Читаем без скачивания Клинок флибустьера - Наталья Николаевна Александрова

в моей квартире, сейчас хозяйничают… наверное, нужно скорее полицию вызвать?

— Никакой полиции! — строго возразила соседка. — Мы их сейчас сами шуганем!

— Сами? — переспросила Мила.

— Конечно! В таких делах нужно сунуть палку в муравейник!

— Какую палку?

— Да ну тебя, ты еще не проснулась, что ли? Совсем не врубаешься! Смотри и учись!

Клава вышла в прихожую, остановилась, задумчиво наморщив лоб, затем вытащила из-под вешалки пластиковый пакет и достала оттуда моток тонкой лески.

Отрезала от этого мотка кусок около трех метров длиной, выглянула в дверной глазок и, убедившись, что за дверью никого нет, вышла на лестничную площадку в чем есть — то есть босиком и в длинной Витькиной футболке с надписью «Нефтепром».

Мила побоялась выходить из квартиры и из-за двери наблюдала за действиями соседки.

Та для начала подошла к краю площадки, наклонилась и привязала один конец лески к нижней части перил, а другой — к торчавшему из стены обрезку толстого медного провода, оставшемуся, должно быть, после недавнего ремонта.

— Это зачем? — шепотом спросила Мила.

— Увидишь! Я же говорила — палку в муравейник! — Клава осмотрела результат своих действий, удовлетворенно кивнула и подошла к двери Милиной квартиры.

Она принялась колотить в дверь кулаками и раздраженным голосом прокричала:

— Милка, свинья ушастая, у тебя что-то горит! Дым идет, дышать невозможно!

Тут же она метнулась обратно в свою квартиру, захлопнула дверь и прильнула к глазку.

— Ну, что там? — прошипела Мила.

— Ну, смотри сама!

Клава отодвинулась от глазка, уступая место соседке. Мила выглянула — и как раз в это время дверь ее квартиры открылась, и оттуда выскользнули два человека.

Глазок искажал их внешность, но Мила все же поняла, что один — выше и худее, второй — низенький и толстый. Высокий к тому же был еще и лысоват.

Одеты оба были во что-то серое и неприметное.

Не задерживаясь на площадке, криминальная парочка бросилась к лестнице.

Долговязый бежал первым и зацепился ногой за натянутую Клавой леску. Он вскрикнул и покатился вниз по лестнице, беспорядочно размахивая руками, словно пытаясь остановиться.

Коротышка успел вовремя затормозить, наклонился, увидел натянутую леску, грязно выругался, перешагнул через нее и сбежал по лестнице к своему напарнику, который неподвижно лежал на промежуточной площадке, раскинув длинные конечности, как огромное длинноногое насекомое.

Он наклонился над приятелем, потряс его. Пару раз хлопнул по щекам и проговорил:

— Ты чего, Паук, сдох, что ли? Не валяй дурака, очнись! Мне тебя на себе не донести до машины!

Мила подумала, что долговязому типу подходит его кличка — он и правда похож на огромного паука.

Паук как будто прислушался к словам своего подельника, застонал и приподнялся. Коротышка помог ему встать.

— Идти-то можешь? — спросил он с сомнением.

— Кое-как… — Долговязый оперся на плечо приятеля и похромал вниз по лестнице, то и дело постанывая.

— Вот как раз это я называю «сунуть палку в муравейник»! — гордо сообщила Клава и с этими словами вышла на площадку, обрезала леску и аккуратно смотала ее. — А то кто-нибудь из соседей ноги переломает. А то и шею.

— Да, с леской — это у тебя хорошо получилось! — одобрительно отозвалась Мила. — А ты что — рыбалкой увлекаешься?

— Что? Какой рыбалкой?

— Ну, у тебя нашлась эта леска.

— А, ну да. Да она Витькина, я случайно увидела…

С этими словами она шагнула обратно в квартиру.

Мила пошла было за ней, но тут заметила на полу какой-то небольшой предмет, наклонилась и подняла его.

Это был маленький картонный или пластиковый квадратик.

Мила сунула его в карман пижамы, отчего-то ничего не сказав об этом Клаве.

Та обернулась и проговорила:

— А может, ты хочешь еще коньяку? Прошлый раз хорошо пошел. Или чаю — он вскипел.

— Да, хорошо бы чаю…

Клава шагнула в сторону кухни и вдруг резко остановилась на полдороге.

— Он ведь что-то сказал насчет машины!

— А, да, сказал, что до машины напарника не донесет…

— Значит, они на машине приехали!

— Ну а как еще посреди ночи доберешься?

— Значит, нужно посмотреть, какая у них машина. Вон то окно выходит на нужную сторону…

— Да они уже, наверное, уехали!

— Не успели, этот длинный еле шел!

Клава бросилась к окну, но снова остановилась, не добежав до него, вернулась к тумбочке и достала из нее театральный бинокль, отделанный перламутром.

— Чего только у Витьки этого в доме нет… Слабенький, конечно, но лучше, чем ничего…

Она открыла окно, перегнулась через подоконник и приставила бинокль к глазам.

— Черт, я в темноте плохо вижу! — пожаловалась она. — Куриная слепота называется. Посмотри ты!

Мила взяла бинокль, выглянула в окно, пригляделась.

Как раз в это время криминальная парочка вышла из подъезда.

Долговязый Паук шел медленно, хромая и спотыкаясь, опираясь всем весом на плечо своего напарника. Тот оглядывался по сторонам и что-то недовольно ворчал.

Таким манером они прошли метров двадцать и подошли к черному микроавтобусу с темно-красной надписью на борту.

Эта надпись была плохо видна из-за неудачного ракурса.

— Черт, не прочитать, что там написано…

— А ты на балкон выйди! — посоветовала Клава.

Мила невольно поежилась, вспомнив свои приключения на балконе, но все же вышла, выглянула через перила и подкрутила колесико бинокля, увеличивая резкость.

Ночные визитеры как раз погрузились в черный микроавтобус, он фыркнул мотором и развернулся, чтобы отъехать. И в этот момент Мила смогла разглядеть надпись на борту.

Там был в красках изображен траурный венок, вокруг которого вилась надпись вычурным славянским шрифтом: «Вечная память. Все для похорон».

— Автобус похоронного бюро! — констатировала Мила.

— Это нам пока еще рано, — отозвалась Клава, выглядывая из-за ее плеча.

— Так что насчет чая?

Они выпили на кухне чаю, и Мила задумалась,