А еще он знал, что если не остановит поток этих мыслей, то ничему не сможет научить ее.
И все же с волосами Джулии надо что-то делать.
5
Ничего страшного, успокаивала себя Джулия следующим утром, направляясь по длинному коридору к комнате, где ее ждали Саймон и стилист. Глупо так нервничать и переживать из-за какой-то прически. Ну и что из того, что она растила волосы целый год, с нетерпением ожидая, когда они лягут на плечи? Саймону нужно, чтобы она походила на женщину, чувствующую себя непринужденно в обществе особ «голубой крови». И если для этого необходимо чем-то пожертвовать, то пусть так и будет. Тогда почему ее колотит нервная дрожь?
Ответ пришел сам собой. Потому что, когда Саймон поцеловал ее накануне, мир померк перед ее глазами, растворившись в зыбкой дымке пробудившегося желания. Потому что потом, когда она вернулась в свою комнату и легла на непривычно широкую кровать, сон еще долго не шел к ней, а губы горели, храня память о поцелуе Саймона.
Да, она вела себя как последняя идиотка и получила то, что заслужила: чувство уязвимости и опустошенности. Волосы, растрепанные и непокорные, были ее щитом, они давали понять, что от нее не стоит ожидать сюрпризов, подвохов и разочарований, дурацкой романтики и обид. Как только ее пряди упадут на пол, она станет такой же, как все.
— В том-то и смысл, Джул, — пробормотала она себе под нос. — Ты здесь именно для того, чтобы стать другой. А невысокая милая женщина, стоящая у окна вместе с Саймоном, наверное, и займется твоим перевоплощением. Что ж, по крайней мере через пару часов отсюда выйдет другая Джулия.
Она глубоко вздохнула и посмотрела на Саймона, уверяя себя, что не ищет у него поддержки, а просто… просто потому что знает его.
Он ответил улыбкой, от которой у Джулии похолодело в груди, и протянул руку.
— Джулия, познакомьтесь с Мишель.
Их пальцы соприкоснулись, и в этот миг случилось нечто ужасное. Джулию словно ударило электрическим током: по коже побежали мурашки, кровь вскипела и бросилась в лицо. Когда Саймон отнял руку, Джулия едва удержалась от того, чтобы попросить его дотронуться до нее еще раз — ей очень хотелось узнать, что же последует за этим восхитительным жаром. Но, конечно, такая просьба показалась бы смешной. Оставалось только сосредоточиться и постараться не обращать внимания на то, что творилось в ее душе. Нельзя выставлять себя дурочкой лишь из-за того, что к ней прикоснулся мужчина, пусть и самый красивый на свете.
Джулия посмотрела на Мишель и заметила скользнувшую по ее губам сочувственную улыбку.
Неужели все так очевидно? — огорчилась Джулия. Неужели Саймон тоже знает? Может быть, он ощутил, как дрогнули мои пальцы? Впрочем, лучше всего сделать вид, что ничего и не произошло.
Джулия тепло поздоровалась с Мишель.
— Приятно познакомиться. Я готова.
Саймон с сомнением покачал головой.
— Уверены, что все в порядке?
— Конечно. — Она бодро улыбнулась и направилась к креслу, чувствуя на себе пристальный взгляд Саймона.
Только бы не дать ему заметить мое смятение. Только бы не думать о его руках и губах. Черт бы его побрал.
— Джулия, Мишель подстрижет вам волосы, но сначала она расскажет, что собирается сделать. Хорошо?
— Конечно, — согласилась Мишель. — Никаких сюрпризов.
Сложенная, как балерина, она словно облетела вокруг кресла и остановилась перед Джулией, изучающе разглядывая ее голову. Чувствуя себя комком теста, которому предстояло принять некую радующую глаз форму и отправиться в духовку, Джулия изо всех сил старалась сидеть спокойно, хотя в обычных обстоятельствах не выдержала бы и минуты этой пытки.
— Что ж, давайте посмотрим, — сказала Мишель, убирая волосы с лица своей «жертвы», замершей в напряженном ожидании.
Пауза подозрительно затягивалась. Уж не прозвучит ли сейчас грозный приговор, гласящий, что с этими космами сделать уже ничего нельзя? Джулия вздрогнула, услышав сдержанный смешок.
— Ну и ну, что это у нас здесь? Саймон, не хотите ли взглянуть?
Он подошел сзади, и Джулия почувствовала, как по спине поползли мурашки.
— Прекрасно, не правда ли? — раздался его голос, и пальцы Саймона скользнули по выбившейся из общей массы пряди.
— Я имею в виду не волосы, — сказала Мишель. — Посмотрите на этот изгиб шеи, на форму головы.
Только бы не покраснеть. Только бы не покраснеть. Джулия ощущала взгляд Саймона, скользящий по ее обнаженной шее. Ей казалось, что он рассматривает ее в витрине магазина, куда ее поместили голой. Более чем когда-либо ею овладело неодолимое желание скрыться от этих оценивающих взглядов, сбежать, спрятаться. Вцепившись пальцами в край кресла, Джулия замерла и, закусив губу, затаила дыхание, как ныряльщик, изо всех сил пытающийся продлить свое пребывание под водой.
— Все в порядке, — негромко произнес Саймон своим глубоким завораживающим голосом.
Уж не прочитал ли он ее мысли?
— У нее действительно идеальная форма головы, — восхищенно заметила Мишель, выпуская из рук многострадальные волосы. — И изгиб восхитительный, вы не находите?
Саймон молчал, и Джулия осторожно скосила глаза. Он тут же нахмурился и сдержанно кивнул Мишель.
— Я вижу.
— По-моему, стрижка должна быть короткой, — продолжала Мишель. — Тем самым мы подчеркнем все достоинства. Классическая прическа, никаких дополнительных ухищрений. Все ровно и гладко. Мальчишеский стиль сейчас популярен в Европе.
Джулия с ужасом вспомнила детство, когда отец водил ее в парикмахерскую вместе с братьями и как они выглядели после недолгой, одинаковой для всех процедуры. Это всего лишь волосы, успокаивала она себя, сопротивляясь желанию обхватить голову руками.
— Уверена, это будет очень стильно. — Смелое заявление далось ей нелегко и прозвучало не совсем убедительно, а потому Джулия попыталась подкрепить его бодрой улыбкой.
И снова Саймон промолчал и только потер подбородок. Потом он еще раз провел ладонью по ее волосам, так нежно, что Джулия едва почувствовала это, но зато в полной мере ощутила близость его тела, тепло пальцев, легкий запах табака.
— Они живут собственной жизнью, не так ли? Как бы сами по себе.
— Не беспокойтесь, мы их укротим, — заверила его Мишель.
— Нисколько не сомневаюсь в ваших способностях, — с легким раздражением сказал Саймон.
— Но я же буду выглядеть более… — Джулия замялась, не находя нужного слова, хотя внутри у нее все сжималось при мысли о ножницах.
— Вы будете выглядеть менее взъерошенной, — пришел ей на помощь Саймон.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
