. Писатель. Заместитель редактора военно-исторического журнала «Рейтар».
Крейсер «Варяг» сосредоточил огонь на «Асаме». Командир «Асамы» лишь поражался частоте огня орудий русского крейсера и быстроте, с которой тем производились выстрелы. Вскоре артиллерия японского крейсера «Тиода» (в различных источниках встречается также написание «Чиода» или «Чайода») стала бить по «Корейцу». Японцы были уверены, что этого огня более чем достаточно для того, чтобы отправить русскую канонерку вместе с командой в «царство теней», поэтому большего внимания ей не уделяли. И напрасно! «Кореец» воспользовался таким пренебрежительным отношением к себе «потомков самураев» и сумел нанести серьёзные повреждения кораблям японской эскадры. Не терял понапрасну времени и крейсер «Варяг». В течение часа он выпустил по японцам 1105 снарядов. На «Асаме» от метких попаданий русских артиллеристов вспыхнул пожар, обвалился капитанский мостик и был убит командир корабля. Другой японский крейсер, «Акаси», получил такие тяжёлые повреждения, что потом более года не покидал ремонтные доки. Были не менее серьёзно повреждены ещё два крейсера японцев. Один из японских миноносцев, нашпигованный русскими снарядами, затонул во время боя, а другой — во время возвращения в порт Сасэбо. В общей сложности японцы привезли на берег 30 своих убитых и 200 раненых (не считая тех, кто пошёл на дно вместе со своими потопленными кораблями).
Японцам не удалось ни потопить, ни захватить противостоявшие им русские корабли. Фактически бой завершился победой «Варяга» и «Корейца».
Медаль за бой «Варяга» и «Корейца», 2008 г.
Озерецкая Елена Леонидовна. Писатель.
В 11 часов 20 минут «Варяг» и следующий за ним в кильватере «Кореец» двинулись в путь. Матросы всех иностранных кораблей, мимо которых они проходили, посылали им прощальные приветы, а на итальянском крейсере оркестр играл русский гимн. Все знали, что в это тихое ясное утро русские идут почти на верную гибель, и восхищались их храбростью.
А японская эскадра из четырнадцати кораблей уже ждала героев.
— Это будет хороший подарок императору! — сказал японский контр-адмирал Уриу, наблюдая в бинокль за приближавшимся «Варягом». — Сегодня наш флот пополнится прекрасным крейсером!
На японском крейсере «Нанива» взвился сигнал: «Предлагаем сдаться без боя».
— Не отвечать! — распорядился Руднев.
Японская эскадра открыла огонь. Заговорили и орудия «Варяга».
Начался тяжёлый, неравный бой. Вдвоём против целой эскадры, под градом снарядов упорно шли вперёд русские корабли. Каждый матрос, каждый офицер чувствовали, что палуба под их ногами — это часть России, часть Родины, которую невозможно предать или посрамить. Обливаясь кровью, не покидали своих мест раненые. С последним стоном падали убитые, в разных местах вспыхивали пожары, но орудия «Варяга» по-прежнему метко били по врагу, и часть японских кораблей получила серьёзные повреждения.
Не на жизнь, а на смерть бились русские моряки. Мысль о сдаче никому даже в голову не приходила. Раненый Руднев не покидал мостика, но крейсер уже плохо слушался руля, а затем стал крениться на левый борт.
— Поворачивай обратно на рейд, — скомандовал Руднев, — надо исправить повреждения, прежде чем вступать в новый бой.
Но исправить оказалось невозможно. «Варяг» был изранен слишком серьёзно. Почти все орудия выбыли из строя, 34 человека погибли, 188 было ранено. О возобновлении боя нечего было и думать, оставалось только одно решение, и Руднев уже принял его для себя, хотя самая мысль о нём казалась ему чудовищной. Но выхода не было. Чтобы крейсер не достался японцам, оставалось его взорвать.
По морскому уставу, утвердить такую последнюю крайнюю меру мог только совет офицеров…
В тяжёлом молчании смотрели офицеры на потемневшее от горя лицо командира. Взорвать «Варяг»! Погубить дорогой всем корабль, второй дом для каждого моряка… Как решиться на такое? Но ведь отдать крейсер врагу ещё страшнее! Это уже было бы предательством.
И офицеры единодушно согласились. Не возражали и офицеры «Корейца». Однако взрыв мог оказаться опасным для стоявших вокруг иностранных судов. Можно было только затопить «Варяг». Медленно обвёл Руднев взглядом лица матросов. Они стояли, не поднимая глаз. Некоторые не могли скрыть предательских слёз и не стыдились их. Ведь к смерти был приговорён их корабль, их любимый «Варяг».
— Открыть кингстоны! — тихо скомандовал Руднев, и голос его сорвался.
Французские, английские и итальянские шлюпки подошли к обречённому кораблю, чтобы забрать оставшихся в живых. Только американский командир Маршалл отказался принять русских моряков…
Последним, поцеловав поручни и сказав: «Прощай, «Варяг»!» — в шлюпку спустился Руднев.
Крейсер медленно погружался. Японскому контр-адмиралу не удалось сделать богатый подарок своему императору.
«Доблесть русского флота», 1972 г.
Описывая попадания «Варяга» в японцев, преисполненные запоздалого воинского пыла авторы никак не могут договориться между собой. Одни решительно топят сильнейший корабль японской эскадры — броненосный крейсер «Асаму», другие ограничиваются его повреждением и отправкой на дно одного или двух вражеских миноносцев. Некоторые отрицают, что «Варяг» достался японцам, а бывший министр культуры и вовсе отправляет его на дно посреди океана вместе с командой. Интересно, кого тогда принимал император Николай II в Зимнем дворце 16 апреля 1904 года? И кому он вручал Георгиевские кресты, после чего поднимал рюмку водки с тостом, который цитируется в том числе и на сайте РВИО?
«Я счастлив, братцы, видеть вас всех здоровыми и благополучно вернувшимися. Многие из вас своей кровью занесли в летопись нашего флота дело, достойное подвигов
