касается только классических…
— А у вас не классическое?
— Нет… — девушка опять стала краснеть. — У нас… Совсем не классическое…
— А какое?
— Ты ведь не отстанешь, да? — вздохнула Чи.
— Да в целом не так уж и интересно…
— У нас собачье кафе, — выпалила девушка. — Все девушки там, работают в образе собак. Ходим на четвереньках, заказы принимаем как верные песики, а потом лежим в ногах пока клиент ест.
— Интересная концепция, но мне пора в школу, — вздохнул я вставая.
— Рю?
— М?
— Можно я у тебя посплю…
— Оу? Что случилось?
— Я устала, — понурилась девушка. — Отец постоянно винит себя, в том что я бросила школу. Я больше не могу слушать его причитания… Зачем… Вернись в школу… А есть мы что будем⁈ А платить за жилье⁈
— Оставайся конечно, — кивнул я. — Мясо в холодильнике, а мне пора!
Чи что-то хотела сказать, но промолчала, а там уже и я покинул дом.
С девушкой что-то нужно было делать и план у меня был. Самый простой из возможных. Просто исцелю её отца и дело с концом. С моим даром, это будет сделать довольно просто. Просто верну все его кости на законное место, правда не факт, что справлюсь за один заход.
Дар моего тела, хоть и был универсальным, но имел некоторые ограничения.
Самое неприятное, это то, что он работает лишь на небольшом расстоянии от меня. В теории, расстояние для него не помеха. Вот только чем дальше от себя совершаю воздействие, тем больше оно жрет силы.
Пара метров от меня? Считай ничего не стоит. Дальше? Тут уже идут нарастающие затраты.
Ну и конечно же основа моего дара — изменение самой ткани реальности. Тут уже зависит от того, что и как сильно я изменяю.
Откатить недавние повреждения моего знакомого? Можно, но сложно. Откатит повреждения в старой ране? Тут уже все намного сложнее и затратней. Не уверен, что управлюсь к концу года, но мне нужна практика и это станет неплохим вложением.
Решено.
Теперь осталось закрыть контракт души и я буду полностью свободен.
— Соколов! К директору! — злорадно оскалился Джиро.
На ловца и зверь бежит!
— Ага, — фыркнул я и прошил мимо.
— Ты меня не слышал⁈ — шагнул ко мне Джиро, но кажется его мозг был способен запоминать больше одного дня. — Если ты не пойдёшь…
— То что? — я шагнул к Джиро и тот резво отпрыгнул от меня. — Умница. Знай своё место.
Парень злобно сжал кулаки, но сделать ничего не решился.
— Сторожи, — фыркнул я и развернувшись пошёл в школу.
Джиро так и не решился ударить мне в спину. Действительно послушный песик. Я бы ударил.
Школа встретила меня гамом, бегающими в панике учениками и даже слезами. Я удивился такой суете, но потом вспомнил, что сегодня проводят какой-то фестиваль. То ли огня, то ли воды…
Дождя! Вспомнил! Фестиваль дождя!
Ничего особенного. Просто половину уроков отменяют и все идут на стадион, где школьники показывают заранее подготовленные номера. Потом уроки, а вечером небольшая ярмарка с палатками где продают простую еду, а потом фейерверк.
Лавируя через слегка безумную толпу, добрался до кабинета директора и громко постучал.
— Войдите, — на японском ответил директор.
Хоть в Японии два официальных языка, но все чаще разговаривают на русском. Но встречаются замшелые пни, которые так и не смерились с поражением своей страны и пытаются хотя бы в мелочах вернуть прошлое.
На большее они не способны, ибо пара попыток бунта, кончались показательными казнями. С тех пор, различные подпольные формирования давили сами японцы в зародыше.
— Слышал что вы хотели меня видеть, — сказал я, войдя в кабинет директора.
Аскетично… Вот что можно сказать про этот кабинет. Кроме рабочего стола со стареньким ноутбуком на нем, в кабинете стоял небольшой стол с чайным сервизом и бансаем, а также шкаф с папками.
— Соколов, — кивнул мне директор, жутко коверкая мою фамилию. — Вы нарушили правила поведения в школе…
— И какое же? — с усмешкой спросил я.
— Вы напали на учеников! — даже привстал в кресле директор.
— Да? — удивился я. — Когда?
— Не придуривайтесь! Есть свидетели!
— Примерно половина школы видела, как меня избивали втроем, — фыркнул я. — Но что-то вы не вызвали моих обидчиков на ковёр.
— Сейчас мы обсуждаем ваше поведение!
— Как будешь готов говорить конструктивно, — сказал я перейдя на русский. — Тогда и вызывай меня. Правили или едины для всех, или их будет топтать кто угодно. Бывай старик.
Развернувшись, иду к двери, но ту внезапно покрывает толстый слой льда.
— Я не разрешал тебе уходить щенок! — рявкнул директор вставая, а в кабинете резко похолодало.
Контроль материи: Хрупкость.
— Мне не нужно твое разрешение старик, — ухмыльнулся я и одним движением проломил его лед, вместе с дверной ручкой, пробив дверь насквозь.
Осколки впились в мою руку, оросив пол моей кровью, но я спокойно вцепился в дверь и дёрнул на себя. Лед хрустнул, раскалываясь на части и я открыл дверь, а после спокойно вышел из кабинета.
Директор не попытался меня остановить и даже не крикнул ничего вслед. Я же направился в лазарет, орошая пол своей кровью и любой желающий мог отследить мой путь от директорского кабинета.
Некоторые школьники замечали кровоточащего меня и в страхе отшатывались.
Так я и дошёл до лазарета, где меня встретила пьющая чай медсестра.
— Ну не дня без драки! — всплеснула женщина рукой, а второй залпом допила чай.
— Я не дрался, — спокойно сказал я, усаживаясь на кушетку.
— А это тогда что? — женщина неодобрительно осмотрела мою окровавленную руку.
— Директор не хотел выпускать меня из своего кабинета и пришлось слегка сломать его лед, — с усмешкой ответил я.
— Хм… — нахмурилась женщина. — Все порезы острые и их много… Но чтобы директор…
— Если пройтись по дорожке из моей крови, то все станет сразу понятно, — пожал я плечами.
Медсестра только покачала головой, не став дальше задавать глупых вопросов. Быстро перебинтовав мою руку, она зажала её между своими ладонями и те засветились мягким желтым светом.
— Повязку не снимай до вечера, — устало сказала женщина убирая руки. — Раны заживут за
