Инквизитор Абрацимиус Шаш “Учение о бунтах” стр.201, датировано 100400.М.36
1.Странное видение металось над выкопанным саркофагом
Что-то яркое, невыносимо ослепительное то пропадало, то опять появлялось над страшным объектом в форме тетраэдра.
Как будто тысячи душ, просили успокоения, словно падшие ангелы взывали к Отцу небесному и молили о спасении. Иногда темные отвратительного вида фантомы возникали из недр гробницы, уничтожая сформировавшуюся здесь тишину дикими воплями.
Тонкие черные хлысты, что недавно уничтожили сотни культистов, беспокойно трепыхались, прося новой крови и новой смерти.
Темная пропитанная кровью земля Киммера, умиротворенная и успокоенная, больше не отвергала пришельцев. Ее осквернили, ее прокляли.
Два существа молча наблюдали за удивительным зрелищем, что исторгал саркофаг. Два чудовища, одинокие твари Хаоса… без своих соратников, без толпы культистов пришли сюда, вновь…
Пытаясь то ли насладиться зрелищем, то ли впитать его блага.
-Хаос велик и бесконечен- вымолвил Апостол, он крепко сжал в руках свое страшное оружие - чудовищный серп - и чуть откинулся назад, словно разминаясь- Я никогда не видел ничего подобного, брат. Каждое мгновение проведенное здесь это благо! Я чувствую, что насыщаюсь энергией, это как раскрытая книга, новый том неизведанного…
Искушение носит меня на своих волнах.
Секунда и я брошусь в объятия тьмы. Я…
-Иллюзия…- тихо прошептал Дементор. Лорд Валтарис бросил на него взгляд и сглотнул неприятный комок в горле - Иллюзия, дорогой брат. У всего есть начало и конец. Но Оно, именно Оно… бесконечно.
Сначала оно проникает в сознание- Становиться твоим “я”…становиться второй кожей, медленно как вирус проникает в тело. О! Если тебя переполняет это чувство, оно пожирает тебя. Так же медленно, смакуя трапезу. Каждый кусочек…
Валтарис медленно прошествовал мимо лидера Пожирателя Миров.
-Хватит этого бреда, брат, хватит! Ты морочишь мне голову своими видениями, ты утверждаешь, что говоришь с ним. Что я видел тогда? Что? Что это было, Дементор, знамение Четверых? Демон из когорты Проклятых? Ангел Тьмы? Оно порождение Варпа?
-Ты задаешь много вопросов, Валтарис! - откликнулся Дементор.
-Неужели? - встрепенулся злобно полудемон.
Дементор поднял на Апостола Хаоса свои страшные белесые глаза, в них читалась неприкрытая ненависть.
-Ты думаешь, я знаю ответ на этот вопрос? Хотя бы на один из заданных? Спроси, спроси его! Он вечно рядом, он за моей спиной, спроси!!! Спроси… но будь осторожен, все твои вопросы имеют цену.
-Почему каждый раз, я слышу нечто подобное, нечто что уже не удивляет меня, брат- на секунду в голосе Валтариса послышался металл - Словоблудие…пустая болтовня, вот как это называется. Ты не можешь или не хочешь конкретизировать то, что видел?
-Я не могу ответить на этот вопрос. Ибо не знаю ответа. Он редко дает ответы…Он редко говорит.
-Пусть так, но…- Валтарис не договорил, в глазах командира Пожирателя Миров он прочел безразличие. Куда то пропала недавняя злость, невероятная ненависть…Все это вдруг исчезло - с Дементора словно бы сняли мерзкую маску.
Валтарис вздрогнул, не для того он проделал такой длинный путь до Киммера, чтобы увидеть своего союзника таким разбитым и подавленным. Словно из него высосали все соки, выпили кровь.
Дементор стал своей тенью.
После раскопок древней гробницы, Пожирателя Миров словно подменили, он стал другим.
-Ты не смог, ты оказался слаб, брат- продолжил тихо Валтарис-…Ты думаешь он откликнется на мой зов? На имя??? На истинное имя…
Дементор не ответил, развернулся и побрел от саркофага прочь.
-Ты думаешь? Он согласиться слушать?- понесся ему вслед торжествующий голос Валтариса.- Говори, брат!? Скажи мне, скажи мне, ну же не будь так глуп, сделай всего лишь шаг навстречу, о сын Кхорна! Ну же…
Лорд Хаоса не ответил, он уходил все дальше и дальше, туда, где визжали тысячи культистов, и где Ясвеп начинал полуденный ритуал.
Он уходил, терзаемый болью, точимый невыносимым внезапно навалившимся отчаяньем, поразившим его проклятую душу.
Валтарис расхохотался и еще некоторое время вглядывался вслед Пожирателю Миров, а когда он обернулся, вся его напускная веселость исчезла. Смех застрял в глотке.
Прямо на границе света и мглы, на границе где таинственный саркофаг установил неведомым образом свою незримую, чудовищную границу, Темный Апостол увидел Его.
-Хаос Велик…
Мерцающую, подрагивающую фигуру, нет… многорукое чудовище, сформировавшийся ужас, тьму. Сотню щупалец, сотню глаз…Мрак.
-Лоргар, Примарх мой, ты видишь это? О Неделимый Хаос, мои глаза не могут мне лгать вторично.
-Они не лгут тебе, Валтарис- переливающийся голос ворвался в сознание Темного Апостола, выбивая сомнения.
Огромный полудемон вздрогнул, страшная судорога казалось свела каждую клеточку его тела, поначалу он сопротивлялся, но потом…его колени подкосились и он рухнул на землю, ревущий от бешенства.
Он платил.
2.Маленькая колонна бронетехники наконец остановилась.
Зловещий черный транспорт с символом Инквизиции на борту сейчас же с двух сторон закрыли танки. Слишком ценен был пассажир.
Слишком большими полномочиями он был наделен.
Его боялись, его ненавидели, перед ним преклонялись. И он приказывал…
Звонко щелкнул внутренний замок, двери оснащенные автоматикой медленно поползли в стороны.
Богатое убранство и внутренняя отделка бронированной машины поражали воображение, чудные золотистые узоры, произведение мастеров с Пролладана, что окаймляли два массивных кожаных дивана, были лишь прелюдией великолепного убранства транспорта. Украшения, картины, некие фрески и даже мозаика, составленная из редких металлов, удивляли, но в конечном итоге были лишь фоном, для неких святых символов, что покоились в небольшом посеребренном кубе, и для тех людей, что находились внутри.
В прекрасных креслах из массивного черного дерева, что примыкали к диванам, восседали два человека. Два инквизитора. Учитель и ученик.
Один из них, Великий Инквизитор Джулиан Самаэль, Гнев Божий, одетый в скромный черный балахон, сосредоточился на некой рукописи в своих руках.
Осторожно латными рукавицами, он перебирал желтоватые страницы живой истории, но в тоже время он внимал своему ученику. Это была одна из потрясающих способностей Великого Инквизитора.
-…Он уничтожил планету, Ибрагим- послышался наконец скрипучий голос, от которого Стракач вздрогнул- Человек, наделенный таким правом, опасен. Такой человек подобен урагану, вихрю, сметающему все на своем пути. Он страшный пережиток древних времен, тех лет, когда воля одного человека решала многое.
На этого человека возлагались большие полномочия. Он мог карать и никто, повторяю, никто не мог препятствовать этому.
Он - вершитель судеб, как ты однажды сказал, там на корабле…Я перечитывал Dictatura Imperials, и в первый раз за многие годы так и не понял что толкнуло Великий Совет Терры, а может и самого Императора, прислать сюда, к Северному пределу, этого человека…
Лорд Самаэль устало вздохнул, отложил манускрипт на пюпитр, что возвышался рядом и обернулся к своему собеседнику, молодому человеку с резкими чертами лица.
- Дорогой ученик, я думаю, мы скоро встретимся с ним. И ради Императора не говори того, что я сегодня услышал. Я ценю тебя за твою прямоту, но многие указывают на то, что ты зарываешься и позволяешь себе многое из того, о чем должен молчать.
Пока этот человек наш союзник. Запомни это…Он центр обороны, он командующий, он здесь Верховная Власть.
Я не менее твоего взбешен обстоятельствами гибели планеты, но поверь пока, умерь свой гнев.
Старайся выдержать паузу и быть мудрее. Ошибка с нашей стороны будет иметь фатальные последствия.
Говоря эти слова Самаэль, лукавил, изображая само спокойствие, он был разъярен похлеще своего ученика и в тоже время поражен смелостью этого человека - Диктатора.
То, что он узнал из своих источников, разозлило его еще более.
Приказ Диктатора, взявшего на себя ответственность элиты Империума, ужасал.
Решение было немедленным, оно было бесповоротным и жесточайшим по всей своей сути. Сигма-16, сельскохозяйственный донор Цитадели Империума, миллиард трудоспособного населения, было сожжено в священном ядерном огне, за какие то часы.
Страшная бомбардировка, смела с лица планеты все живое.
Испарились моря, горы сравнялись с землей. Эскадра, и ее флагман “Несущий Бессмертный Свет” сделали свое страшное дело.
После этого ни в одном приходе, ни в одной даже захудалой церквушке не говоря уже о центральных капеллах, не был отслужен молебен об успокоении душ.
