том, что в мире есть мужчины в каком-либо качестве кроме как коллеги!
Но для начала… я буду не я, если все же не попытаюсь сохранить то, ради чего впахивала столько времени.
Итак, во-первых, каким угодно образом разыскать контакт этого чертова ковбоя.
Во-вторых, любыми способами заставить его встретиться со мной.
В-третьих, всеми правдами и неправдами упросить-принудить поизображать для всех моего жениха.
Хороший план? Да великолепный, зараза, за одной кро-о-ошечной поправочкой. Он практически нереален для воплощения в жизнь, особенно последний и главный пункт.
Я представила, как этот жеребец будет ржать надо мной. Сверкая лукавыми глазами и белыми зубами, запрокидывая голову, открывая вид на облизанное мною хорошенько той ночью горло…
Прекратить это безобразие! Веселье кончилось, теперь только треш, только хардкор и сугубо деловой подход.
Так что я иду к тебе, чертов ты Ронан-спалю-твои-трусы-и-карьеру-Салливан!
Глава 6
— Дизель, да объясни толком, что случилось-то? — держали меня сзади Фино и Ноа, пока я безуспешно пытался пробиться к причитающему Лоуренсу.
— Ронан, птенчик, клянусь своим любимым золотым костюмом от Готье, я тут не при чем! У нас все было четко оговорено! Никаких Хейти в сценарии в помине не было! Не говоря уже о той горячей брюнеточке на видео! Кстати, на эту тему я с тобой отдельно поговорю. Но Хейти… Это все Анабель, чтоб она споткнулась на красной ковровой дорожке! Котик, Ронни ни за что не подставил бы так своего мальчика!
— Значит, плохо договаривался! Ронни, какого ху… выхлопную трубу тебе во все места! Это же конкретная подстава! Эти озабоченные бабенки чуть не сожрали меня с потрохами прямо в студии! Сделали из меня мудака какого-то! А я…
— Так! Заткнулись все! Вы Рози разбудили, придурки! — свесился с жилого этажа рассвирепевший Рик. — Что за байда опять?
— Мари, карамелька, ну хоть ты объясни ему, — вцепился гламурный геморрой в руку нашей огнегривой наводительницы порядков.
— Да нах мне нужны ваши объяснения? Меня дерьмом облили и ославили на всю страну!
— Ронан, успокойся. Хоть на минутку тормозни, давайте присядем и все выясним без воплей и криков, а то у меня голова кругом идет с самого вашего возвращения.
— Короче, братаны, все сели и угомонились, — рявкнул непререкаемым тоном Саваж.
И все сели и угомонились.
Кроме меня.
Меня угомонили ласково, но непреклонно — Алеена и Мари плотно прижались с двух сторон и закрыли своими ладошками мне рот. Никому больше в этой жизни я не позволил бы заткнуть себя вот таким образом. Даже из рук ма Линды я бы, скорее всего, вывернулся. Но против этих двух красоток, чья воздушная нежность подкреплялась «только-попробуй-вякнуть-на-мою-жену» взглядами братьев, мечущих молнии, я был бессилен.
— Итак, что мы имеем, мои золотые, — набрав воздуха в грудь, от чего мерзкие кружавчики вздрогнули и опали, начал Ронни. — Мы имеем вышедший в эфир с участием нашего восхитительного мистера Салливана выпуск шоу «Семейка с подвохом», прошедший отчасти не по запланированному и согласованному сценарию. Выпуск, в ходе которого разгорелся такой нешуточный скандальчик. И это мягко говоря.
Я было дернулся, чтобы уточнить, что там не то что «скандальчик» разгорелся, а говнище закипело и забурлило, но Мари шикнула на меня и толкнула острым локотком в бочину, а Алеена укоризненно посмотрела и покачала головой. Пришлось замереть и проглотить вертящиеся на кончике языка ядовитые фразы.
— К сожалению, подать иск в суд мы не можем по причине того, что ни о какой клевете речь не идет и выступившая скандалистка действительно имела связь с нашим красавчиков Дизелем, что он и подтвердил во всеуслышание миллионам зрителей.
— Но мне… — пробухтел я сквозь надежно заткнутый рот.
— Да-да, мой сладкий, я помню. Тебе не дали возможности сказать, что ты не знал, что она замужем, потому что на ней не было кольца и она тебя об этом не предупредила, но это уже не будет иметь никакого значения. Увы. Второй подставой, и уже подставой, которую ты организовал себе сам, мой сладкий, оказался вирусный ролик с нашим красавчиком и какой-то знойной брюнеточкой у стенки бара, прямо напротив моего — моего, заметьте — офиса. А там везде натыкано камер с предупреждением о ведущейся видеосъемке.
И при всем моем возмущении я в этот момент невольно устыдился. Бля, ну сам же виноват, тут уж к Ронни никаких претензий не предъявишь.
Ох, если я… не «если», а «когда» я найду ту дьяволицу, мало ей не покажется!
— И формально мы в суде не сможем прицепиться и ко второму провальному моменту этого черто… не очень хорошего шоу. И вот по поводу твоего участия в нем, мой птенчик, я приношу тебе свои персональные извинения. За то, что чуял нутром, что Бель способна устроить подлянку даже мне, но отмахнулся от этой мысли.
Ну не скотиняка радужная, а? То есть чуял или, точнее сказать, знал, но даже не заикнулся! «Я тебя подстрахую…» Да от подстрахуя слышу!
— Но! — засранец поднял палец и улыбнулся широко и радостно. — Тем же самым нутром я чую, что даже в этом мы можем найти несомненные плюсы. Да-да, птенчики, вы не ослышались — именно плюсы! Как бы вы ни отрицали этого, черный пиар порой вздымает рост притормозивших рейтингов на очередную высоту. Мари, карамелечка моя, к завтрашнему утру дай папочке Ронни сводку по рейтам в соцсетях, лады? Как мы все понимаем, этот подъем будет бурным, но непродолжительным. Хайп мы словили, и теперь наша задача в другом…
И в чем же, интересно? Ну-ка, ну-ка, выдай нам свою очередную охерительную идейку. А мы поржем все вместе.
Ронни глубоко вздохнул и выпалил:
— Нам надо срочно менять имидж и амплуа нашего одинокого сердцееда со шрамом, парни. И леди, разумеется.
Я прищурился. Надеюсь, это выглядело грозно.
— И что это значит? — невнятно рыкнул я сквозь две женские ладошки, по-прежнему лежащие на моих губах.
— Это значит, котик, что тебе придется в ближайшем времени жениться, — показал все свои белоснежные тридцать два будущий постоянный клиент дантиста.
— Аху…
— Ой! Ой-ой-ой! — тонкие пальчики соскользнули с моего оскала, а сидящая рядом Алеена нервно зачастила:
— Рик? А где Рик? Приведите Рика, пожалуйста. Дизель, дай руку, Мари, и ты тоже. Ой, ой-ой, вы чувствуете? Ронни, ты представляешь? Мари, это же оно, да? Да, Дизель? Это же… это же мой ребенок? — и миссис Несовершенство прижала наши с Мари руки к ее аккуратному животику.
Под рукой едва заметно что-то шевельнулось. Черт его… даже не знаю, как описать это ощущение — словно золотая рыбка ткнулась
