— Нет! — решительно сказал юноша. — Племенем правит Онмале. Я — носитель этой эмблемы; она говорит моими устами.
— Не совсем так. Влияние колдунов сильнее; они все делают по-своему.
— Чего ты хочешь? Погубить нас?
— Конечно нет. Я никому не желаю зла. Я только хочу выжить и защищаюсь, если потребуется.
Юноша тяжело вздохнул.
— Не знаю, что и думать. Или ты не прав, или колдуны лгут нам.
— Они лгут. История человечества на Земле насчитывает десять тысяч лет.
Траз Онмале засмеялся.
— Однажды, еще до того, как я стал носителем Онмале, наше племя попало в развалины древнего Карцегуса, и мы захватили в плен выкормыша пнумов. Колдуны пытали его, чтобы выведать что-нибудь о его хозяевах, но он только проклинал каждую минуту из пятидесяти пяти тысяч лет, которые люди прожили на Тчаи. Пятьдесят пять тысяч против твоих десяти... Это очень странно.
— Да, действительно.
Траз Онмале поднялся, посмотрел вверх на гонимое ветром рваное одеяло облаков, мчащихся по ночному небу.
— Я наблюдал за лунами, — произнес он ломким, почти мальчишеским голосом, — и колдуны тоже. Плохие предзнаменования; думаю, скоро луны сойдутся. Если Аз будет сверху, все останется по-прежнему. Если Браз затенит Аз, кто-нибудь другой станет носителем эмблемы власти.
— А ты?
— Мне придется отнести на небеса мудрость Онмале и восстановить порядок.
С этими словами Траз Онмале покинул палатку.
Буря бушевала в степи до утра, весь следующий день и еще одну ночь. Через двое суток на ясном, словно выметенном ветром, небе взошло солнце. Как обычно, из лагеря выехали разведчики, но уже в полдень, необычно взволнованные, возвратились. В лагере закипела работа. С повозок сняли брезент, палатки свернули и увязали в тюки. Женщины грузили скарб, воины натирали маслом коней-прыгунков, скребущих землю пятипалыми лапами, набрасывали на них седла, привязывали поводья к чувствительному выступу на морде, напоминавшему короткий хобот. Рейш подошел к Тразу Онмале.
— Что случилось?
— Наконец-то разведчики выследили караван с востока. Мы нападем на него у реки Айоба. Как носитель эмблемы Вадуз, ты можешь отправиться с нами и получить часть добычи.
Он приказал подать новому воину коня-прыгунка. Стараясь не выказать страха, он взобрался на спину животного, от которого исходил резкий неприятный запах. Тот, почувствовав незнакомого всадника, вздрогнул и задрал шишкообразный хвост. Адам ухватился за поводья; конь присел и пустился в степь прыжками, а Рейш изо всех сил старался удержаться в седле. До него донесся хохот, гиканье и насмешливые возгласы опытных наездников, издевающихся над мучениями новичка.
Наконец Адаму удалось успокоить прыгунка, и он быстро вернулся в лагерь. Через несколько минут он вместе с другими всадниками поспешил на северо-восток. Черные длинноногие твари покрылись пеной от быстрой езды, воины на плоских седлах гнали их вперед, наклонившись и высоко подняв колени, наушники их шлемов развевались, и Рейша невольно охватило унаследованное от далеких предков упоение бешеной скачкой.
Примерно час люди Эмблемы двигались по степи, стараясь быстрее пересечь открытые пространства. Волнистые холмы постепенно становились ниже, за ними простиралась лежавшая в их тени широкая равнина. Воины остановили коней на одной из вершин, указывая в разные стороны. Траз Онмале отдавал приказания. Подъехав к нему поближе, Рейш прислушался.
— ...по следу на юг, к броду. Мы будем ждать у Птичьих Гнезд. Иланты сначала перейдут реку, потом пошлют разведчиков к лесу Зед и Белому холму. А мы нападем на них с центра и захватим повозки с товарами. Все ясно? Тогда вперед!
Люди Эмблемы устремились вниз по длинному пологому склону к далекому скоплению высоких деревьев и группе одиноких утесов, возвышающихся над рекой Айоба. Воины затаились в самой чаще леса.
Время шло. Издалека донесся еле слышный рокот колес, потом появился караван. Впереди, за несколько сот ярдов от него, ехали три могучих желтокожих воина в черных шлемах, увенчанных человеческими черепами с отрубленной нижней челюстью. Они ехали на животных, напоминающих коней-прыгунков, но выше ростом и не таких диких; у седла висели мечи, на поясе у каждого — короткие сабли, а на коленях — ружья.
Дальше все пошло не так, как задумали люди Эмблемы. Иланты не стали перебираться через реку; они стояли, охраняя караван. На берег с грохотом выехали моторные повозки на шестифутовых колесах, доверху нагруженные тюками, пакетами и клетками, в которых, скрючившись, сидели люди — мужчины и женщины.
Предводитель каравана принял все мыслимые меры предосторожности. Перед переправой, чтобы обезопасить подступы, он установил повозки с пушками, затем направил воинов-илантов разведать противоположный берег.
В Птичьих Гнездах воины-круши с пеной у рта проклинали судьбу.
— Такое богатство! Столько добра! Шестьдесят повозок! Но если мы нападем, нас сразу перебьют.
— Один только залп — и нам конец.
— И зачем мы сидели целых три месяца у этих холмов Валграма? Что за проклятая судьба!
— Одни плохие приметы! Вчера ночью я видел, как благословенная Аз с трудом пробиралась сквозь облака — дурное предзнаменование...
— Все пропало, кругом сплошные неудачи! Мы попали под власть проклятой луны Браз!
— Луны Браз, или козней черноволосого колдуна, того, кто погубил Джеда Пилуну.
— Верно! Он явился, чтобы расстроить наш набег! Раньше такого никогда не случалось!
Все больше мрачных взглядов обращалось на Рейша; он делал вид, что ничего не замечает.
Предводитель отряда стал советоваться с воинами.
— Думаю, ничего у нас не выйдет, — сказал он. — Мы только погубим людей, а эмблемы наши утонут в реке.
— Может, отправимся вслед и нападем на них ночью?
— Нет. У них слишком хорошая охрана. Их ведет Баоян, а он всегда настороже. Браз его возьми!
— Значит, три месяца мы потратили зря!
— Лучше зря потратить время, чем погибнуть! Назад, в лагерь! Женщины, наверное, уже все сложили, повернем на восток к Марагану.
— На восток?! Это еще хуже, чем на запад!
— Вспомните приметы! Все сошлось!
— Ну ладно, возвращаемся в лагерь, здесь нам больше делать нечего!
Воины повернули коней и не оглядываясь поскакали на юг, в степи.
Ранним вечером, усталые и злые, они вернулись в лагерь. Воины набросились на женщин, успевших полностью уложить утварь: ленивые животные, почему не кипят котлы, почему не приготовлены кувшины с пивом?
Те в ответ вопили и ругались; их отколотили. Потом все вместе достали с повозок посуду и еду.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
