Эмили смотрела на него, и Джеймс, слыша слова индейского заклинания, чувствовал, как рвется к ней его сердце.
— Я хочу отвезти тебя в больницу, — твердо сказал он. — Мне нужно быть там, когда тебе будут делать операцию.
— Что?! Нет, — она отвела от него глаза и сделала шаг назад.
— Тогда я хочу увидеть тебя на следующий день.
Ты должна пообещать, что позвонишь мне и позволишь прийти, как только вернешься домой.
— Зачем, Джеймс? Зачем это тебе надо?
Потому что это волшебство, пророчество цыганки с глазами вороны.
— Потому что мне нужно знать, что с тобой все в порядке. И тебе нужно…
— Что? — спросила она. — Что мне нужно?
— Я, — сказал он резко. — Тебе нужен я.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Сердце едва не вырвалось у Эмили из груди.
— Нет, Джеймс, — возразила она. — Ты был мне нужен в тот раз.
Тогда в мотеле она отчаянно нуждалась в нем, но сейчас, после того как они обсудили в подробностях ее болезнь, она не хочет даже думать об этом.
Джеймс подошел ближе, и Эмили испугалась, что он дотронется до нее. Голова у нее пошла кругом, когда он ласково провел кончиками пальцев по ее лицу и волосам.
— В тот раз, Эмили, было неподходящее время.
Ты не была готова иметь возлюбленного.
— Я не хочу говорить об этом.
Он подошел еще ближе, прижимая ее к столу.
— Почему? Потому что ты боишься? Потому что ты знаешь, что я прав?
В чем он прав? В том, что нужен ей? Или в том, что она не была готова?
— Ты смущаешь меня.
Если Джеймс нужен ей, то только как возлюбленный, как мужчина, а не как нянька. Он такой рослый, высокий и сильный. Ей вдруг захотелось почувствовать, как его мозолистые руки ласкают ее тело.
— Просто позвони мне, хорошо? Позвони, когда вернешься домой после операции.
Ни за что. Нет. Он не увидит ее после операции, потому что это разрушит волшебное влечение, ту искру, которая притягивает их друг к другу и повергает в смятение все ее чувства.
— Мне нужно взглянуть на жаркое, — под этим предлогом Эмили удалось избежать ответа.
Джеймс отступил от нее, и она заметила в его глазах беспокойство. Как объяснить ему, что она не хочет, чтобы он суетился и волновался из-за ее операции!
— Чем ты хочешь, чтобы я занялся? — спросил он.
Эмили испуганно посмотрела на него.
— Ты это о чем?
— Об ужине. Чем мне помочь тебе?
Она перевела дыхание и жестом указала на холодильник, на котором красовались рисунки Кори.
— Ты можешь приготовить овощной салат. Латук в ящике для овощей, помидоры на столе.
Эмили открыла шкафчик и протянула ему миску для салата. Их пальцы слегка соприкоснулись, что привело обоих в замешательство. Несмотря на то что прикосновение было неумышленным и почти незаметным, Эмили потрясенно замерла. Встретившись взглядом с Джеймсом, она поняла, что он тоже поражен.
Кто он? — подумала Эмили. Кто этот странный мужчина, который действует на нее, как взрывная волна?
Какое-то мгновение они не шевелились, но затем Джеймс повернулся к раковине, а Эмили открыла духовку и занялась жарким.
Кори с заспанными глазами, спотыкаясь, вошел в кухню, держа игрушку, которую ему принес Джеймс. Его появление обрадовало Эмили. Настроение Джеймса улучшилось, на его лице появилась улыбка.
— Привет, парень! — обратился он к мальчику.
— Привет. Это ты мне принес?
— Да. Это «феррари», одна из моих любимых машин.
— И моих, — важно сказал Кори, хотя Эмили была уверена, что он никогда до этого не слышал об итальянской гоночной машине.
Джеймс бросил на нее взгляд, и Эмили поняла, что он догадался, о чем она думает. Но, похоже, слова мальчика позабавили его. Во всяком случае, Джеймсу льстило внимание Кори, который с детским восторгом смотрел на него.
— Эмили думает, что ты наполовину индеец.
Джеймс снова бросил в ее сторону взгляд и повернулся к Кори.
— Она права.
— Ты из племени нос-пирс?
Джеймс улыбнулся.
— Ты имеешь в виду нез-перс? — Он вытер руки и посмотрел на Кори. — Нет. Я чироки.
Эмили хотела вмешаться, но сдержалась. Она наблюдала за ними, прислушиваясь к разговору. Ей тоже казалось, что в Джеймсе течет кровь индейцев нез-перс.
— Кто такие чироки?
— Это другой индейский народ.
— А-а.
Кори, казалось, был разочарован. Эмили знала, что об индейцах нез-перс ему рассказывали в школе. А однажды, отправляясь в Льюистон за покупками, она взяла его с собой, и он долго охал и ахал, глядя на бронзовую статую индейца нез-перс, установленную перед зданием суда графства.
— Чироки носили перья на голове? — задал он следующий вопрос.
Джеймс отрицательно покачал головой.
— Нет. Но иногда мужчины надевали тюрбаны, а мальчикам в детстве делали татуировку, изображая звезды или каких-нибудь животных.
— Правда? — Кори порывисто повернулся к сестре. — Можно и мне татуировку? Пожалуйста, Эмили! Можно?
Помилуй бог! Она посмотрела на Джеймса, надеясь, что он вмешается, но тот просто пожал плечами, предоставив ей самой ответить брату.
— У тебя есть татуировка? — обратилась она к Джеймсу.
— Да. Но вам придется догадаться, где она.
Кори заерзал, заинтригованный таинственной татуировкой Джеймса.
— Ну-ка, Эмили, догадайся!
Вот черт!
— Держу пари, что она у него на ягодице, предположила Эмили, вызвав у брата смех.
Джеймс тоже рассмеялся и вопросительно поднял бровь, предлагая ей сделать еще одну попытку.
Но Эмили не осмелилась. Это была опасная игра представлять себе его тело. Но Кори никак не мог успокоиться.
— Где же твоя татуировка, Джеймс?
Джеймс наклонился и, задрав правую штанину, указал на икру.
— Вот она.
Ребенок принялся разглядывать рисунок.
— Что это?
— Ворона.
— А почему у тебя ворона?
— Потому что вороны могут менять обличье. И если человеку удастся заглянуть вороне в глаз, ему откроется доступ к сверхъестественному. Как у цыганки, чей портрет написала твоя сестра.
Мальчик, очевидно, не понял объяснения, но у Эмили по спине пробежала дрожь.
Она взглянула на портрет мадам Майры и перевела взгляд на ногу Джеймса. Его татуировка находится в том же месте, где у нее возникла меланома.
Эмили отвернулась, пытаясь сосредоточиться на еде, но до конца ужина у нее путались мысли. Она не могла ни разговаривать с Джеймсом, ни встречаться с ним взглядом. К счастью, Кори болтал за них обоих.
Когда Джеймс, попрощавшись, ушел, Эмили попыталась убедить себя, что связь, возникшая между ними, простая случайность и он вовсе не тот незнакомец, появление которого предсказала ей мадам Майра. Но в глубине души она не сомневалась.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
