Лицо до 21 года за неуплату штрафа или нарушение условий пробации суд может направить в «центр посещений» на срок от 12 до 36 часов. Центр посещается один раз в неделю не более чем на три часа.
Суд может издать приказ о надзоре, который возлагается на местный орган власти, чиновника пробации или иное лицо на срок до 90 дней. В случае нарушения приказа о надзоре виновный может быть оштрафован на сумму до 1000 фунтов стерлингов, или направлен в «центр посещений», или получить запрет покидать в определенные часы место проживания.
Мера наказания в виде предоставления бесплатных услуг обществу лицами от 16 лет сроком от 40 до 120 часов назначается за совершение преступлений, за которые взрослый подвергается тюремному заключению. Эта мера наказания применяется судом только с согласия подсудимого и после доклада чиновника пробации или социального работника.
Суд может издать приказ об опеке, о выплате штрафа, возмещении ущерба и судебных издержек, об обязанности родителей и опекунов обеспечить хорошее поведение несовершеннолетнего.
Законом 1998 г. установлено, что в случае совершения несовершеннолетним преступления, наказание за которое точно не определено в законе, суд с согласия потерпевшего может издать приказ о возмещении вреда в натуре в течение 24 часов или приказ «о плане действий», в соответствии с которым в течение 3 месяцев осуществляется контроль за поведением осужденного. Расширены права полиции: констебль в случае совершения несовершеннолетним незначительного преступления может сделать ему выговор или предупреждение в полицейском участке в присутствии родителей и направить его в специальную молодежную группу для участия в реабилитационной программе.
Краткий анализ английской системы ювенальной юстиции (системы уголовно-правовых запретов, уголовно-правовых наказаний, мер безопасности, надзора и профилактики, системы уголовно-процессуальной и профилактической процедуры, системы институтов исправления, воспитания, профилактики, ресоциализации личности несовершеннолетних правонарушителей) показывает, что она действует прежде всего через существующую уголовно-процессуальную судебную систему страны на основе специального ювенального законодательства и специальной ювенальной системы профилактики правонарушений и перевоспитания несовершеннолетних. Подобный подход в плане криминологической и правовой культуры развития ювенальной юстиции приемлем и для современной России.
Однако, по нашему мнению, Россия нуждается в первую очередь в создании самостоятельной и самодостаточной системы ювенальной юстиции по борьбе с преступностью несовершеннолетних и правовому воспитанию населения страны, где уголовному правосудию отводилась бы незначительная (по объему) роль – подавлять наиболее опасные формы проявления преступности.
Предлагается не только сокращение масштабов уголовной репрессии, но и ее исключение в отношении несовершеннолетних в условиях государственной политики укрепления семьи, социальной реабилитации лиц, допустивших нарушение уголовного закона.
Мы полагаем, что нашему обществу нужно не столько ювенальное уголовное правосудие, чтобы судить детей, сколько глобальная система ювенальной юстиции. Это: а) семейные суды или комиссии по примеру Японии, Шотландии или РСФСР 1918–1922 гг., которые бы определяли, достиг ли несовершеннолетний правонарушитель уровня развития взрослого, можно и нужно ли его судить по законам уголовного судопроизводства; б) система воспитания, образования, опеки, попечительства, профилактики правонарушений, социализации и ресоциализации делинквентов и правонарушителей. Ни один несовершеннолетний не должен быть подвергнут уголовному преследованию и наказанию лишением свободы на срок свыше двух лет, если он не прошел через указанную систему ювенальной юстиции. Поэтому ст. 20 УК РФ требует не реконструкции, а исключения из современной редакции из УК. Проблемы защиты и ответственности несовершеннолетних правонарушителей в основной своей массе должны решаться на основании не уголовного закона, а специального Федерального закона «Основы ювенальной юстиции в Российской Федерации».
Предлагается следующая редакция ст. 20 УК РФ «Возраст, с которого наступает уголовная ответственность»:
1. Уголовной ответственности подлежит лицо, достигшее ко времени совершения преступного деяния восемнадцатилетнего возраста, за исключением случаев, указанных в п. 3 настоящей статьи.
2. Лица, не достигшие ко времени совершения преступного деяния, предусмотренного настоящим Кодексом, восемнадцатилетнего возраста, несут ответственность в порядке и согласно Федеральному закону «Основы ювенальной юстиции в РФ».
3. В случае принятия органом (судом) ювенальной юрисдикции решения о необходимости назначения несовершеннолетнему правонарушителю, достигшему четырнадцатилетнего возраста, наказания в виде лишения свободы, дело рассматривается федеральным судом в порядке уголовного судопроизводства и с учетом Федерального закона «Основы ювенальной юстиции в РФ».
Однако простое изменение ст. 20 УК Российской Федерации технически невозможно и не даст желаемого результата, поскольку подобное нововведение вступит в противоречие со всей ныне действующей уголовно-правовой системой, унаследованной от социалистической системы права и не соответствующей социальной сущности современного российского общества. Необходимы кардинальные преобразования всей Общей части УК Российской Федерации. Прежде всего, уголовный закон должен исходить из понятия «преступное деяние», а не «преступление». Категоризация преступных деяний (нарушения, проступки и преступления) должна базироваться на формах ответного государственного воздействия (профилактические меры – пробация, меры безопасности, меры наказания – изоляция от общества и конфискация). Тяжесть преступления должна определяться мерой наказания: 1–3, 4–6, 7–9, 10–14, 15– до п. л. с. (пожизненного лишения свободы). Эти изменения вызовут реконструкцию всей Особенной части УК, которая не соответствует данной классификации преступных деяний и преступлений. Все уголовное законодательство должно строиться на принципах восстановления нарушенных прав лиц, потерпевших от преступления, а не только на каре лиц, совершивших преступные деяния.
Предлагаемые изменения уголовного законодательства России повлекут изменение всей системы правосудия, создадут новые системы профилактики, пробации, безопасности, социальной защиты Человека и Общества, а также кардинально изменят систему государственного (административного) управления Обществом, особенно его несовершеннолетней составляющей, создадут новую систему противодействия преступности и правонарушаемости, исключающую изоляцию от общества сотен тысяч его граждан.
Мы полностью согласны с профессором С. Ф. Милюковым в том, что России нужен новый Уголовный кодекс, а не модернизация действующего[15].
Действующий УК Российской Федерации не соответствует даже принципам отправления уголовного правосудия, заложенным в УПК Российской Федерации, в частности разделу 50 в отношении несовершеннолетних.
В то же время следует отметить, что нельзя в ожидании «совершенного законодательства» ничего не делать в плане противодействия преступности и совершенствования общества. Эту работу надо проводить, и она осуществляется на базе действующего законодательства, в условиях существующего общественного и государственного устройства, с использованием имеющихся правовых норм, институтов, принципов, категорий для достижения поставленных целей совершенствования и развития Общества.
Проблемы противодействия правонарушаемости и преступности несовершеннолетних в советской и современной России исследовались и разрешались в рамках многих дисциплин уголовно-правового цикла: уголовного права и уголовного процесса, уголовно-исполнительного права, криминологии и др.
Советская криминология, исходя из марксистско-ленинской философии, диалектического материализма и социологического объяснения причин преступности, изучала преступление и преступность, лиц, совершивших преступление, и на базе этих исследований организовывала предупреждение и профилактику преступности, в том числе и несовершеннолетних.
Многие концептуальные положения советской криминологии опровергнуты жизненными реалиями и современными достижениями науки о человеке и его поведении. Результаты борьбы с преступностью, как правило, были не слишком впечатляющими, преступность росла, становилась все более опасной. Одна из причин, на наш взгляд, заключалась в том, что криминологические исследования проводились на примере уже сформировавшихся преступников и тех социальных условий, в которых они совершали преступные деяния, а сам процесс формирования преступной личности на более ранних стадиях оставался за рамками рассмотрения. Исследовалась не сама личность человека как частицы природы, не его сущность (тело, душа, духовность), а лишь социальные факторы и условия, в которых личность проявляется.
